Готовый перевод Bastian / Бастиан: Глава 18. Это место – охотничьи угодья

Перевод: Astarmina

Бастиан Клаузевиц носил номер 3 – капитанскую цифру.  

Одетта, сидевшая на трибунах, слегка прищурилась, разглядывая мужчину. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, почему единственный простолюдин в команде, состоявшей из отпрысков знатных семей, удостоился такой чести.  

Едва начался матч, как один из игроков перехватил мяч и устремился к воротам противника. Номер 3. Сегодня капитан Клаузевиц из адмиралтейства, казалось, воплощал героя поло.  

Настроение моряков, захвативших инициативу в начале игры, быстро накалилось. Зрители, на мгновение забыв о приличиях, разразились горячими аплодисментами, которые разнеслись по ясному небу. Дамы доставали оперные бинокли.  

Одетта наблюдала за игрой, сложив руки на коленях. Хотя прошло не менее десяти лет с тех пор, как она в последний раз видела поло, смутные воспоминания помогали ей следить за ходом матча без особых затруднений.  

Когда многообещающая атака была прервана в последний момент, со всех сторон раздались разочарованные вздохи. Игроки вернулись на исходные позиции, чтобы продолжить борьбу. Далекая от изначальной цели укрепления дружбы и единства между командами, игра была невероятно напряженной и агрессивной.  

Даже среди игроков, мчавшихся по бескрайнему полю, Одетта без труда находила Бастиана — благодаря розовой ленте, привязанной к его клюшке.

«Зачем ему это?»

Мужчина оставался для нее загадкой.  

Деловые отношения.  

Его язык был лаконичным и ясным. Холодным, но не лицемерным.  

Если задуматься, Бастиан никогда не пытался скрыть или исказить свои истинные мотивы. Он был откровенен, и Одетта, зная это, все же согласилась на эту помолвку. Теперь же, задним числом, вытаскивать моральные мерки было нелепо. Конечно, его связь с графиней Ренар оказалась неожиданностью, но это была всего лишь личная история, не имевшая отношения к их сделке.  

Только и всего.  

Одетта успокоила себя, объяснив ленту в руках Бастиана именно так. И в этот момент раздался взрыв ликующих криков.  

— Вперед! Да! Еще чуть-чуть!  

Зрители вскочили с мест, скандируя имя одного из игроков. Бастиан. Он снова рвался в атаку с неистовой решимостью.  

Пока Одетта раздумывала, как реагировать, Бастиан ударил по мячу изо всех сил, и тот влетел в ворота.  

Первый гол моряков.  

***  

Лошадь, выдохшись, начала замедлять ход.  

Почувствовав это, Бастиан направил ее к краю поля, где ждали свежие лошади, полностью готовые к игре.  

Не касаясь земли, он пересел с одной на другую. Легко перенеся тело из одного седла в другое, Бастиан тут же погнал нового скакуна обратно в гущу игры. Его белый жеребец, самый быстрый среди поло-лошадей, в мгновение ока промчался через ряды противника, приблизившись к мячу.  

Звук столкнувшихся клюшек заглушил топот копыт.  

Перехватив мяч, Бастиан развернул лошадь к воротам соперника. Последний период при равном счете. Напряженная борьба, где атака и защита сменяли друг друга, достигла апогея.  

Снова отправив мяч далеко вперед, Бастиан понесся за ним на полной скорости. Капитан армии, у которого мяч выбили прямо у ворот, в ярости бросился за ним в погоню. Когда к ним присоединились остальные игроки, мгновенно завязалась схватка восьми лошадей.  

Бастиан, сохраняя небольшое преимущество, перенес весь вес на левую руку, державшую поводья, и наклонился. До ворот было еще далеко, но прорваться сквозь такую плотную защиту было невозможно.  

Тогда он решил рискнуть. Изо всех сил ударив по мячу, он выпрямился, пока тот описывал дугу в ослепительно белом свете. В этот момент его лошадь продолжала ускоряться.  

— Люблю тебя, сумасшедший ублюдок! — завопил Эрих, мчавшийся следом.  

Только теперь Бастиан разглядел результат и удовлетворенно улыбнулся. Судья размахивал красным флагом, сигнализируя о голе. Почти одновременно прозвучал рог, возвещающий конец матча. Победа с перевесом в одно очко.  

В знак триумфа Бастиан медленно объехал поле. Одетта, сидевшая в дальнем конце трибун, попала в поле его зрения, когда он натянул поводья, чтобы развернуть лошадь.  

Даже среди ликующих зрителей Одетта сохраняла холодноватую сдержанность. Она аплодировала, но без особого энтузиазма. На ее лице не было и следа восторга.  

Когда их взгляды встретились, она вежливо кивнула, поздравляя его. Безупречные манеры лишь подчеркивали ее надменность. Казалось, она выполняла свои обязанности, но не собиралась давать ничего сверх того.  

Бастиан учтиво ответил и повернул лошадь.  

В любом случае, женщина делала свое дело. Этого было достаточно.  

***  

Сандрин заметила это совершенно случайно.  

Она зашла в раздевалку игроков, чтобы поздравить их с победой, и ненадолго задержалась, беседуя с кузеном Лукасом. Бастиан, принявший омовение шампанским, все еще не появлялся.  

Не желая выглядеть навязчивой, Сандрин собралась уходить, но вдруг увидела снаряжение Бастиана. В том числе и ту нелепую розовую ленту.  

Раньше такого не было.  

Эта мысль сделала дешевую ленту на клюшке еще нелепее.  

Бастиан был известным игроком в поло еще со времен кадетского корпуса. Благодаря этому он ежегодно участвовал в главных матчах, но никогда не соблюдал традицию «трофея» — получения талисмана от знатной дамы. Это считалось большим позором, но он упорно игнорировал обычай.  

И теперь его первый «трофей» стал еще ценнее.  

Сандрин всегда была уверена, что, если такой день настанет, именно она удостоится этой чести. Это было их негласное соглашение.  

Неужели Бастиан Клаузевиц — всего лишь заурядный мужчина?  

С горьким вопросом в душе Сандрин подошла к его шкафчику. Слегка потянув за ослабленный узел, она без труда развязала ленту.  

Оглядев офицеров, занятых своими делами, Сандрин снова посмотрела на ленту в руке. Решение сжать ее в кулаке было импульсивным.  

— Ты уже уходишь? Может, подождешь еще немного? — обернулся Лукас, доставая новую сигарету.  

Сандрин неторопливо спрятала ленту и улыбнулась.  

— Вряд ли сейчас получится нормально поговорить. Как-нибудь в другой раз.  

— Ну, возможно. Я передам, что ты заходила.  

— Спасибо, Лукас. Кстати... эта дама. Леди Одетта тоже будет на празднике в честь победы?  

— Наверное. Она же партнерша Бастиана, — Лукас беззаботно засмеялся и махнул рукой. — Не переживай, Сандрин. Ты зря беспокоишься. Он просто хочет угодить императору. Ты же знаешь, в какие неприятности втянула его та сумасшедшая принцесса.  

— Конечно, знаю.  

— Доверься ему. Как только он избежит катастрофы, то избавится от этой обузы. Любая женщина сгодится. Их первая встреча была настолько ужасна, что...  

Разошедшийся Лукас вдруг замолчал.  

— Что? Насколько ужасна?  

— Ну... в общем, Бастиан и эта женщина никогда не будут вместе.  

Лукас сжал губы, уклоняясь от ответа. Видимо, сегодня больше ничего выяснить не удастся.  

«Что ж. Это твое мнение».  

Подавив протест, подступивший к горлу, Сандрин завершила разговор вежливой улыбкой. Выйдя из раздевалки, наполненной мужским жаром и запахом пота, она почувствовала, как ее сердце остывает еще сильнее.  

Леди Одетта была красивой женщиной.  

Это был факт, не зависящий от личных чувств. Даже странно, что такая красавица до сих пор влачила жалкое существование, ухаживая за никчемным отцом. При желании она давно могла бы стать любовницей или даже женой какого-нибудь богача.  

Только дура не знала бы, какое оружие у нее в руках. Именно этого и боялась Сандрин.  

А если она жила так, лелея амбиции покрупнее?  

Бастиан Клаузевиц стал для нее лучом удачи. Тем более теперь, когда за ней стоял сам император. Если она не дура, то не упустила бы этот шанс.  

Конечно, Бастиана не так-то просто поймать в ловушку, но расслабляться было рано. Герой или честолюбец — он все же мужчина в расцвете сил. К тому же Одетта была женщиной, которой терять уже нечего. Если она слепо бросится в бой и забеременеет, то могла бы занять место его жены.  

Желание оставить маленький подарок для этой барышни возникло у Сандрин, как только она свернула в сад клубного дома.  

Осторожно осмотревшись, быстро нашла подходящее место — лужицу от растаявшего снега в тени дерева, недалеко от аллеи.  

Отбросив сомнения, Сандрин медленно направилась туда. На конце ленты были вышиты инициалы. Ее имя.  

Сандрин разжала пальцы. Подхваченная сладким цветочным ветерком, лента плавно опустилась прямо в лужу.  

[Это место — охотничьи угодья. Вот как храбрый охотник добывает лучшую дичь.]  

Мать сказала ей это в день дебюта.  

Тогда Сандрин была слишком юна, чтобы понять смысл этих слов. Теперь же она осознавала его в полной мере. К той несчастной женщине она не испытывала неприязни, но если речь шла о борьбе за одну и ту же добычу – это меняло дело.  

Перед тем как покинуть сад, Сандрин в последний раз взглянула на свой подарок. Розовая лента, утопавшая в грязи, бросалась в глаза даже издалека.  

Впервые этот раздражающе безвкусный цвет показался ей красивым.

http://tl.rulate.ru/book/103321/7601691