— Фу-у-ух...

Маргерита, с осунувшимся лицом и окурком в пальцах, сидела на корточках на заднем дворе храма.

«Как я вообще до такого докатилась?..»

Она ведь стала жрицей только потому, что хотела исцелять больных.

Единственная её вина, пожалуй, была в том, что она слишком уж рьяно этим занималась.

В трущобах имперской столицы она накладывала исцеляющую магию на всех, до кого могла дотянуться, помогала людям — и слава святой Маргериты выросла в одночасье. А вместе со славой росло и её положение в церковном ордене.

В конце концов она стала самой юной верховной жрицей за всю историю ордена. Ей доверили целый храм.

До этого места всё ещё было терпимо. Чем выше должность, тем больше полномочий внутри ордена, а значит, тем легче добывать лекарства, людей и деньги для лечения больных.

Беда началась потом: к новой должности липким комом прицепились дела, которые к жрецу-целителю не имели ровным счётом никакого отношения.

Административные бумаги, которыми обязана заниматься верховная жрица. Кадровые вопросы подчинённых жрецов. Храмовый бюджет. Сбор пожертвований. И так далее, и тому подобное...

Пока Маргерита работала в первых рядах как обычный жрец-целитель, обо всём этом можно было даже не думать. Стоило перейти в управление — и всё это повисло на ней гирляндой.

«Я ведь просто хочу лечить больных и ухаживать за ними».

Но хуже всего оказалась разведка. Ей поручили вынюхивать обстановку и настроения в городе, куда её направляли, а потом докладывать в имперскую столицу. Вот тут Маргерита уже начала закипать.

«Да какое, во имя всего святого, это имеет отношение к жрецу-целителю?»

И всё же она молча выполняла приказ. Раз уж работу дали, надо делать.

После нескольких лет службы в провинциальных городах оценки у неё оставались высокими, и новое назначение пришло внезапно: крепостной город Кроссроуд, Фронт против чудовищ.

Туда, где чудовища приходили убивать людей. Стоило обороне хоть раз рухнуть — и не стало бы ни храма, ни города, ни самой Маргериты.

Вот тут ей стало по-настоящему страшно.

Посвятить жизнь исцелению больных — это одно. И совсем другое — шагнуть под огонь войны.

Но что поделаешь? Сверху приказали — значит, выполняй.

Чуть ли не каждый день в храм приносили солдат с оторванными руками и ногами. Они кричали так, что стены дрожали. Маргерита, больше привыкшая магией изгонять болезни, поневоле подружилась с бинтами, дезинфекцией, иглой, ниткой и пилой.

И всё же она держалась. После каждой битвы коридоры маленького храма заливало кровью, но это можно было вынести. Даже наоборот — каждый день был наполнен делом.

Последние годы на управленческой должности почти не оставляли ей времени для настоящей работы жреца-целителя. А в Кроссроуде людей вечно не хватало. Маргерита, пусть и с титулом верховной жрицы, снова оказалась на передовой — лечила солдат собственными руками.

Административные обязанности верховной жрицы. Непонятно зачем навязанная разведка. Работа жреца-целителя прямо на месте.

Тяжело было до безумия, но не плохо.

И вроде бы всё как-то катилось дальше...

Пока принц Эш, командующий фронтом, вдруг не обратился к ней с просьбой:

— Помогите мне, Маргерита. Мне нужны ваши способности к исцелению.

То есть предложил подняться вместе с ним на крепостную стену и сражаться с чудовищами.

Он что, с ума сошёл?

Кроме как разбрасывать исцеляющую магию, она вообще ничего не умела. И что ей, спрашивается, делать лицом к лицу с монстрами?

Но выбора не было. Перед ней стоял не только командующий фронтом, но ещё и принц. «Просьба» в его устах была приказом.

Сказали выполнять... значит, выполняй...

Так она поднялась и на стену. Когда увидела лицо вампира, едва не описалась от ужаса, но выдержала и сражалась вместе со всеми. Победили. И что, это правда оказалось ей по силам?!

...А теперь раскрылась её разведывательная работа.

Принц Эш уже вытряс из неё душу, остальные в крепости косились, а теперь ещё и из центрального храма наверняка явится кто-нибудь с разносом.

Её мяли, шпыняли и гоняли со всех сторон, пока стресс, давно переваливший за всякие пределы, наконец не рванул.

Когда Маргерита пришла в себя, в руке у неё оказались алкоголь и сигарета. Нет, сигарета уже торчала у неё во рту.

«Я же просто... обычная маленькая горожанка... хотела накладывать магию на простуженных больных и слушать благодарности...»

Маргерите стало до слёз себя жалко.

«Даже когда я изо всех сил пытаюсь спасти солдат с оторванными конечностями и вывалившимися внутренностями, они всё равно умирают один за другим, и каждый раз больно. Надоело после каждой битвы купаться в чужой крови. Мне и так до смерти страшно от того, что чудовища стоят за стеной, а теперь меня ещё заставляют смотреть им в лицо с этой самой стены».

Она скучала по тем временам, когда только начала служить жрицей.

Трущобы имперской столицы были жутким местом, но, если сравнивать с Кроссроудом, — сущим раем.

Маргерита хотела туда вернуться. В дни, когда не нужно было думать ни об управлении, ни о разведке, ни о монстрах. Когда она просто занималась помощью людям как жрец-целитель...

— Куда вообще катится моя жизнь...

Едва Маргерита простонала это, рядом раздался приветливый голос:

— Тяжело, да? Возьмите, хоть это покурите.

Вместе с голосом ей протянули ровную новую сигарету.

— А, спасибо...

Маргерита, не думая, взяла сигарету и сунула её в рот. Потом повернула голову.

Перед ней стояла незнакомая женщина. Длинные чёрные волосы собраны низко, на плечах — аккуратная форма имперской армии. Женщина-офицер уже в годах.

— Простите... а вы кто?

Маргерита спросила это с лёгкой настороженностью, и женщина, давшая ей сигарету, — Рейна — криво улыбнулась.

— Из Центра. К вам, верховная жрица Маргерита, ответственная за Южный край.

— ...!

Пока глаза Маргериты расширялись, Рейна укоризненно цокнула языком.

— Понимаете, зачем я пришла?

Конечно, понимала. Разведывательная миссия провалилась, а принц Эш обнаружил магический коммуникатор в статуе Богини.

— Фу-у...

Рядом с застывшей Маргеритой Рейна зажала во рту собственную сигарету и прикурила.

— Я всегда говорила наверху, что однажды что-нибудь подобное случится. Использовать жрецов как разведчиков, конечно, удобно, но их же толком не обучают. Рано или поздно кто-нибудь обязательно проколется.

— ...

— Но меня не слушали. Вырастить новых агентов, разослать их по всей стране, заново построить сеть связи — это куда дороже, чем по старинке пользоваться жрецами. В несколько раз дороже. Ну вот, полюбуйтесь. Дождались.

Рейна мягко улыбнулась.

— Так или иначе, вы напортачили. Придётся отвечать, верховная жрица Маргерита.

— А... э... я...

Маргерита дрожала всем телом и наконец выдавила:

— Ч-что мне теперь делать?..

— Забавно, но как раз об этом наверху спорили довольно долго.

Рейна вытянула вперёд руку в перчатке.

— Как разведчик вы провалились. Но как жрица были безукоризненно добросовестны. В Центре решили, что наказывать жрицу Маргериту за этот случай было бы неправильно.

— Т-тогда...

— Поэтому наказать решено только разведчика Маргериту.

Вытянутая рука Рейны сложилась пистолетом.

— Ошибка у вас слишком крупная, чтобы закрыть на неё глаза. Маргерита, давайте умрём здесь чисто и аккуратно.

— ...!

— Зато вас оформят как погибшую при исполнении, а орден посмертно повысит в сане. Уйдёте к госпоже Богине с почётом.

Рейна улыбнулась глазами.

— И церковный орден доволен, и тайная служба довольна. Все выигрывают, правда?

— Хи-и-и-и?!

Маргерита взвизгнула, вскочила и бросилась бежать. Рейна прицелилась кончиком пальца ей в спину.

— Я, знаешь ли, сама не слишком люблю подобное. Но вечно почему-то достаются именно такие роли.

Пфух!

С пальца Рейны сорвалась ветряная пуля.

Это была магия ветра для убийства людей — мерзкая, отработанная за долгую жизнь до тошноты. Рейна не сомневалась: в следующее мгновение в спине Маргериты появится дыра.

Но...

Та-анг!

Этого не случилось.

Почти одновременно с тем, как Рейна выпустила ветряную пулю, прогремел выстрел. Магическая пуля сверкнула лучом и влетела наперерез.

Она точно ударила в ветряную пулю; обе силы погасили друг друга и разлетелись в воздухе мелкими осколками.

— Ого?

Рейна посмотрела туда, откуда прилетела магическая пуля.

Там стоял мальчик в жреческом облачении, с каштановыми кудрями, — Дэмиан. Он держал перед собой магическое ружьё [Цербер], сделанное под пистолет, и крикнул:

— Верховная жрица! Сюда!

— У-а-а-а-а!

Маргерита с воплем понеслась к Дэмиану, но Рейна не собиралась просто смотреть.

— Куда это?

Пфух!

Она легко выпустила ещё одну ветряную пулю. Карие глаза Дэмиана блеснули; он нажал на спусковой крючок своего пистолета.

Танг!

Бабах!

Заклинание и магическая пуля, чьи траектории совпали до последней линии, снова разлетелись в воздухе. Рейна, ощутив холодок восторга, пробормотала:

— Что это за снайперская точность, мальчик?

— ...

— Всю жизнь таскаюсь по полям сражений, но такое вижу впервые...!

Пфух! Пфух! Пфух!

Рейна раз за разом выпускала ветряные пули, а Дэмиан сбивал их все до единой встречными выстрелами, взрывая в воздухе.

Когда число таких столкновений перевалило за десять, Рейна уже смеялась — просто не могла поверить.

— Ты простреливаешь магическими пулями самый центр заклинания и силой рассеиваешь магию? Это уже не человеческий уровень. Что же ты видишь этими глазами?

— ...

— Хорошо. Тогда проверим, сумеешь ли ты разрушить из этой пушки и вот это заклинание!

Ву-у-ух!

За спиной Рейны начал закручиваться торнадо. Дэмиан стиснул зубы и схватился за рукоять длинноствольного магического ружья, висевшего за спиной.

И тут...

— Довольно!

Во двор храма вбежали Лукас и Эванджелин. Почти сразу за ними, почувствовав всплеск маны, примчалась запыхавшаяся Джуниор.

Лукас рявкнул на Рейну:

— Леди Рейна, что вы себе позволяете?!

— Ах, вот как. Похоже, я слишком задержалась.

Рейна недовольно цокнула, развеяла торнадо и развела руками.

— Ничего серьёзного, исполняющий обязанности командующего. Так, маленькая перебранка.

В холодной синеве глаз Лукаса вспыхнула убийственная ярость.

— Леди Рейна, вы здесь всего лишь командир подкрепления на предстоящей оборонительной битве. Не выходите за пределы данных вам полномочий.

— Поняла. Впредь буду вести себя тише.

Рейна улыбнулась так, будто всё ещё забавлялась, и вышла из храма с поднятыми руками.

— Тогда до встречи, снайперский малыш. И вы тоже, верховная жрица Маргерита... Вам лучше прятаться как можно незаметнее.

— Хи-и-и...

Маргерита дрожала, спрятавшись за спиной Дэмиана.

Рейна фыркнула, но в следующий миг её взгляд встретился со взглядом Джуниор.

— ...

— ...

Две волшебницы молча схлестнулись глазами. Наконец Рейна окончательно вышла из храма и исчезла.

— У-у-ух, тяжело было...

Только когда Рейна пропала, ноги Дэмиана подкосились, и он съехал на пол. Эванджелин тут же подбежала, чтобы его поддержать.

— ...Скверно.

Лукас приложил ладонь ко лбу и тяжело вздохнул.

Он подозревал, что у Рейны есть какие-то скрытые намерения, но не думал, что она станет действовать настолько открыто. Кто бы мог представить, что она попытается убить Маргериту прямо здесь?

И было ли дело только в этом?

А если у неё есть ещё какой-то замысел...

— У-а-а-а-а! Я не хочу умира-а-а-ать!

Лукас перевёл взгляд на Маргериту, которая рыдала навзрыд, размазывая по лицу слёзы и сопли, и на Дэмиана с Эванджелин, сбившихся с ног, пытаясь её успокоить.

Потом он повернул голову. Джуниор, страшно побледнев, смотрела туда, где скрылась Рейна.

«Фу-ух...»

Лукасу до боли не хватало Эша — того самого человека, который смог бы всё это разрулить и расставить по местам. Лукас искренне взмолился про себя:

«Вернитесь скорее, господин...»

Имперская столица. Нью-Терра.

Пятый этаж здания Торгового дома Винтерсилвер. Зал.

— М?

Я сидел на стуле и ждал Серенаду, когда вдруг поднял голову. Будто кто-то меня позвал.

«Показалось?»

Пока я так думал, дверь зала со скрипом приоткрылась, и кто-то вошёл. Я посмотрел туда.

Серенада нерешительно переступила порог, заметила мой взгляд — и вздрогнула, будто её застали врасплох.

Костюм, в котором она работала, она сменила на удобное платье-двойку, в котором было легче танцевать. Костюм ей шёл, но и этот наряд смотрелся прекрасно.

Серенада растерянно замахала руками, зажмурилась — и одним рывком подбежала ко мне.

— О-очень долго ждали, супруг мой?

— Нет, нисколько.

Я улыбнулся и поднялся со стула.

— Хорошо. Тогда начнём сразу?

— Д-да! Да, конечно!

И наступила тишина.

Я стоял столбом. Серенада тоже только смотрела на меня снизу вверх, сияя серебряными глазами.

Нет, ну... то есть... как бы...

— ...Я правда совершенно не умею танцевать.

— А?..

Серенада чуть нахмурилась.

— ...Совсем?

— Скорее всё напрочь забыл. На официальных приёмах мне придётся танцевать, так что хотелось бы выучиться как следует, с самого начала.

— Понимаю. Тогда... сначала подайте мне левую руку.

Я протянул вперёд левую руку. Серенада подняла правую и мягко взяла её.

Её длинные тонкие пальцы были прохладны.

Как снежинка, упавшая среди лета.

http://tl.rulate.ru/book/96841/19292349