Глава 1606.
«Разрыв слишком велик».
Нефелина прекрасно осознавала себя. Она знала, что является драконом. Конечно, она только родилась и понимала, что младше бегающих по улицам детей. При этом она не была прямым потомком древнего дракона. Пройдёт тысяча лет, и лишь тогда её перестанут квалифицировать как детёныша.
Нефелина отчётливо осознавала, что является великим существом. Она знала, почему Грид защищал её и заботился о ней.
Грид уважал Нефелину, которой суждено было стать абсолютным существом. Он ждал наступления будущего. Будущего, которое они вместе разделят. Это была взаимная зависимость друг от друга. Но тогда что случилось? Почему Грид не навещал её уже более пяти месяцев?
– Ба, – фыркнула дракониха, отложив в сторону вилку с ножом.
Она увидела своё отражение в зеркале. Великое существо в человеческом обличии, одетое в человеческую одежду, использующее человеческую посуду и потребляющее пищу по-человечески… Вот кем она была. Она полностью адаптировалась к взаимодействию с Гридом.
Она с нетерпением ждала совместного будущего, а потому смирилась с нежеланным настоящим. Она понимала и принимала человеческую культуру, чувства и эмоции, даже если при этом приходилось отказываться от своего достоинства как великого существа. Так она пыталась поладить с Гридом.
Однако Преемника Пагмы рядом не было. Он изначально был склонен к долгим путешествиям, но столь длительное отсутствие было впервые. Вот почему большой обеденный стол вызывал одиночество.
«Он точно хочет быть со мной в будущем? Если так – вряд ли бы он стал покидать меня сейчас. Просто отвратительно».
Нефелина была молодой. Кроме того, побочные эффекты изучения человеческих эмоций и чувств привели к тому, что она жаждала родительской привязанности. И вот, в конце концов дракониха вскочила со своего места и воззвала к магической силе. Остатки еды она попросту засосала в рот, не притронувшись к ним руками.
«Апостол должен быть рядом со своим богом».
Мысли детёныша были куда глубже, чем её поведение. Она и раньше пыталась использовать Слова Дракона, но это было невозможно. Сила Слов Дракона повышалась за счет накопления энергии и статуса. Однако дракониха была чересчур молодой.
Вот почему она воспользовалась законами. Изначальными законами, уходящими в глубокую древность. Законами, которые установили боги, существовавшие с самого начала. У богов были апостолы, и последние всегда следовали их приказам.
И вот, как только Нефелина добавила слабые Слова Дракона к законам, которые управляли мирозданием, она исчезла. Активация Слов Дракона произошла успешно, однако оказалась неполной. В этот момент её местоположение сменилось на то, которое было близким к Гриду… Молодую дракониху можно было сравнить с коровой, которая сама пришла на бойню.
***
– Эх, дитя, дитя… – мягко улыбнулась Сариэль, почувствовав исчезновение Нефелины.
При виде молодого детеныша дракона, свободно играющего в одиночестве, она всегда чувствовала умиротворение. Мир, который защищали люди, побеждая адских демонов, и вправду был привлекательным.
Сариэль завидовала свободным апостолам. Впрочем, она никогда не была чем-то скована. Вооружённый до зубов бог гарантировал апостолам свободу. Однако Сариэль была обеспокоена тем, что может сойти с ума. Она была заточена в Бездне и долгое время жила в облике демона. Внутри неё всё ещё буйствовала демоническая энергия и безумие, накопившиеся за долгие годы одиночества.
– Ты предпочитаешь теплый чай?
Это был вопрос императрицы Ирен. Она беспокоилась о внезапно замолчавшей Сариэль.
– Нет, – рассмеялась ангел, принимая чашку чая со льдом, – Всё, что преподнесено от чистого сердца, – прекрасно.
В настоящее время Сариэль была женщиной. Она понимала человеческую физиологию не хуже Нефелины и за время общения с Ирен поняла, что именно такой облик ей подходит лучшего всего.
– Извините за опоздание, – подошла Мерседес, чьи щеки слегка покраснели.
Ирен, которая имела полное право быть императрицей; Мерседес, следовавшая рыцарскому кодексу; и Сариэль, которая вершила правосудие даже среди богов – у этих трех женщин, обладающих сильными убеждениями, было много общего. Им было довольно легко установить эмоциональный контакт. Они уважали и восхищались друг другом, и любили проводит время вместе. Итак, данное короткое чаепитие являлось продолжением их дружбы.
А затем Сариэль внимательно посмотрела на Мерседес, у которой было несколько смущенное выражение лица, и заговорила:
– Среди всех существующих желаний сексуальное влечение не является грехом. Скорее, оно священно, поскольку позволяет расам размножаться.
– Пф-ф-ф-ф…!? – тут же выплюнула холодный чай Мерседес, который только-только успела хлебнуть. Впрочем, до Сариэль жидкость так и не добралась. Свет, который окутывал ангела… каждый кристаллик этого света представлял собой магическую силу и божественность Сариэль. Он работал как барьер, который нельзя было преодолеть обычными средствами.
– Чему ты смущаешься? – повела бровями Сариэль, – Я просто посоветовала тебе не переживать, ведь ты делаешь такой вид, будто являешься самой большой грешницей в мире. И ты действительно чувствуешь вину за опоздание? Хи-хи-хи, ты такая чистая. Ты не опоздала. Просто мы с императрицей прибыли раньше, чем договаривались.
– Ч-ч-ч-что ты только что сказала…?
Щеки Мерседес раскраснелись ещё сильнее. Сексуальное желание? С чего бы вдруг? Намерения Сариэль, которая сидела с абсолютно невозмутимым выражением лица, было трудно прочесть даже с Проницательностью.
– С-с-сексуальное влечение?
– Ты отрицаешь? Очень странно. Тогда откуда взялись все эти портреты в твоей…?
– Стой! Замолчи! – тут же замахала руками девушка. Больше всего на свете она хотела сказать, что ничего такого у неё не было, но… это было бы враньём.
Архангел Сариэль следила за всеми грехами мира, даже за грехами богов. Более того, её миссия заключалась в защите Ирен. Вполне естественно, что взгляд Сариэль достиг каждого уголка Рейнхардта. Восприятие ангелов было не таким, как у людей. Вполне вероятно, она была не знакома с понятием конфиденциальности. Другими словами, любой спор с Сариэль был заведомо проигрышным.
– Ах… – слушая разговор, вздохнула Ирен. Наконец-то она узнала, кто и как использовал прозрачный материал, ради защиты которого рейданские алхимики рисковали своими жизнями. Это было просто удивительно.
Но вот, когда в конец смущенная Мерседес не смогла поднять и головы, Ирен утешающе произнесла:
– Не будь слишком строга к себе. Не потому ли это всё, что ты любишь Его Величество?
– … Всё так. Кроме того, я никогда не думала, что алхимики рискнут своими жизнями ради чего-то подобного.
Мерседес ни в коем случае не собиралась жертвовать алхимиками, чтобы удовлетворить свои желания. Но... в любом случае ей было стыдно и зазорно.
– Это поразительная разработка, ради которой рискнул бы собой любой здравомыслящий учёный, а потому… используй её с умом. Никто не винит тебя, так что гордись этим, – хлопнув девушку по плечу, добавила императрица.
С другой стороны, Сариэль не спешила утешать Мерседес.
– … не обижайся на Вооружённого до зубов бога. Я думаю, что он испытывает тебя, а потому тебе следует постараться преодолеть это испытание с непоколебимым сердцем.
– …
И что она здесь делала? Мерседес чувствовала себя униженной и надеялась, что это неудобное чаепитие поскорее закончится.
***
Шестой апостол Зик.
После сотен лет бытности гроссмейстером и вмешательства во внутренние дела Сахаранской Империи, он получил огромную политическую власть. Он был «универсалом» в буквальном смысле этого слова. Дошло до того, что Зика ставили на все высокие должности и возлагали самые разные обязанности.
«У нас появился предатель?», – внезапно нахмурился он, сидя в офисе и просматривая документы. Совершенно внезапно он почувствовал головокружительную энергию Мерседес, исходящую от Храма Вооружённых до зубов. Энергию, совершенно нехарактерную для капитана рыцарей. На мгновение в этой энергии пересеклись и убийственное намерение, и отчаяние: из-за чего казалось, что она столкнулась с чем-то довольно шокирующим.
«Ладно, с этим разберемся позже».
Между трансцендентными существами практически не было секретов. Достигнув такого уровня, что они могли видеть друг друга насквозь, они быстро делали тайное явным. И это был отчаянный, однако неизбежный факт для Мерседес. В Рейнхардте проживало чересчур много монстров.
В этот момент вдалеке послышался оглушительный взрыв. Взгляд Зика переместился вдаль, миновав обширные сельскохозяйственные поля и достигнув вершины горы.
И там он увидел Брахама. Среди монстров, населявших Райнхардт, этот человек вполне мог побороться за первое место. Он месяцами изучал новую магию и теперь стоял с крайне серьёзным выражением лица, скептически глядя на незваного гостя.
Нарушителем был Пиаро – тот, кто, очевидно, был самым слабым среди шести апостолов Вооружённого до зубов бога. Слабость Пиаро была неизбежной проблемой. Он был всего лишь человеком, а потому не мог сравниться с полубогом; потомком Бериаче, архангелом, детёнышем безумного дракона и легендарным рыцарем, обладавшим силой Проницательности.
«Всё было бы иначе, будь он Мастером Меча».
Пиаро был выходцем из Сахаранской Империи, а потому Зик, естественно, знал его. Зик наблюдал за ним с самого детства, пока тот ещё не был рыцарем. Гроссмейстера в определенной степени интересовали люди с такими способностями, поскольку они были редкостью даже в былые эпохи.
Итак, Пиаро действительно оправдал внимание одного из злых святых. Он стал лидером Красных Рыцарей, великим мечником, а затем легендарным фермером и апостолом Вооружённого до зубов бога. Возможно, он отказался от пути Мастера Меча, но даже без этого он был выдающимся человеком. Наряду с Нефелиной, он был самым слабым среди апостолов, однако всё равно выходил далеко за рамки простых, сильных людей.
Зик уважал Пиаро, который, похоже, пришёл к Брахаму за советом.
«Оперативная природа полностью отличается от использования магии, но… он должен хвататься за любую соломинку. Надеюсь, он сможет пересечь свою стену как можно скорее, даже если ему придется много и часто переусердствовать», – подумал Зик, как вдруг внезапно напрягся. Он остановил руку, которая подписывала бумаги, ощутив, как золотые сельскохозяйственные поля, окружавшие Рейнхардт, в одно мгновение содрогнулись. Громко затряслись даже деревья в саду императорского дворца.
Они почувствовали, что где-то далеко отсюда стоит Пиаро, и передали ему свою энергию. Это означало, что диапазон Естественного Состояния порядком расширился.
– … Ха.
Видимо, Пиаро не просто пытался получить совет, от чего на лице Зика появилась понимающая улыбка.
http://tl.rulate.ru/book/96837/2269717
Сказали спасибо 44 читателя