Глава 15: Неожиданный визит
— Никто не должен беспокоить меня до ужина, если возможно, я хотел бы поесть в своей комнате. — сказал Гильгамеш, входя в свое единственное убежище вдали от мира.
Выслушав пожелание Гильгамеша, Симон кивнул и сказал: "Я сообщу дворецкому. До завтра, мой принц".
Закрыв за собой дверь, Гильгамеш молча подошел к кровати, лег и глубоко вздохнул. Он сделал то, что, вероятно, дойдет до каждого уголка центрального континента, и надеялся, что в результате исчезнут обычные проблемы, с которыми он сталкивался.
...
Через несколько часов Гильгамеш оказался во сне. Он был свидетелем одной из многочисленных битв, в которых он участвовал в своей революции за установление господства людей над богами.
Но самое любопытное, что после этого холодные воды затопили окрестности его сна, сковав все его тело, и перед ним возникла смутная сцена из его первой жизни.
Тот день, когда он погиб от рук чудовища, спасая другого человека. Если спросить его сейчас, то он ни о чем не жалел, да и вообще никогда не жалел. Он всегда брал на себя ответственность за свои поступки и совершенно честно отвечал на свои самые человеческие желания.
После первой смерти эти воспоминания постепенно стирались, в новой жизни Гильгамеша от них ничего не осталось, и ему трудно было поверить, что это может быть просто сон, ведь в его первой жизни не было ничего, о чем бы он жалел.
— Что это? — Опустив взгляд, он немного растерялся, увидев тело ребенка, о котором совершенно забыл, и при виде его воспоминания о той напряженной схватке с бешеным существом стали настолько яркими, что он стиснул зубы от неконтролируемой ярости.
— Кто смеет играть с моими воспоминаниями! — Это были первые слова Гильгамеша, когда он увидел себя в своем первом человеческом теле. Воспоминания о беспомощности, когда он умирал в когтях твари, и о боли, которая охватила его, когда он истекал кровью на земле, наполнили его яростью.
За все годы жизни Гильгамеша он никогда не видел подобных снов. Поэтому он сразу же связал это событие с внешним источником силы. Он даже не мог вспомнить свое собственное лицо, изуродованное лицо своей первой жизни в той битве, которую он, к сожалению, проиграл.
Он никогда не жил с сожалением, поэтому никак не мог почувствовать хоть какую-то печаль по поводу своих неудач и поражений. Он изо всех сил пытался проснуться или пошевелиться, клянясь, что тот, кто стоит за всем этим, умрет от его собственных рук и будет вычеркнут из любой реальности.
Он чувствовал, как исчезают его воспоминания, словно скованные таинственной силой, которую он мог распознать, и поэтому знал, что происходит. Стоя на коленях в белом мире, он оставался неподвижным, не шевеля ни единым мускулом, по-прежнему стискивая зубы так крепко, что они начали трескаться.
В тот момент, когда он уже собирался перерезать себе горло в попытке умереть и проснуться в своей собственной реальности, его оцепеневшие органы чувств обнаружили в этом белом мире незнакомого человека.
Черты лица этого человека почти не выделялись, за исключением огромной насмешливой улыбки; никакие другие черты не привлекли его внимания настолько, чтобы оставить какое-либо впечатление.
Гильгамеш сразу же определил его как виновника происходящего с ним, поэтому смотрел на него без всяких эмоций, как будто это существо, посетившее его, было всего лишь очередным насекомым, с которым он сталкивался на протяжении всей своей жизни.
Харизматическую ауру этого существа Гильгамеш ощущал в божественных существах, таких как посланники Бога или даже сами боги, которые общались с ним.
Проклятый бог!
— Что ж, похоже, мы встречаемся впервые. Приветствую тебя, Ия...
— Меня зовут Гильгамеш! — В спокойном взгляде Гильгамеша не было ни страха, ни подавленности, ни полных сомнений мыслей. Его глаза, по-прежнему прикованные к этому существу с нейтральным голосом, не дрогнули, как будто изучение каждой детали этого существа могло дать ему какое-то преимущество в том, что с ним происходило.
— Гильгамеш? Я уверен, что это твое второе имя!
— Неважно, как ты меня называешь, здесь важны слова, которые вылетят из твоего проклятого рта, прежде чем я решу, что мне делать впредь. — В словах Гильгамеша прозвучал кровавый тон, как будто он видел все намерения этого существа.
— Я не ожидал от тебя меньшего, ты приспособился всего за несколько секунд...
Гильгамеш открыто улыбнулся, ни на секунду не задумываясь о том, как выглядит его тело в данный момент.
— Что делает бог, посещающий мои сны?
— Я поражен, что ты узнал меня. Неудивительно, что ты убийца богов, тот, кто когда-то был императором человечества.
— Видно, в этом мире действительно есть боги с такой властью... Интересно, где ты прячешься и каковы твои извращенные желания? — Последним поступком Гильгамеша было бы довериться богу; на самом деле, будь у него возможность, он бы разорвал эту фигуру на части, используя все свои силы.
Конечно, ты лучше других знаешь богов, ведь ты их дитя, вернее, орудие.
— Да, но я отличаюсь от тех, кого вы знаете. Я один из богов этого мира, и зовут меня Хитогами, Бог человечества.
"Бог человечества?" — Гильгамеш насмехался так, словно услышал самую большую шутку в своей жизни, и от его тела исходило густое убийственное намерение. От него исходила леденящая душу золотистая аура, а его слова были холодны, как будто принадлежали самой смерти. "Если ты знаешь меня, то должен знать, что я убил всю власть богов в людях, поэтому ты должен быть очень уверен в себе, чтобы предстать передо мной с такой дерзостью и мыслями о превосходстве".
— Конечно, я ожидал такой реакции... Но вы должны меня выслушать. Я не имею никакого авторитета в мире людей. Более того, мое существование не может проникнуть в мир, где вы сейчас находитесь — сказал Хитогами с широкой высокомерной улыбкой.
— Это меняет дело... — пробормотал про себя Гильгамеш.
— Что меняет? Что ты имеешь в виду?
— Это не имеет значения...
— Я много знаю о тебе; я наблюдаю за тобой с тех пор, как ты проснулся в этом мире, и то, чего ты добился, очень впечатляет. Ваша жизнь была наполнена кровью, поэтому вполне нормально, что в этой жизни вы живете более спокойно.
— Я знаю, что твое единственное желание - жить как человек, поэтому я могу защитить тебя. — Хитогами развёл руками, словно контролируя ход разговора.
— Защитить меня? Мне не нужно, чтобы меня защищало какое-либо существо, тем более бог! Ты уже обнажил свое проклятое лицо, пытаясь запугать меня, используя мое тело из первой жизни перед смертью как средство подавления, но я хочу, чтобы ты знал, что в любой из моих жизней я жил и умер как кто-то гораздо лучший, чем бог. — Гильгамеш медленно приходил в себя, возвращая себе полный контроль над своим телом.
— Не волнуйся, в будущем у тебя могут возникнуть проблемы с конкретным человеком, поэтому я пришел поговорить с тобой. — Хитогами не испугался слов Гильгамеша и продолжил говорить так, как будто они были в хороших отношениях.
— Любую проблему, возникшую у меня в этой или другой жизни, я возьмусь решить сам, независимо от того, будет ли мне угрожать смерть. В этом мире нет ничего, что могло бы меня остановить, включая тебя.
— Но я на твоей стороне.
Гильгамеш улыбнулся; действительно, этот бог был глупцом, если думал, что он, Гильгамеш, будет доверять богу и всем его словам.
— Я хочу помочь тебе, но всем тем, что ты мне рассказал, ты усложнил задачу... Но что ж, в любом случае я просто дам тебе совет.
— Я не нуждаюсь в нем, мне ничего не нужно от богов. — Гильгамеш с каждым мгновением становился все злее, его руки и зубы были так крепко стиснуты, что будь у него возможность, он бы вырвался.
— Последуешь ты моим словам или нет, зависит только от тебя — широко улыбаясь, сказал Хитогами. — В мире людей есть Бог-Дракон, который так же силен, как и ты, фактически это последний живой Бог, имеющий влияние в мире, в котором ты живешь, и способный уничтожить все одной атакой своей максимальной силы".
— Дела этого мира меня не касаются, я уже вел свою войну и выиграл ее. И последнее, что я буду делать в этом мире, - это ходить и убивать богов, как будто у меня на них глубокая обида.
Ответ Гильгамеша был решительным и исполненным характера: он все ближе и ближе подходил к тому, чтобы вновь обрести полный контроль над своим телом.
— Дело не в унижении, мы находимся в астрале, поэтому вполне естественно, что твое первое тело отражает твою душу. Я просто хочу сказать тебе, что твоей будущей жене может угрожать опасность со стороны одного необычного человека, который может вступить в сговор с неким Богом-Драконом, чтобы покончить с твоей жизнью.
Хитогами широко улыбнулся, ожидая ответа.
— Вы меня слышали? Той, кто может стать моей женой, будет угрожать опасность... — Хитогами расширил глаза, увидев, как в этом месте засияла золотая аура.
Через несколько секунд золотистый свет полностью осветил тело Гильгамеша, и он встал. — Похоже, из-за тебя моя жизнь в этом мире не будет такой спокойной. Если бы ты не вмешался в мою жизнь, кто-нибудь другой мог бы убить тебя".
— Что ты говоришь? Ну же, Ия...
— Я же сказал тебе, меня зовут Гильгамеш! — Как будто слова Гильгамеша имели силу, его тело, тело его прежней жизни, медленно превратилось в тело взрослого Гильгамеша, покрытое золотыми доспехами.
— Меня зовут Гильгамеш, император человечества, царь героев... Клянусь тебе, если представится возможность, я пойду и убью тебя. Никто еще не смел так шутить со мной. Ты, проклятый бог, я сотру тебя из этого мира, где бы ты ни скрывался. — Гильгамеш поднял правую руку, и это заставило Хитогами полностью изменить выражение лица.
— Тогда ты должен быть готов потерять свое самое большое сокровище в этом мире, Гильгамеш! — Хитогами закричал глубоко странным голосом.
Но не успел Хитогами сказать и слова, как Гильгамеш пронзил его сердце, и сознание его медленно угасло. — В следующий раз я найду тебя, Бог людей.
...
...
— Ху... — Гильгамеш снова очнулся в своей комнате, его разъяренное выражение лица постепенно успокаивалось, и он пробормотал: "Моя сила должна восстановиться до максимального уровня как можно скорее, так как это предотвратит неожиданные визиты."
http://tl.rulate.ru/book/95938/3311259
Сказали спасибо 63 читателя