Готовый перевод Harry Potter: Magical mysteries / Гарри Поттер: Магические тайны: Глава 138

16 марта 1993 года, Хогвартс

Окаменение Дафны Гринграсс перевернуло все с ног на голову. Ситуация для мальчика-который-выжил выглядела мрачнее некуда. Особенно заметно было то, что слизеринцы, обычно такие самоуверенные, впервые за все время нападений казались нервными. Подозрения в отношении Невилла Долгопупса резко возросли, ведь на этот раз жертвой стал член их собственного дома. Известная неприязнь Невилла к Слизерину, его способность говорить с змеями и тот факт, что все жертвы были окаменены, сделали его главным подозреваемым в глазах школы. Практически все стали избегать его.

Невилл мысленно проклинал Наследника Слизерина за то, что тот втянул его в эту историю. Но не только его репутация пострадала — сама школа оказалась на грани закрытия, чего не случалось десятилетиями. Даже во времена, когда лорд Волдеморт был жив и вел войну, когда по коридорам бродили настоящие Пожиратели смерти, Хогвартс держался. Дамблдор был силен, и школа переживала трудности под его руководством. Но Гринграссы — другая история. Они не остановятся ни перед чем, чтобы отомстить тем, кого считают виновными, а в их списке были и Невилл, и Дамблдор.

Статья в «Ежедневном пророке» лишь усугубила ситуацию. Разоблачение того, что Невилл — Парселмут, подорвало его репутацию, и теперь бабушка пыталась справиться с последствиями. Невилл сжал кулаки, вспомнив ту статью, которая практически оклеветала его и профессора. Если бы не защитные чары, которые наложила его бабушка, его бы засыпали письмами ненависти. В последние дни она удвоила количество людей, которые просматривали его почту. Несколько лет назад они уже наняли несколько человек для сортировки писем, потому что Невилл получал десятки, а иногда и сотни писем в день — от восторженных фанатов, приглашений на мероприятия и подарков. Фан-почта быстро начинает надоедать после первой сотни писем. Конечно, были контракты о неразглашении, ведь почта — дело деликатное, но официальные письма обычно помечались, так что риск утечки информации был минимален. Однако то, что бабушке пришлось нанять больше людей, означало, что дела обстоят хуже, чем казалось.

Невилл сидел в углу общей комнаты, чувствуя на себе взгляды окружающих. Все обходили его стороной, бросая подозрительные взгляды, когда думали, что он не видит. Рона и Гермиону он не видел уже несколько часов. Гермиона, вероятно, была в библиотеке, а Рон либо спал, либо играл в шахматы сам с собой. Невиллу не хотелось ни с кем разговаривать.

Именно в этот момент в комнату вошла профессор МакГонагалл. Все замолчали, ожидая ее объявления. – Прежде всего, – начала она, – профессор Дамблдор принял решение не закрывать школу в данный момент. Однако это решение может быть оспорено советом и даже министерством. Я не могу гарантировать, что оно будет окончательным.

Некоторые ученики начали шептаться, но ее строгий взгляд мгновенно заставил их замолчать. – Учитывая эскалацию этих ужасных нападений, – продолжила она, – было принято решение ввести новые правила. Отныне все студенты должны возвращаться в свои общие комнаты к шести часам вечера. Никто не должен покидать общежития после этого времени. На каждый урок вас будет сопровождать преподаватель. Никто не может посещать туалет без сопровождения учителя. Все тренировки и матчи по квиддичу отменяются. Вечерних мероприятий больше не будет — никаких клубов, собраний, только уроки и общие комнаты.

Зазвучали голоса протеста, но МакГонагалл подняла руку. – Я знаю, что это тяжело, но мы делаем это ради вашей безопасности.

– Почему бы просто не исключить Долгопупса? – раздался чей-то голос.

– Если бы мистер Долгопупс действительно был виновен, – ответила профессор, – мы бы уже это выяснили. Сейчас не время для разделения, а время для объединения перед лицом угрозы. – Ее голос дрогнул. – Я редко бывала так огорчена. Школа действительно может быть закрыта, если произойдет еще одно нападение или если виновник не будет найден. Если у кого-то есть информация, даже самая незначительная, я призываю вас поделиться ею.

Она вышла через портрет, и гриффиндорцы тут же зашумели, продолжая бросать на Невилла недобрые взгляды. Но он уже не обращал на них внимания. Они осудили его так легко, даже не задумавшись, и теперь их мнение для него ничего не значило. Однако он знал, что не одинок в своих страданиях. Хагрид тоже был обвинен в нападениях, даже исключен. Невилл знал, что Хагрид никогда бы не стал нападать на людей. Этот человек, несмотря на свою устрашающую внешность, был добрым великаном.

Он решил поговорить с Хагридом и узнать его версию событий. С этой мыслью Невилл встал и направился наверх, чтобы найти Рона и Гермиону. Возможно, они были в своей комнате. Поднимаясь по лестнице, он услышал их голоса:

– Говорю тебе, Гермиона, это может быть Невилл, – настаивал Рон.

– Не глупи, Рон, – возразила Гермиона. – Мы были с ним, когда напали на Филча.

– Он мог окаменить его раньше, а потом вернуться, чтобы мы ничего не заподозрили, – предположил Рон.

– Рон, это не Невилл, – твердо сказала Гермиона. – А теперь хватит нести чушь и дай мне закончить эссе.

Рон, однако, не сдавался: – Даже если это не он, ты должна признать, что виновник, скорее всего, связан с Невиллом каким-то образом.

– Все жертвы – это люди, которые либо не нравились Невиллу, либо его раздражали, – кто-то произнес.

– Дин ничего Невиллу не делал... – добавил другой голос.

– Ничего, о чем мы знаем, – ответил первый. – Но ты думаешь, мы в безопасности? Еще с прошлого года я знал, что дружба с ним может быть опасной. Но сейчас всё зашло куда дальше, чем я представлял.

Гермиона несколько секунд молчала, затем сказала:

– Нет, это не так. И да, это может быть опасно. Но, как ты сам сказал, мы его друзья...

Невилл не стал слушать дальше. Его друзья сомневались в нем. ЕГО ДРУЗЬЯ. Они должны быть на его стороне, поддерживать его, а не обсуждать его за спиной. Если они не могут ему доверять, то, может, лучше обойтись без них. Он решил встретиться с Хагридом самостоятельно.

http://tl.rulate.ru/book/103567/3612942