Готовый перевод A Bond for the Ages / Связь на века - Архив: Глава 113

Когда Алексей погасил свой огненный шар и прорвался сквозь водяной щит с лианами, поставившими ему подножку, в вампире словно что-то щелкнуло.

"Хватит!" крикнул Алексей.

Гарри поднялся на ноги, когда вампир бросился к нему. "Мне очень жаль".

"Нет, достаточно извинений", - сказал Алексей, приседая перед ним. "Ты знаешь, в чем проблема, почему ты борешься со своей магией. Тебе нужно поговорить с кем-нибудь о том, что ты переживаешь".

"Я ни через что не прохожу", - защищался Гарри. "Что случилось, то случилось".

"Это не значит, что это не больно", - сказал Алексей. "Твои друзья могут не понимать, но мы понимаем: я, Лейф, Северус, Драко".

"Что ты можешь понимать?" усмехнулся Гарри.

"Твоя вина выжившего убьет тебя, если ты ей позволишь", - сказал Алексей, и Гарри резко посмотрел на него. "Да, люди, которых ты любишь, погибли, а ты нет, но это не делает их виноватыми".

Гарри нахмурил брови. "Как ты..."

"По тому, что я знаю о твоих переживаниях, легко определить, что тебя беспокоит", - сказал Алексей и, вздохнув, уселся рядом с Гарри, повернувшись лицом в противоположную сторону, чтобы они по-прежнему находились лицом к лицу. "Мне было четырнадцать лет, когда вся моя семья была убита, и я был единственным, кто выжил. Григорий мог спасти любого из нас, но выбрал меня. Он никогда не говорил мне, почему".

Гарри посмотрел на Алексея, когда вампир замолчал, отводя глаза от Гарри.

"Я не понимал. Во многом не понимаю до сих пор", - сказал Алексей. "Я никогда не узнаю, почему я жил, а они нет, но я знаю, что это не имеет никакого отношения к заслугам. Просто так сложились обстоятельства. Возможно, причина в Северусе, или в Лейфе, или в тебе. Какова бы ни была причина, я жил, и никакое чувство вины или упрека не вернет мою семью. Никакое количество вины или упреков не отменит ничего из того, что произошло. Все, что ты можешь сделать, это принять то, что с тобой произошло, и расти... учиться".

"Чему учиться?"

"Кто ты есть", - сказал Алексей. "Чего ты хочешь".

Гарри покачал головой и опустил глаза в пол. "Я никто и ничего не заслуживаю".

Прохладные пальцы схватили его за подбородок и заставили встретиться с голубыми глазами Алексея. "И то, и другое - абсолютная неправда, и я могу найти множество людей, которые со мной согласятся. Я делал ужасные вещи многим людям, используя свое чувство вины как оправдание, но неужели вы думаете, что я недостоин этого?"

"Нет, - сказал Гарри, - но, Дамблдор, он все контролировал. Он оставил меня с Дурслями, позволил случиться всем этим вещам, забрал С... этим летом".

"Ты сказал Дамблдору, что больше не будешь им управляться, так почему же ты позволяешь ему удерживать тебя от того, чего ты хочешь?" сказал Алексей, отпустив подбородок Гарри. "Почему ты позволяешь кому-то говорить тебе, что ты можешь или не можешь иметь?"

"Потому что то, чего я хочу, не хочет меня", - признался Гарри. "Потому что то, что я хочу, означает, что я должен выбирать, и что бы я ни выбрал, я что-то теряю, и я остаюсь один. Я всегда один".

"Если кто-то заставляет тебя выбирать, значит, ему на самом деле все равно", - сказал Алексей. "Ты не отвечаешь за всех остальных и их убеждения, только за свои собственные".

Гарри снова посмотрел на пол между своими ногами. "А что сделал ты? После своей семьи и Григория?"

"Много ужасных вещей", - сказал Алексей. "Я думал, что если другим больно, то, может быть, и мне будет не так больно. Когда стало ясно, что этого не происходит, я замкнулся в себе, погряз в своем горе и чувстве вины".

"Как ты остановился?" спросил Гарри.

Губы Алексея искривились в небольшой улыбке. "У меня появился друг".

"Лейф?" осведомился Гарри, и Алексей кивнул. "И что он сделал?"

"Он выслушал и принял", - сказал Алексей. "Он понял".

Гарри пожевал губу, но повернулся, чтобы снова посмотреть на Алексея, когда вампир коснулся его плеча. Он чуть не прослезился от сострадания и привязанности на лице Алексея."Я не знаю всего, что тебя беспокоит, но держать это в себе - значит причинять тебе боль", - сказал Алексей. "Я знаю, что это единственный путь, который ты знаешь, но есть и другой. Ты должен с кем-то поговорить. Если твои друзья не понимают, найди того, кто понимает и может дать тебе то, что тебе нужно. Если они действительно твои друзья, они поймут тебя, а пока найди того, кто поймет тебя сейчас, потому что ты не можешь продолжать в том же духе. Я не хочу видеть, как ты разрушаешь себя, Ребенок. Я видел, как слишком многие, о ком я забочусь, делали то же самое и теряли себя".

Гарри посмотрел в голубые глаза, затем отвернулся, сделав глубокий вдох. Он уставился на своё отражение в зеркальной стене в другом конце комнаты. Внутри него было так много вещей, которые причиняли ему боль. Он не знал, как справиться со всем этим, но, возможно, Алексей сможет помочь хотя бы с одной.

"В прошлом году мне пришлось участвовать в Тривизардном турнире", - сказал Гарри, чувствуя себя далеко в своих воспоминаниях. "Кубок в третьем задании был Портключом. Мы с Седриком, другим чемпионом Хогвартса, схватили его вместе. Мы попали на кладбище, и он погиб. Я убедил его взять кубок с собой, и вся ловушка была предназначена для меня, а я был слишком слаб, слишком напуган. Я позволил ему умереть. Он умер, когда на его месте должен был быть я. Седрик погиб, а Волдеморт вернулся из-за меня. Я не могу перестать мечтать об этом. Я все время вижу, как Седрик умирает, и никогда не могу его спасти. Я всегда просто позволяю ему умереть".

Из уголка его глаза выскочила слеза, но он просто позволил ей упасть. Несколько мгновений над ними царило молчание. Боль пульсировала в груди, когда он позволял себе думать и говорить о Седрике и той ночи, но в глубине души ощущалось что-то еще, только он не был уверен, что именно. Да он и не мог знать. Он никогда раньше не говорил ни с кем, ему никогда не позволяли. Мерлин знал, что случалось каждый раз, когда он открывал рот у Дурслей. Потом он стал Гарри Поттером... У Гарри Поттера не было проблем, он их решал. Ему не нужна была помощь, он её оказывал. Он ни в ком не нуждался, у него не было трудной жизни. Он был Мальчиком-Который-Выжил, с идеальными родителями, готовыми умереть за него, и с удивительной силой, одолевшей тёмного лорда.

Откуда ему было знать, что ему нужно, если ему никогда не позволяли ни в чем нуждаться?

"Я должен был умереть вместе со своей семьей", - сказал Алексей после долгого молчания. Гарри повернулся к нему, но вампир на этот раз отвёл взгляд в сторону, уставившись на дверь в комнату. "Я жалею, что не спорил с Григорием, не боролся за то, чтобы он спас других или оставил меня умирать вместе с ними. Я долгое время винил его. А как же иначе? Я винил его, винил себя, но в конце концов понял, что это не имело бы никакого значения. Даже если бы я больше боролся с Григорием, это ничего бы не изменило. Григорий никогда бы не изменил своих поступков, своего выбора, и что-то мне подсказывает, что и выбор Седрика ничего бы не изменил".

Голубые глаза снова встретились с его глазами и не отпускали. Он обнаружил, что не может не слушать. Странно, но все попытки думать о Седрике за последние три месяца приводили к срывам и отключениям.

"Так же как он не смог бы изменить твой выбор, если бы попытался отговорить тебя взять кубок", - продолжал Алексей. "Вы оба сделали свой выбор и, к сожалению, пережили нечто поистине ужасное. Вы не были слабыми, вы выжили. Ты никогда не смог бы спасти его, ребеночек, потому что он не был твоим, как и я, и моя семья. Это случилось потому, что такие вещи случаются, и ничего нельзя сделать. Ты должен чувствовать горе, а не вину. Чувство вины отвлекает от потери и мешает исцелению. Это то, что, я думаю, мы все можем вам сказать".

Гарри положил подбородок на руки, лежащие на коленях. "Не думаю, что я знаю, как горевать. Я потерял только своих родителей, но я их не помню, и мне не разрешали о них говорить. Никто больше не понимает, каково это - потерять кого-то или наблюдать, как кто-то умирает".

"Большинство не понимает, - согласился Алексей, - но ты знаешь тех, кто понимает. Просто нужно быть готовым говорить с ними, говорить обо всем, независимо от того, что тебе говорят другие".

"Мне нельзя", - пробормотал Гарри, думая о Дамблдоре, Сириусе, Роне и Гермионе.

http://tl.rulate.ru/book/98798/3367508