— Нуара Варварис —
Сидя в своей комнате, я взглянула в окно со вздохом, закончив расчёсывать волосы.
Сегодня должен был быть радостный день — день, когда я становлюсь настоящим взрослым по стандартам Элдрайн. Но честно говоря, я хотела, чтобы всё это скорее закончилось.
Меня не удивило, что мой день рождения превратился в политическое событие — такова была жизнь Принцессы — но это не значило, что я должна была радоваться или с нетерпением ждать встречи с льстивыми слугами и коварными дворянами из разных королевств, прибывшими в замок Локтвейн на гала-ужин по случаю моего восемнадцатого дня рождения.
Все они хотели чего-то от меня, чего-то от моей матери, или просто хотели меня. Я знала, что мое положение привлекало рыцарей, простолюдинов и принцев.
Не из-за каких-то моих личных качеств; большинство из тех, кто надеялся жениться на мне, никогда даже не видели меня. Ведь я не так часто покидаю замок.
Нет, они хотели жениться на мне, потому что моя мать больше не принимала женихов, и я стала более доступной целью.
В прошлом моя мать, королева Айара, выходила замуж за любого, кто согласился искать Котел Вечности.
После свадьбы жених отправлялся в дикие земли на поиски легендарного артефакта, и через год и один день его объявляли мертвым, а моя мать выходила замуж снова, свадьба служила одновременно и похоронами для последнего мужа.
Рыцари и дворяне приезжали в надежде вернуть Котел на его законное место в Локтвейне и стать королем, правящим рядом с ней.
Но однажды, за год до моего рождения, Айара внезапно изменила эту политику, заявив, что вышла замуж тайно.
Никто никогда не видел мужа моей матери, но через девять месяцев я родилась, доказательство того, что загадочный муж существовал.
Некоторые спорили по поводу этой новой политики, но слово моей матери — закон, и у них не было оснований жаловаться.
То, что Айара теперь была «вне рынка», не означало, что амбициозные дворяне и рыцари сдались. В Локтвейне упорство ценилось превыше всего, и с моим рождением они нашли новый путь.
Теперь мне пришлось пойти и общаться с толпой мужчин (и некоторых женщин), многие из которых надеялись покорить меня и стать моими женихами.
Радость.
Событие стало настолько занятым, что моя мать была слишком занята, чтобы проводить со мной время, за исключением обедов, которые носили формальный характер. Я не винила её, жизнь королевы имеет свои преимущества, но также связана с огромным количеством обязанностей.
Правитель, пренебрегающий своими обязанностями ради личных удовольствий, не заслуживает своего трона.
Моя мать сказала мне, что у меня есть ещё несколько подарков помимо тех, что я открыла утром, в основном от упомянутых женихов, которые все демонстрировали свое незнание обо мне, осыпая меня красивыми платьями и украшениями.
Как будто мою привязанность можно было так легко завоевать. Это не значит, что я не люблю украшения или красивые одежды, но у меня уже есть достаточно, чтобы заполнить мою гардеробную несколько раз.
Они меня не знали и не знали моих вкусов, поэтому они выбирали дорогие, но безликие подарки, пытаясь завоевать мое расположение.
Выбрав одно из своих платьев, шелковое черно-фиолетовое, я спокойно оделась и подошла к окну, взглянув на пейзаж.
Моя спальня находилась в одной из самых высоких башен замка, потому что моя мать поняла, что мне нравятся виды, которые я могла видеть, и часто поднималась на вершины больших башен, поэтому она просто перенесла мою спальню в самую высокую башню. Замок Локтвейн действительно особенный.
Весь этот замок был доказательством силы и таланта моей матери в магии; летящий по воздуху на каменном корабле, удерживаемом в воздухе огромными клубящимися облаками, и поскольку он постоянно перемещается по королевству, виды каждый раз менялись. Облака под замком варьировались от легких дождевых до разрушительных штормов, в зависимости от настроения моей матери.
Помимо того, что огромный замок летает в небе, он также сильно зачарован, что делает его почти невозможным для вторжения. Его коридоры казались лабиринтами для незваных гостей, и если ты потеряешься здесь, то никогда не найдёшься.
Конечно, для меня это просто дом; я никогда не терялась, ни разу. Сам замок направляет меня туда, куда я хочу идти; если я заблужусь, двери откроются, чтобы помочь мне найти путь, парящие светящиеся шары проведут меня, или гаргульи и статуи оживут, указывая или ведя меня к безопасности.
Он знает, что я его будущая королева, и хотя я не могу контролировать его, как моя мать — пока не могу — он всё равно помогает мне, когда это нужно.
Свистнув, я улыбнулась, когда ворон, почти невидимый, скрывающийся в тенях, каркнул мне в ответ с места на карнизе моей кровати, затем спустился и сел мне на плечо, тыкаясь головой в мою щеку.
Нотт — мой фамильяр, ворон, естественно, так как они являются символом Локтвейна, и даже наши рыцари ездят верхом на гигантских воронах, а не на лошадях — он был со мной очень долгое время.
— Иди в бальный зал, найди хорошее место для наблюдения, — спокойно сказала я, поглаживая его перья пальцем. Он тихо каркнул, когда я поднесла его к двери, открыла её и наблюдала, как он улетает выполнять мой приказ. Я могла видеть через его глаза, и он мог становиться почти невидимым в темных местах, а в бальном зале всегда найдутся такие места.
Замок Локтвейн может показаться мрачным для посторонних, но мы любим темноту. Темнота — наш союзник и конец для любого, кто вторгнется в наш дом.
Закончив приготовление, я кратко переключила свое зрение на глаза Нотта и закатила свои, сейчас слепые, глаза, увидев, сколько людей уже было на вечеринке.
Я решила опоздать, но увидев, как моя мать смотрит вверх на место, где сидит Нотт, вздохнула и заставила его кивнуть в ответ на её укоризненный взгляд.
'Я знаю, что тебе это не нравится, но, пожалуйста, потерпи несколько часов хотя бы.'
Напомнив себе о талантах моей матери в магии, я выбрала серебряное ожерелье с аметистом и глубоко вздохнула, прежде чем выйти из комнаты.
Золото не подходило к моему цвету кожи, а аметисты хорошо сочетались с моими глазами. Моё платье было немного с глубоким вырезом, и камень висел прямо над грудью, но у меня не было тела для демонстрации декольте. Я винила своё эльфийское наследие: у большинства эльфов стройные фигуры, и я, как полуэльф, не была исключением.
Я не была плоской, но по сравнению с некоторыми женщинами-людьми мои маленькие груди казались довольно маленькими. Однако у меня была лучшая задница, чем у любой из них, и я заколдовала бы любого, кто не согласится.
http://tl.rulate.ru/book/101583/3508556
Сказали спасибо 3 читателя