Глава 3: Привязанность к жизни.
.
─ Разве вы не провели всю свою жизнь, удовлетворяя собственную жажду знаний? Вы покинули Алхимическое Общество, и о тех исследованиях, которые вы продолжали самостоятельно, вероятно, никто не узнает.
Могу ли я еще задержать его разговором? Я не знал, но это был единственный оставшийся способ.
─ Что вы знаете?
─ Я не знаю. Поэтому не могу сочувствовать. Выбрав одиночество, живя один в этом месте, оторванном от общества, разве вы не знаете?
─ Но мои исследования...
─ Вы были сиротой при рождении, и в тот краткий миг, когда вас подобрал ваш приемный отец, Фейл Димелия, вы узнали, что являетесь "ингредиентом" для его гомункула, и убили его, чтобы выжить. На этом связь между алхимией и вами исчерпывается.
Он прервал меня и невозмутимо поведал о грехах моего детства, о которых никто не должен знать.
Он знал все.
─ ...Я не хотел умирать. Я делал все, чтобы выжить...
Отчаяние с того дня, когда мой приемный отец, в которого я верил, сказал мне, что я всего лишь "ингредиент", возвращалось. Когда я тряхнул головой, пытаясь изгнать эти воспоминания из головы, Кассиус положил руку мне на макушку.
─ Я не осуждаю вас. Истина, которую вы преследуете, - это всего лишь следование по стопам вашего приемного отца.
Возможно, из-за того, что Кассиус прикоснулся ко мне, воспоминания о жестоком конце заслонили собой те, когда я еще чувствовал себя "счастливым" со своим приемным отцом.
─ Я просто... Хотел, чтобы меня признали...
Он сказал мне, что я был одарен и спасен от жизни беспризорного ребенка, живущего бок о бок со смертью.
Дом с крышей над головой, теплая постель, горячая еда - я понял, что счастье в том, чтобы быть обеспеченным едой и местом для сна.
─ И вас будут хвалить, как в старые добрые времена? Даже если вы его убили?
Мне и в голову не приходило, что это может привести к отчаянию.
─ Я просто... По-своему... Хотел быть полезным. Что плохого в том, чтобы использовать для этого Алхимию?
─ В этом нет ничего плохого. Мой предшественник благодарен вам. Ваши достижения в Великой войне между людьми и демонами заслуживают похвалы.
Сказал он мне, словно желая утешить. Я слабо покачал головой в ответ на его слова.
─ Без алхимии у меня не было бы и этого. У меня есть только алхимия... Если вы называете мою алхимию достойной похвалы, то почему вы приговариваете меня к казни? У меня есть только алхимия...
─ И что же вы ищете с помощью алхимии?
─ Истину. Я уже говорил вам. Я ищу истину. Даже сейчас... Вот почему я решил получить новое тело, чтобы продолжить это...
Прежде чем я успел закончить, Кассиус захлопал в ладоши. Монотонный звук хлопков резким и холодным эхом разнесся по комнате.
─ Понятно... Так вот что побудило вас к действию. Не так уж плохо узнать о своем преступлении в последний момент.
─ Давайте будем благодарны за это.
─ Хмф, как будто вам не все равно.
При звуке холодного голоса, словно он видел меня насквозь, губы Кассиуса дрогнули.
─ Гласс Димелии. Ваше преступление - исследование гомункулов.
Обвинения были слишком необоснованными.
─ ...Но ведь есть и другие исследователи?
─ Их уровень завершенности различен. Теории, которые вы завершили, уже перешли в область богов. Гомункул, служащий сосудом для души, - такое создание приведет мир к катастрофе.
Продолжил Кассий, даже бровью не пошевелив на мои возражения. Таким образом, стало ясно, что мои исследования достигли того уровня, который не каждому под силу. И вот теперь все пошло наперекосяк, и меня приговорили к смерти.
─ ...Тогда что, если я уничтожу все свои исследования гомункулов?
─ Вы правы. Если вы уничтожите все, я, возможно, передумаю.
─ ...Я понимаю.
Возможно, это мой единственный способ выжить.
Я начал сжигать в камине одну за другой свои научные работы.
Пока я не спеша сжигал все подряд, Кассиус молча прислонился к двери с закрытыми глазами. Я понятия не имел, о чем он думает, но просто продолжал сжигать.
Пока я могу защитить завершенного гомункула, я смогу выжить.
Огня из камина было недостаточно, поэтому, используя упрощенный магический круг, я призвал огонь, чтобы усилить жар. С помощью другого магического круга я вызвал магию ветра, чтобы сдуть пепел через дымоход.
Я сжег все. Даже исследования, не имеющие отношения к гомункулам.
─ ...Это все?
Когда все полки опустели, Кассиус открыл глаза.
─ ...Верно.
Я солгал. Один завершенный образец был оставлен в тайной комнате за стеной.
─ Хорошо.
Он кивнул и повернулся ко мне спиной.
Наконец-то все закончилось.
Пока образец оставался, мои цели были достижимы.
─ Как жаль, Гласс Димелии.
Но как только он произнес эти слова низким голосом, он развернулся и быстрым движением достал бронзовую змею Нехуштана.
─ !!
В следующее мгновение стена за моей спиной разлетелась на куски, явив гомункула, подвешенного внутри огромного стеклянного сосуда.
─ Неужели вы действительно верили, что такими жалкими уловками можно обмануть божество?
─ ..!
Его взгляд пригвоздил меня к месту леденящим холодом. Моя рука потянулась к волшебному свитку, спрятанному в рукаве, но было уже слишком поздно. Резкий ветер прорезал воздух, и моя рука упала на пол.
─ А... А... ─ Кровь хлынула из обрубка плеча, и меня охватила мучительная боль. ─ АААААА!
Я рухнул на пол, издав вопль. Пол, скользкий, словно смоченный водой, быстро окрасился моей кровью. Корчась от боли, я понял, что на меня что-то давит. Перед моими глазами лежала отрубленная голова с лицом более молодого меня.
─ ...Ааа... Ааа...
Не сразу я понял, что это гомункул, обезглавленный прямо вместе с контейнером.
─ С этим все было уничтожено. ─ Улыбка Кассиуса была мрачной, его удовлетворение было очевидным перед лицом такого отчаяния.
─ Осталась последняя вещь. Но это неважно. ─ Он пробормотал про себя, затем взялся за рукоять Нехуштана.
─ Что касается вашего предыдущего предложения... ─ проговорил он, приседая рядом со мной. ─ Если вы поклянетесь навсегда отказаться от исследований гомункулов, я, возможно, передумаю.
─ ...Как вы думаете, без руки я смогу продолжить?
Потеря крови мешала сосредоточиться.
─ Я могу залечить вашу рану. ─ Его тон был непринужденным. Вслед за этим раздался звук, с которым Нехуштан покинул ножны.
Нехуштан обладал двойными способностями: "Отсечение" и "Соединение". Отрезанные предметы могли быть "соединены" владельцем Нехуштана при прикосновении. Кассиус, несомненно, знал об этом.
Но какая от этого польза?
─ ...Это бесполезно, если вы не можете вылечить болезнь черного камня.
─ Это не в моей власти, а часть вашей судьбы. Смиритесь с этим.
─ Зачем продлевать мои страдания?
Все мои исследования теперь существовали только в моей голове. Мои инструменты, рабочее место - все было уничтожено.
─ Это вам предстоит решать.
─ Единственное, что у меня осталось, - это отчаяние...
Без моего гомункула надежда угасла.
─ Пока вы живы, надежда сохраняется.
─ Моя последняя надежда только что была уничтожена вами...
Это было жестоко, это насмешливое утешение от человека, который лишил меня всего.
Но прежде чем гнев успел подняться, мое сознание начало угасать.
─ Если вы хотите жить дальше, я остановлю кровотечение.
─ Нет, спасибо. Достаточно... Я устал.
Мое зрение затуманилось, и мир стал морозно-белым. Холод был кусачим.
─ В оставшейся жизни для меня нет света. Мир, лишенный надежды, не привлекателен.
Я перенесся в те суровые зимние дни моих самых ранних воспоминаний. Хотя я прожил тридцать семь лет после этого, казалось, мне все же не удалось избежать когтей смертельного отчаяния.
─ ...Покончи с этим.
─ Очень хорошо. Ваша казнь состоится.
Его голос был последним, что я услышал.
Возможно, в его последнем акте милосердия я не почувствовал боли.
***
http://tl.rulate.ru/book/101226/3481059
Сказали спасибо 14 читателей