День 6
Взгляд Цзи Мушаня упал на Чэн Лю, и он увидел, что в одной руке она несет несколько пакетов с мужской одеждой, а в другой — новый цветочный горшок. Тут до него дошло, что вещи в руках Чэн Лю могут принадлежать его сыну…
Значит… девушка с короткими волосами думала, что встречается с парнем по имени Ван Хайян, чье имя было написано на золотой табличке, а на самом деле этот Ван Хайян был парнем Чэн Лю, а Чэн Лю просто купила мужское белье для кого-то другого, и получилось, что эти четверо просто столкнулись друг с другом в торговом центре?
Но почему в багажнике машины Чэн Лю до сих пор лежит золотая табличка с выгравированными именами ее и Ван Хайяна?
Президент Цзи, переживший в своей жизни бесчисленное количество взлетов и падений, в этот момент был охвачен логической путаницей.
Но, как бы то ни было, самым важным сейчас было то, что одним из участников этого дела был его сын.
Он всегда считал, что Чаочжоу не любит никого в романтическом плане, но теперь он даже напрямую вмешивается в чужие эмоции?
По мнению Цзи Мушаня, жизненные траектории Цзи Чаочжоу и Чэн Лю должны быть похожи на две параллельные линии, которые никогда бы не пересеклись.
Нет, это было неправильно.
Цзи Мушань вспомнил сообщение Чэн Лю в WeChat, сделанное ночью второго числа. Она выложила фотографию духов «Жаньшань Миду», сказав, что это подарок от ее парня.
Цзи Мушань сразу же спросил Ван Хайяна:
— Ты купил флакон «Жаньшань Миду» несколько дней назад?
— «Жаньшань Миду»? Я никогда не покупаю отечественные духи, — ответил Ван Хунъян с ноткой презрения, услышав этот вопрос.
Если Ван Хайян не покупал их, то флакон «Жаньшань Миду» Чэн Лю, очевидно, подарил Чаочжоу.
Цзи Мушань вдруг холодно посмотрел на Чэн Лю:
— Молодой президент Чэн, мне все равно, хочешь ли ты грести на двух лодках, но не пытайся обмануть моего сына.
Все эти годы Цзи Мушань старался быть добрым к Чаочжоу, осторожно восстанавливал отношения между отцом и сыном, но теперь он узнал, что его сына обманули! Как он мог не рассердиться?
Чэн Лю: «…»
— Она… — начал Цзи Чаочжоу, нахмурившись.
— Чаочжоу, эти духи были твоим подарком? — Цзи Мушань подавил свой гнев и прервал сына, указав пальцем на Чэн Лю. — Очевидно, у нее уже есть парень, но второго числа она публично заявила в кругу друзей, что ее парень подарил ей флакон «Жаньшань Миду».
— Опубликовала в моментах WeChat второго числа? Ха! Ван Хунъян, твоя девушка изменила тебе раньше тебя! — воскликнула девушка с короткой стрижкой. — Ты заслужил это! — усмехнулась она.
Она была так счастлива, что снова схватила Ван Хунъяна за руку и сильно потянула на себя. Она безжалостно сняла часы с его запястья:
— Отдай мне их!
Часы, которые он только что получил, были резко сняты. Ван Хунъян с болью в сердце смотрел на исчезающую вдали спину девушки. Он чувствовал, что все его усилия, направленные на то, чтобы подцепить ее в последние пару дней, были напрасны.
Но у него все еще есть большая рыба, Чэн Лю, и сейчас у него даже есть моральный перевес!
Поэтому Ван Хунъян спросил Чэн Лю:
— Ты официально объявила в моментах, что ты с другим мужчиной? Чэн Лю, ты ведь тайно закрыла мне доступ к этому сообщению?
Чэн Лю инстинктивно объяснила:
— Я не блокировала тебя, я просто оставила свой личный мобильный телефон в городе G. Тот, на который я добавила тебя, был моим личным аккаунтом в WeChat.
Ван Хунъян: «…»
Какая разница?
Стоя под солнцем, все нелепые и возмутительные поступки молодого президента Чэн за последние несколько дней были обнажены, и все ее тело словно неоднократно подвергалось порке.
— Она узнала не того человека. Обозналась. Ошиблась, — медленно проговорил Цзи Чаочжоу и посмотрел на Чэн Лю. — Мы не имеем ничего общего друг с другом.
Ван Хунъян не поверил и с усмешкой спросил:
— Что ты вообще говоришь, узнала не того человека? Почему бы тебе не найти более подходящее оправдание?
Несмотря на отрицание, Чэн Лю посмотрела в прекрасные янтарные глаза Цзи Чаочжоу, и ее сердце забилось быстрее. Она склонила голову, чтобы успокоить сердце, и попыталась прийти в себя.
— Президент Цзи, это просто недоразумение, — Чэн Лю вернулась к своей обычной манере поведения, как будто социальная смерть была всего лишь сном и не происходила вовсе. Она посмотрела на черный внедорожник, припаркованный позади, и через некоторое время спокойно спросила: — Эта машина принадлежит президенту Цзи? Я предоставлю вам решать проблему, моему… Чаочжоу нужно подать заявление на получение нового удостоверения личности и банковской карты во второй половине дня.
Цзи Мушань не мог успокоиться после того, как столкнулся с делом Цзи Чаочжоу, к тому же он не хотел, чтобы его сын оставался с Чэн Лю.
Поэтому Цзи Мушань взял сумки и цветочный горшок прямо из рук Чэн Лю и холодно сказал:
— Не нужно беспокоиться, молодой президент Чэн.
Когда он повернулся и посмотрел на Цзи Чаочжоу, выражение его глаз снова смягчились, и в них появилось даже некоторое скрытое беспокойство.
— Чаочжоу, куда бы тебе ни нужно было пойти, я отвезу тебя.
Цзи Чаочжоу на мгновение задержал взгляд на Чэн Лю, а затем направился к машине Цзи Мушаня.
Цзи Мушань положил все сумки в багажник внедорожника, а затем сел на заднее сиденье вместе с Цзи Чаочжоу.
Цзи Чаочжоу повернул голову и посмотрел в окно, отвлекаясь. В последние дни она считала его своим парнем, поэтому и усадила его на пассажирское сиденье.
— Чжоучжоу, — Цзи Мушань редко бывал так близок к сыну, но он должен был что-то сказать, — Чэн Лю — способный человек, но у нее плохое поведение. Она знала, что я собираюсь подарить тебе нефритовую композицию «Ландыш и олень», но все равно хотела лишить меня ее, а в итоге потратила 5,2 миллиона, чтобы забрать ее, и отдала своему парню.
Когда Цзи Мушань упомянул об этом, его строгое лицо стало еще более суровым. Он не должен был упускать этот момент!
— Я получил ее, «Ландыш и олень», — вынужден был объяснить Цзи Чаочжоу.
Ему вдруг вспомнилось письмо в деревянной шкатулке, которое он неправильно понял.
Было ли то письмо с грубыми словами ее любовным посланием?
Просто оно наверняка уже сгорело от огня, и вернуть его ей не было никакой возможности.
Цзи Мушань на мгновение замолчал, а потом недоверчиво переспросил:
— Что?
— Чэн Лю узнала в аэропорту не того человека, — Цзи Чаочжоу опустил глаза, его взгляд бессознательно упал на руки. — Она приняла меня за Ван Хайяна.
Цзи Мушань нахмурился.
Они с Юнь Се разговаривали по телефону в ночь на первое число, и он знал, что Чаочжоу в тот день был в аэропорту.
— Чэн Лю узнала не того человека, говоришь ты. А как же ты сам?
— Я думал, она была телохранителем, которого ты нанял для меня, — Цзи Чаочжоу посмотрел на деревья, мимо которых они проезжали по дороге.
Цзи Мушань: «?»
Они разговаривали и общались почти шесть дней, и никто не нашел ничего плохого. Это было просто возмутительно!
http://tl.rulate.ru/book/96606/3488669
Сказали спасибо 30 читателей