Готовый перевод I Said Make My Abilities Average! / Я Сказала Усредни Мои Способности!: Глава 253.

253 Приграничный город 3

Они вошли в лес и шли уже несколько часов. Дважды устраивали короткий отдых подольше и ещё несколько раз — совсем ненадолго; дневной переход подходил к концу. На обед решили не останавливаться — это съедает слишком много времени. Зато с утра наелись основательно.

Здесь ещё не чувствовалось последствий того, что соседнее государство выдавливало чудовищ со своей стороны, так что пока отряду оставалось лишь идти вперёд. Встретить тварей, лишённых логовищ и гонимых к границе, должны были только завтра.

В обычной обстановке ни зверь, ни магическое чудовище не полезли бы на такую толпу солдат и охотников. Как бы ни были они дики, до такой степени идиотами не бывают.

Сегодня — просто встать лагерем, а настоящая работа начнётся завтра.

— Пора на ночёвку, — сказал командир взвода. — Спешить некуда. Лучше поставить всё, пока светло, спокойно отдохнуть и подготовиться к завтрашнему дню.

Он был прав. Они уже забрались достаточно глубоко, и встретят ли изгнанных оттуда тварей чуть раньше или чуть позже — по времени большой разницы не было. Куда важнее местность и состояние людей. А место, где они остановились, как назло оказалось удачным: редколесье, переходящее в травянистую поляну — самое то для стоянки.

— Всем стоять! Лагерь — здесь! — гаркнул старший унтер-офицер, перекрикивая колонну вперёд и назад.

Ничего страшного, что шумно. С таким количеством людей они всё равно гремели на пол-леса, и никакой зверь не мог их не заметить. Да и вряд ли найдётся дурак, который полезет на боевой отряд числом больше пятидесяти. А как начнут готовить — запах разойдётся ещё дальше. С самого начала было ясно: прятаться бессмысленно.

Ночёвка ночёвкой, но тащить вглубь леса палатки, да ещё отрядом, где почти одни бойцы, никто и не думал. Обычно просто скашивали немного травы, стелили её, сверху — плащ, или же ложились, завернувшись в плащ. Если повезёт — вернутся через три ночи и на четвёртый день; не повезёт — через четыре ночи и на пятый. Этого достаточно.

Солдаты заняли места и принялись косить траву. Вокруг некоторых участков странно «раздвинули» пространство — похоже, это заранее отгородили тех, кто во сне мечется, храпит или скрипит зубами так, что рядом не выживешь.

Охотники тоже стали устраиваться.

И тут движение в солдатской группе и в двух охотничьих партиях разом остановилось.

Тишина расползлась по поляне.

«…………»

— С-с-с… что это такое? — выдавил командир взвода.

Он, предоставив подчинённым заботу о собственном месте, стоял в стороне и наблюдал — и теперь спрашивал у Мэвис.

— А? Обычная палатка, — ответила Мэвис, искренне не понимая, в чём дело.

Чтобы показать, она чуть приподняла входной полог. Внутри обнаружились четыре кровати, простой столик, четыре стула и небольшой комод со сменной одеждой. Кровати, конечно, были не изящные «барские» с балдахином — обычные походные.

— Но… ты… это… за один миг…

— А, да. Каждый раз разбирать и собирать — лень, вот мы и держим её целиком в магия хранения…

— Да не может быть! — взорвался хор.

Крикнули все разом — солдаты, стоявшие рядом, и сам командир взвода тоже.

— Но магия хранения… — командир взвода явно пытался удержать голос в рамках рассудка, но выходило плохо. — Разве её вместимость не определяется соотношением веса и объёма хранимого?

Пользователей магии хранения было немного.

И дело не в том, что её «со временем осваивают»: она слишком сильно зависит от врождённой пригодности. Так что если человек молод, но одарён — ничего удивительного, что он способен на такое. Странным выглядело другое: обладатели этой магии обычно нарасхват у знати и купцов, а тут — опасная и небогатая работа охотника. Впрочем, каждый вправе жить как хочет. Но…

— Если у вас столько места, да вы бы палатку хоть сложили! — рявкнул командир взвода. — Набили бы туда что-нибудь полезное!

Солдаты вокруг закивали так дружно, будто это был строевой приём.

Будь он заранее уверен, что перед ним владелец по-настоящему вместительного хранилища, можно было бы нагрузить их всем подряд… да хоть одеялами, мясом, овощами. И вода: не пришлось бы ограничиваться минимумом питьевой, надеясь на двух солдат, у которых водная магия на уровне бытовых чар, — можно было бы готовить нормально. Мысль о такой упущенной возможности раздражала; командиру взвода даже стало неприятно.

Он понимал: «Алый Обет» ни при чём. Но для начальника потерять шанс резко улучшить условия питания — это, как ни крути, горько.

— Так оно и лежит, — заметила Майл.

— А? — вырвалось у командира взвода, и он сам услышал, насколько глупо прозвучал.

— Я и говорю: лежит. И не только это… там ещё много всего.

С этими словами Майл стала один за другим вытаскивать из хранилища предметы: разделочный стол, очаг, огромный котёл, посуду и утварь, потом мясо, овощи…

— Ну-ка!

Бух!

Последним на траву опустился большой бак с водой.

Все стояли, уставившись, как люди, у которых внезапно украли способность говорить, — и тут подала голос Полин:

— Вода — одна кружка за пять медных монет! Хлеб — одна штука за пять медных! Тушёное мясо с овощами — одна миска за пять малых серебряных монет!

Вообще-то она заранее думала: если солдаты окажутся грубиянами, готовить будут только на себя и на охотников, а с солдат содрать втридорога. Но, вопреки ожиданиям, все оказались людьми приличными — и Полин выставила «по совести».

Пять медных монет — примерно как пятьдесят иен, пять малых серебряных — примерно как пятьсот. Вода, конечно, отдельная история, но остальное — вовсе не запредельно: в городской харчевне взяли бы примерно столько же.

— …Это… серьёзно? — только и смог выдохнуть командир взвода.

И через несколько десятков минут…

Перед палаткой «Алый Обет», где уже устроили очаг, стало людно: туда тянулись солдаты один за другим.

Зрителей набежало ещё на стадии приготовления.

Котёл наполнили водой магией, затем Рена аккуратно опустила внутрь огненный шар — и вода мгновенно вскипела.

Мэвис одним махом меча превратила сухостой в нормальные поленья.

Рена снова дала огня — и очаг ожил.

Дальше оставалось лишь засыпать нарезанные Майл продукты и приправить — приправы тоже достали из хранилища. Специй они не жалели, так что пять малых серебряных за миску — уж как ни крути, оправдано. Они и так, можно сказать, делали скидку.

«…………»

Полин внезапно почувствовала на себе взгляды. Солдаты и охотники — все смотрели именно на неё.

Майл, Рена и Мэвис уже успели показать «фокус» каждая по-своему, и теперь, похоже, ожидали чего-то и от Полин. Она это поняла, но с готовкой ей больше помогать было нечем.

Однако оставаться единственной, кто не приносит денег, тоже не хотелось.

Подумав и нахмурившись, Полин наконец придумала…

— Исцеляющая магия! Один раз — пять малых серебряных монет! Порезы от травы и веток, боль в ногах, всё, что надорвали на тренировках, — берусь за любое!

Это было до смешного дёшево.

Если не считать отрядов, где держат собственного целителя, то в городских лечебницах, которые ведут бывшие охотники-целители, берут куда больше. Иначе и быть не может: запас магической силы ограничен, толпу каждый день не исцелишь.

А в полевых условиях оставшаяся магия для мага — почти что страховка жизни. Не бывает таких магов, которые разбрасываются заклинаниями ради пустяков. Поэтому обычно мелкие раны терпят до города. В провинциальных войсках, где целитель при взводе — роскошь неслыханная, после возвращения чаще всего и вовсе оставляют всё на самозаживление.

— …Серьёзно?!

Солдаты кинулись к Полин.

Охотники спохватились поздно и теперь только стояли, разинув рты, и смотрели.

У Полин и талант был, и Майл научила её более эффективным приёмам — пусть не раскрывая самой «глубины» магии. Поэтому лёгкие исцеления она могла накладывать одно за другим, тратя совсем немного сил. А дальше всё равно ужин и сон, небольшие затраты не страшны.

Да и что тут может случиться при таком количестве людей и при том, что рядом «Алый Обет»? Лес, конечно, большой, но это не неведомая чаща, куда никто не ходит. Известно, что самые опасные твари здесь — максимум огр.

Раз это не дальний поход, а просто выйти вглубь леса и вернуться, многие даже не взяли кошельки: «тратить всё равно негде». Такие занимали мелочь у товарищей или у начальства — у тех, кто не любит оставлять деньги в казарменном сундуке и всегда носит кошель при себе.

Не нашлось бы дурака, который ради этой жалкой суммы отказался бы от нормальной еды или от возможности привести в порядок тело.

Пока всё это происходило, подоспело и тушёное мясо с овощами, за которое отвечала Майл. Так солдаты и охотники получили то, на что даже не рассчитывали: приличную горячую еду на ночёвке — безо всякого обозного сопровождения.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/985/16453590