Стук, стук, стук!
"Странник Е?"
Е Цин открыл глаза. Они были черны, как бездна, глубоки, как ночное небо. В их глубине, словно черные лотосы, плавали две точки, из лучей которых исходили невидимые волны, проникая в реальность. Комната, где он спал, наполнилась теневыми миражами, полными таинственной необъяснимой магии.
Спустя несколько вдохов, черные лотосы в глазах Е Цина утонули в бездне. Вскоре они полностью исчезли, но глаза остались черными, как бездна.
"Кашель... кашель... Входи, Дева Тоска!"
Е Цин кашлянул дважды, и на его фарфоровом лице проступили трещины, из которых потекла кровь. Странным образом, она была ледяной, пронизанной смертельной яростью и духом клинка, похожим на призрак.
"Ты в порядке, Странник Е?"
Леденящий холодок охватил Деву Тоску, едва она переступила порог. Мощь крови Е Цина устрашала даже ее, Аномалию.
Она не могла не вспомнить о нападении, разделившем реку пополам пять дней назад. Нападение не просто разверзло Иньцзян, оно почти разбило вдребезги Корабль Тоски. И если бы не Е Цин, защищавший корабль всю свою силу, так и было бы.
К сожалению, он заплатил за это тяжелую цену. Ведь он сдерживал нападение своим телом, и сила клинка, его дух, просочились в него, разрушая изнутри. В тот день его тело выглядело как фарфоровая ваза, упавшая с лестницы, его аура была слабее обычного ветра, а сознание дрожало, как пламя умирающей свечи.
Дева Тоска сердцем чувствовала, что Е Цин уже никогда не проснется, но, к удивлению, он ожил через два дня. Три следующих он лежал в постели, не выходя из комнаты.
"Я в порядке, Дева Тоска. Не волнуйся. Кашель!" – Е Цин пытался улыбнуться.
"В порядке?" – Дева Тоска вышла из воспоминаний, сморщившись. "Никогда не видела таких тяжелых ран".
Когда она впервые увидела Е Цина, он был сильнее драконьего слона, полн жизненных сил, как Солнце и Луна, его кости и мышцы были крепче гранита, а плечи несли тяжесть десяти тысяч горных хребтов.
А сейчас тело его было хрупким, как яйцо, жизненная энергия умирала, как пламя свечи, и даже улыбка распадала его плоть, как гнилую ткань. Жалкие и ужасные перемены.
"Ха-ха, ты так говоришь, но два дня назад было още хуже, не правда ли?" – еще больной, Е Цин пытался успокоить ее. – "Я живой, а это главное".
Учитывая мощь последней атаки Чжоу Хеншаня, он был искренне рад, что вообще остался в живых. Даже с временным усилением крови своих врагов, даже с Беспредельным Буддой Мары, защищавшим его со всей силой, атака почти убила его. Сила Великого Мастера действительно не шутка.
Впрочем, кто-то сказал бы, что ему лучше бы было умереть. Во-первых, клинковый дух Чжоу Хеншаня проник в его тело. После всех испытаний, он почти разрушил его тело, как хрупкое стекло.
Но это было ничто по сравнению с жаждой крови и убийственным духом, заключенным в нем. Они почти сразу погасили его душу и разум. Единственным спасением стал Демон Тумана, отдавшем все силы, чтобы защитить его ум с помощью Беспредельного Будды Мары.
ЕЩЕ хуже, даже самые мощные лечебные средства - Вода Природы, драконьи руны - не могли справиться с ранами. Черная Небесная Ладонь Дуань Цзыпао и клинковый дух Чжоу Хеншаня непрерывно разрушали его тело изнутри, а целительные силы Воды Природы и рун лишь с трудом успевали за ними. Он висел на волоске.
Первым шагом к восстановлению становилось удаление энергии Черной Небесной Ладони и клинкового духа Чжоу Хеншаня из тела. К сожалению, это легче сказать, чем сделать. Черная Небесная Ладонь славилась своей коварством и тиранством, но действительно сбивало с толку то, что у Чжоу Хеншаня был клинковый дух; дух Великого Мастера.
Сейчас его тело с трудом держалось вместе, как разбитая ваза на хрупком клею. Если бы он был в полной силе, то мог бы избавиться от них с помощью жестоких, самоуничтожающих методов. А сейчас? Это было бы самоубийством.
Поэтому, единственным способом избавиться от энергии ладони и клинкового духа была их медленная полная элиминация. Очень, очень медленная. С учётом того, что он мог рассчитывать только на то, что имел - Воду Природы, драконьи руны и "Сутру О Телооукреплении Демонической Обезьяны Хаоса" - ему потребовалось бы не менее трех - пяти лет, чтобы вернуться к былой силе.
Три-пять лет может казаться не таким большим сроком для воина, но это было не так для него. Он был убийцей, беглецом. Он не был уверен, удалось ли его поддельной смерти обмануть его врагов. Он придумал это на ходу, когда добрался до Иньцзян.
Если это сработало, ему не придется беспокоиться о преследователях или жизнь в бегах. Если нет, то хуже все равно ничего не станет. Вот почему он специально провоцировал Чжоу Хеншаня. Не сомневайтесь, он хотел ударить этого толстяка в лицо, но заставить Великого Мастера атаковать его со всей силы сделало его смерть гораздо более правдоподобной.
Он недооценил силу Чжоу Хеншаня, и преуменьшил его решимость убить его. Он был на волоске от настоящей смерти.
Но как же он погасил Свечу Души? Дело в том, что он связался с Лицом без Лица с помощью Листьев Тоски.
Листья Тоски - это Странный Артефакт, созданный из листьев Древа Тоски. Древо Тоски - это Странник класса Ненависти с черным листом и белым листом. Символизируя инь и ян, эти листья буквально не могли жить друг без друга. Если бы один лист был сорван сначала, то второй увял бы и умер. Только сорвав их одновременно, можно было сохранить оба.
Черный лист и белый лист назывались вместе Листьями Тоски, и каждый обладал своей уникальной силой. Черный лист был инь по своей природе, поэтому, если его владелец говорят с ним ночью, то владельца белого листа слышны были их слова. Это работало даже тогда, когда оба владельца были в сотнях и сотнях километров друг от друга.
Белый лист был ян по своей природе, поэтому его владелец мог писать слова на его поверхности, и они появлялись на черном листе мгновенно. И опять же, это работало, даже если владельцы были далеко друг от друга.
Листья Тоски были естественными устройствами связи, и это была одна из трофеев, полученных от военных, убитых ним. Черный Лист Тоски он отдал Лицу без Лица и сохранил для себя белый. Узнав, что он будет участвовать в Собрании Скрытого Дракона, он придумал эту установку, чтобы быть в курсе событий в Ло Шуй, даже когда он был в пути.
Затем, все пошло к черту, и ему пришлось связаться с Лицом без Лица, чтобы погасить его Свечу Души. Он даже убедился, что его "смерть" произошла вовремя, чтобы совпасть с временем гашения Свечи Души.
Он сделал все от себя зависящее, чтобы подделать свою смерть. Все, что ему оставалось теперь, - это молиться и восстанавливать силу как можно скорее.
Сейчас его тело было похоже на груду развалин. Ему предстоял долгий путь к перестройке башни.
Однако, не все было плохо. Его разум и "Небесная Демоническая Сутра Паранирмитавасавартини" значительно укрепились благодаря его страданиям. Жажда крови и убийственный дух, заключенные в атаке Чжоу Хеншаня, считались негативными эмоциями, поэтому последние несколько дней он постоянно использовал "Небесную Демоническую Сутру Паранирмитавасавартини", чтобы очистить клинковый дух в своем внутреннем мире.
Каждый раз, когда его дух иссякал, он восстанавливал его золотой драконьей руной и беспрерывно продолжал свою задачу. Три дня и три ночи спустя он наконец умудрился очистить клинковый дух, усилить свой разум и продвинуться в практике "Небесной Демонической Сутуры Паранирмитавасавартини".
Теперь его дух был так же силен, как у Мастера Духа, который сформировал своего Иньского Бога.
В данный момент не имело смысла дальнейшего совершенствования его духа. Единственный способ улучшиться теперь - создать своего Иньского Бога и стать Мастером Духа.
Как обычно, ему нужна была боевая техника, чтобы сделать следующий шаг. В зависимости от боевой техники, форма и сила его Иньского Бога могла быть совершенно разной. Но было одно неизменное правило. Чем сильнее боевая техника, которую он использовал для создания Иньского Бога, тем мощнее будет его Иньский Бог и его потенциал.
http://tl.rulate.ru/book/96370/4174740
Сказали спасибо 0 читателей