Готовый перевод Spotted By Grindelwald And Went To Hogwarts / Гарри Поттер: Между Грин-де-вальдом и Хогвартсом: Глава 23

Профессор МакГонагалл сказала это и снова вернулась к преподаванию.

Хотя другие маленькие волшебники были любопытны, многие из них смотрели на Шона с едва заметным злорадством в глазах.

– Как думаешь, быть задержанным строгой заместительницей директора – это не самое приятное, правда?

Профессор МакГонагалл, вернувшись на кафедру, взяла свою палочку. Она легко взмахнула ею, и кафедра превратилась в большую толстую свинью прямо на глазах у всех! Пока свинья всё ещё хрюкала, профессор МакГонагалл снова взмахнула палочкой, и кафедра вернулась в своё первоначальное состояние.

Этот трюк полностью захватил внимание первокурсников, и все не могли дождаться, чтобы самим попробовать трансфигурацию.

Однако они быстро поняли, что до этого им ещё далеко. После того как они сделали множество записей, они начали пытаться превратить спички в иголки.

– Помните, когда вы пытаетесь изменить объект, вы должны чётко представить в уме, как он будет выглядеть после трансформации. Чем детальнее, тем лучше, – профессор МакГонагалл ходила между партами, постоянно напоминая всем о важности трансфигурации.

– Ключевой момент: когда иголка появится в вашем воображении, соедините её с вашей волшебной палочкой и полностью сосредоточьтесь на спичке.

– Помните, в чём суть трансфигурации? Это изменение! Запомните это слово. Вы хотите изменить суть объекта? Нет, вы хотите изменить его форму и структуру, которые сохранятся на определённое время.

– В рамках обратимой трансформации вы можете превратить парту в льва. У него будет золотая грива, длинная борода и размахивающий хвост. Он сможет рычать, как лев, и даже охотиться, как лев, но у него никогда не будет души льва.

– Студенты, сосредоточьтесь. Я не ожидаю, что кто-то добьётся успеха за один урок. Я просто надеюсь, что вы поймёте, как всегда быть осторожными и сохранять уважение к искусству трансформации.

Профессор МакГонагалл продолжала напоминать всем своим властным и убедительным голосом.

Шон глубоко вздохнул и попытался представить форму иголки в своём уме. Но как бы он ни старался, спичка перед ним оставалась неизменной.

Он уже пробовал трансфигурацию дома, думая, что раз он такой талантливый, то сможет понять какие-то хитрости, но ни одна трансформация у него не получилась.

Но теперь, под руководством профессора, которая является мастером трансфигурации, он понял, насколько это сложно.

Из этого можно понять, насколько трудна трансфигурация.

На самом деле, если посмотреть на весь Хогвартс и даже на весь волшебный мир, использование сложной трансфигурации встречается не так уж часто. И, кстати, кто из волшебников действительно использует трансфигурацию в бою?

Дамблдор, Гриндевальд, Волан-де-Морт...

После такого сравнения становится ясно, насколько глубокой и мощной является трансфигурация – даже больше, чем Шон мог себе представить!

Он вернул свои мысли к спичке перед ним, снова пытаясь представить эту чёртову иголку.

– Как изменить... – воображение Шона разыгралось.

– Из чего сделана спичка? Стержень – это мягкая древесина, пропитанная фосфорной кислотой, а затем покрытая слоем воска. Головка спички сделана из горючего материала, окислителя и клея...

– А иголка? Низкоуглеродистая стальная проволока, которая проходит через процессы шлифовки и сверления. По сути, это железо с низким содержанием углерода...

– Неужели это превращение элементов? – после мгновения молчания Шон усмехнулся. – Ты шутишь? Я волшебник, а ты говоришь мне о науке?

Он медленно представил форму и структуру иголки в своём уме, а затем попытался наложить её на спичку перед ним. В какой-то момент Шон почувствовал странное ощущение.

Под его палочкой спичка начала медленно меняться. Она становилась всё тоньше, а её грубая поверхность покрывалась металлическим блеском. В то же время круглая и тяжёлая головка спички становилась всё острее.

– Уф... – Шон выдохнул.

Перед ним на столе лежала иголка с острым серебристым блеском.

– Очень хорошо, очень хорошо, – профессор МакГонагалл поправила очки, её глаза были полны изумления. Она наклонилась, чтобы внимательно рассмотреть иголку, и даже дотронулась до неё.

Когда она снова подняла голову, в её глазах уже нельзя было скрыть восхищения.

– Отлично, мистер Уоллоп, десять очков Когтеврану!

Рядом Гермиона прошептала:

– Шон, ты молодец.

Затем девушка с недовольным видом посмотрела на его иголку и снова принялась за свою спичку.

К концу урока большинство студентов так и не смогли изменить свои спички. Гермиона лишь немного изменила свою: головка спички стала заметно меньше и тоньше.

Даже за это она получила редкую улыбку от профессора МакГонагалл.

– Мистер Уоллоп, идите за мной, – профессор МакГонагалл взяла учебник и жестом показала Шону следовать за ней.

В этот момент первокурсники, которые изначально злорадствовали по поводу неудачи Шона, вдруг изменили своё отношение и смотрели на его спину с завистью и восхищением.

– Держу пари, профессор МакГонагалл сразу заметила талант Шона, – уверенно сказал Рон.

– Не глупи, Рон, Шон сам заслужил расположение профессора МакГонагалл, – вступился за Шона Гарри, хотя и сам был очень завистлив, даже немного ревновал.

Шон, который шёл за профессором МакГонагалл, совершенно не замечал всего, что происходило за его спиной. Его интересовало только то, что профессор скажет ему дальше.

Кабинет профессора МакГонагалл находился в коридоре на втором этаже замка. Это была небольшая комната с камином, который сейчас не горел, а за окном открывался вид на поле для квиддича.

Войдя в кабинет, профессор МакГонагалл достала свою волшебную палочку и щёлкнула ею. На стене появилась потайная дверь, за которой Шон увидел пол, выложенный гравием.

Она зашла внутрь, немного порылась и вернулась с книгой в руках. Профессор положила книгу на кофейный столик, а затем посмотрела на Шона:

– Мистер Уоллоп, садитесь, поговорим.

– Хорошо, профессор, – Шон сел в мягкое кресло, стараясь держать осанку.

Профессор МакГонагалл бросила на него взгляд:

– Давайте сначала обсудим ваши вопросы.

Шон кивнул:

– Да, профессор, я не совсем понимаю. Ведь не каждый волшебник – хороший человек.

– Я понимаю, о чём вы, – поправила очки профессор МакГонагалл. – Вы хотите сказать, что если волшебник со злыми намерениями превратит что-то в жидкость или газ, то, поддерживая магию какое-то время, он может навредить многим людям. Верно?

– Да, профессор.

Профессор МакГонагалл улыбнулась, что случалось с ней редко:

– Это действительно было бы катастрофой, но на самом деле в данный момент никто не способен на такое.

– Почему? – широко раскрыл глаза Шон.

– Дело в том, что превратить что-то в еду – очень сложно. Еда будет иметь странный вкус, и её легко обнаружить. Что касается жидкостей и газов, то здесь, похоже, есть определённые ограничения в трансфигурации. Насколько мне известно, даже профессор Дамблдор создаёт жидкости, которые сохраняют форму всего несколько секунд.

http://tl.rulate.ru/book/92797/5368763