Готовый перевод Scent of Time / Аромат времени ✅: Глава 23.2

- Ты…

Хуа Мэйжэнь уже собиралась ткнуть меня пальцем в нос и выругаться, но горничная, державшая поднос у нее за спиной, потянула ее за рукав и прошептала: «Госпожа, давайте поторопимся и подадим суп от похмелья, иначе он остынет».

Эта девушка умнее хозяйки. Однако я была полна решимости уничтожить Хуа Мэйжэнь. Во-первых, этим я окажу услугу Чжун Сиу, и он лишится возможности использовать Хуа Мэйжэнь как плацдарм для нападения на семью Хуа. Во-вторых, тем самым я не допущу, что Хуа Сян, разозлившись из-за моего непослушания, в будущем снова примется за старое*, использовав эту шахматную фигуру. Тогда мои прошлые усилия пропадут втуне.

* снова заняться старым ремеслом - обр. приняться за старое; вернуться к прежнему занятию.

 Поэтому я подождала, пока Хуа Мэйжэнь пройдет мимо меня, и вытянула ногу, чтобы подставить ей подножку.

Увидев, как она в смущении упала на землю, в глубине души я даже почувствовала себя немного виноватой.

Но как только чувство вины схлынуло, я заставила себя быть безжалостной. Я не из тех женщин, у которых сердце святой*. Хуа Мэйжэнь как трава на гребне стены, клонится в обе стороны**, и неизвестно, чью сторону она примет в будущем. В романе она даже подталкивает ситуацию к тому, что всю семью Хуа убивают. Мне лучше помешать ей прийти к власти до того, как это произойдет.

* инт. жарг. прямо святой - о человеке, склонном проявлять излишнее сочувствие к другим и делать замечания менее серьёзным.

** куда ветер подует, туда и он; человек без твердых убеждений, не принимающий какую-либо сторону; флюгер; хамелеон.

- Хуа Цянь, ты с ума сошла? - Хуа Мэйжэнь встала и отряхнула свою одежду, свирепо глядя на меня.

Цянь Чжи машинально встала передо мной, но я махнула рукой, заставляя ее вернуться ко мне за спину. Конечно, я должна нести ответственность перед человеком, которого спровоцировала.

- Кузина, это слишком обидно, не так ли? Возможно ли, что ты винишь меня за то, что я сама не наступила на это? - Я намеренно напустила на себя оскорбленный вид.

- Хуа Цянь, у меня нет к тебе никаких претензий, почему ты продолжаешь нападать на меня? - Видно, что Хуа Мэйжэнь больше не могла этого выносить, раз заговорила, невзирая на попытки горничной, стоявшей рядом с ней, урезонить ее. - Я много раз доставляла новости для Хуа Сяна раньше, и вот как ты мне отплатила!

Бинго.

- Кузина, о чем ты говоришь? Я не понимаю. - Я прикрыла рот рукой и притворилась удивленной.

Хуа Мэйжэнь становилась все более и более откровенной:

- Раз ты здесь, хватит притворяться. Без меня, как мог бы Хуа Сян продвигаться по службе* при дворе?

* букв. шаг за шагом взбираться наверх - продвигаться по службе; преуспеть.

Я вздохнула и сказала:

- Слова моей кузины становятся все более нелепыми. Мой отец не участвует в межпартийной борьбе и не имеет отношения к гарему. Зачем ему просить тебя о помощи? Кроме того, прошел всего год или два с тех пор, как ты переступила порог дворца. Откуда у тебя такая сила?

Чтобы избавиться от этой Хуа Мэйжэнь, мне оставалось лишь вопреки совести нести чепуху.

- Хуа Цянь, ты считаешь себя слишком глупой или слишком умной? Ты думаешь, Хуа Сян хочет быть просто министром, не имеющим покровителей? - с усмешкой ответила Хуа Мэйжэнь.

Я отвернулась с заметным презрением и ответила:

- Возможно, я не знаю всего о мыслях моего отца, но, во всяком случае, я мыслю гораздо яснее, чем Хуа Мэйжэнь. Если мой отец жаждет власти, как он мог закрывать глаза на людей, которых Хуа Мэйжэнь много раз отправляла к нему за последние месяцы, чтобы выразить свое хорошее расположение?

Лицо Хуа Мэйжэнь побледнело. Она явно не понимала, почему Хуа Сян вдруг начал игнорировать ее, но, стремясь сохранить репутацию, продолжала упорствовать, поэтому сухо спросила:

- Ты думаешь, я не смогу выжить без Хуа Сяна? И без него я все еще могу добиться успеха в этом гареме. Подожди и увидишь. Рано или поздно я сяду на место феникса* и заставлю тебя стоять на коленях и умолять меня.

* перен. император.

Что ж, ее амбиции все еще неизмеримы. Тем более, разве считается хорошей наложница, не желающая стать императрицей? Но иногда знать самого себя слишком хорошо приводит к плачевным результатам.

- О? Когда это Хуа Мэйжэнь успела повлиять на мое решение? И собралась занять трон феникса? - Чжун Сиу, наконец, вышел из-за каменной декоративной горки, и лицо Хуа Мэйжэнь внезапно стало бледным, как лист бумаги.

- Хуа Цянь, ты меня подставила! - Хуа Мэйжэнь стиснула зубы и уставилась на меня.

Чжун Сиу встал передо мной и парировал:

- Ты еще не ответила на мой вопрос, откуда у ничтожной придворной дамы такой большой аппетит?

В любом случае, он все еще император. Обычно он мягок, но стоит ему принять важный вид, это пугает людей. Даже у меня один раз подкосились ноги при виде его гнева.

Эй... Кстати, об этом, когда я перестала его бояться?

Хуа Мэйжэнь перекрыла себе пути к отступлению, когда только что разговаривала со мной. Она сказала, что ей не нужен Хуа Сян, и теперь не могла не вцепиться в него, не укусить.

Думая, что моя задача выполнена, я достала носовой платок, вытерла несуществующие слезы из уголков глаз и сказала: «Я надеюсь, что император вспомнит о былых заслугах клана Хуа и не станет наказывать Мэйжэнь слишком сильно. Эта придворная слаба и не может долго стоять на ветру. Позвольте мне уйти первой».

Чжун Сиу посмотрел на моё позёрство с улыбкой в глазах и слегка кашлянул, чтобы скрыть это. Затем он посмотрел на Хуа Мэйжэнь, чье лицо казалось таким же зеленым, как и ее одежда.

Я вздохнула про себя. Хуа Мэйжэнь не совершала никаких выходящих за рамки дозволенного действий. Чжун Сиу только и мог, что подвергнуть ее опале, отправив в Холодный дворец, например. Тогда я договорюсь с несколькими людьми, которые будут заботиться о ней в будущем, а затем пошлю ей немного серебра. Жизнь в гареме становится легче, когда у тебя водятся деньги. В конце концов, на этот раз именно я замыслила заговор против нее.

Как только я повернулась, то услышала сердитый крик и два тревожных возгласа.

- Хуа Цянь, ты сука!!!

- Принцесса!!!

- Император!!!

Внезапно кто-то крепко схватил меня за запястье, и как только я обернулась, меня заключили в крепкие объятия.

Чья-то ладонь надавила мне на затылок, так что я не могла поднять голову, и в нос мне ударил запах чернил.

В то же время раздался звук разбивающейся керамики после того, как она ударилась о чье-то тело - это был свежеприготовленный суп от похмелья.

http://tl.rulate.ru/book/100371/4886310