Пятилетний договор Лань Чанъаня с Му Модэ уже истек.
Став мастером талисманов первого ранга, Лань Чанъань планировал обсудить условия с семьей Му.
Однако прошло полмесяца, а ни Му Модэ, ни старейшины семьи Му так и не сделали шаг.
Но в этот день служанка Му Сюйюнь пришла с известием, что девушка пригласила его обсудить путь талисманов.
Местом проведения стал Ивовый павильон у озера Фэйюэ.
«Госпожа Му пригласила меня?»
По правде говоря, Лань Чанъань не хотел подходить к Му Сюйюнь лишком близко.
Тем более что частое общение одинокого мужчины и одинокой женщины может легко вызвать подозрения.
...
Полчаса спустя.
Лань Чанъань прибыл на заросший ивами берег озера Фэйюэ, откуда открывался вид на почти нависающее здание павильона.
«Так это и есть Ивовый павильон?» — Лань Чанъань взглянул на табличку.
— Мастер Лань, пожалуйста, поднимитесь на третий этаж.
Из павильона сверху донесся четкий, мелодичный девичий голос.
Третий этаж павильона был похож на небесный сад, обращенный к блестящим волнам озера Фэйюэ.
Лань Чанъань думал, что это будет частная встреча, но факты показали, что он слишком много думал.
Кроме скромно одетой, нежной и элегантной Му Сюйюнь, здесь была еще и девушка в голубой мантии с изящным лицом цвета дыни, ивовыми бровями и миндалевидными глазами, обладающая очаровательной, сияющей красотой.
Лань Чанъаню показалось, что она выглядит знакомой.
Вскоре он вспомнил, что именно эта девушка в красном халате стояла рядом с Му Сюйюнь, когда он впервые пришел к ее прилавку.
— Это Му Инлань, вы с ней уже встречались.
Му Сюйюнь улыбнулась и представила ее.
Лань Чанъань слышал, как Ли Эргоу говорил о Му Инлань.
У этой девушки была отличная репутация.
Среди молодых учениц семьи Му с духовными корнями ее внешность и осанка уступали только Му Сюйюнь.
— Мастер Лань.
Му Инлань сделала реверанс, ее голос был мягким и нежным.
— Госпожа Му.
Лань Чанъань ответил вежливостью на вежливость, чувствуя в душе недоумение.
В прошлый раз, когда они встречались два или три года назад, Му Инлань не показала ему хорошего отношения.
В этот раз она как будто стала другим человеком.
Элегантно одетая, нежная и очаровательная.
Заметив пристальный взгляд Лань Чанъаня, светлое лицо Му Инлань слегка покраснело.
Однако она была не из тех, кто любит быть маленькой домохозяйкой, ее яркие глаза смело смотрели на Лань Чанъаня.
Сегодня, когда они снова встретились, ее отношение было совершенно иным.
Миндалевидные глаза Му Инлань засияли.
Лань Чанъань был не только красив, но и обладал особым темпераментом – сдержанным и спокойным, благодаря которому люди чувствовали себя комфортно.
В последние дни, после давления старейшин семьи и уговоров старшей сестры Сюйюнь, Му Инлань неохотно согласилась.
Увидев его сегодня, она почувствовала, что он совсем не плох.
Хотя его уровень культивации не был выдающимся, как молодой мастер талисманов он был красив и изыскан, по-настоящему талантлив и привлекателен.
— Мастер Лань, я оставила внизу древний справочник по талисманам, скоро вернусь, — Му Сюйюнь извинилась и поспешила вниз.
Остались только Лань Чанъань и Му Инлань.
Даже если Лань Чанъань был "тормозом", он должен был понять что сейчас происходит.
— Мастер Лань, Инлань заварит для вас чай.
Му Инлань мило улыбалась, ее светлая кожа и длинные ноги изящно скользили, когда она занималась своими делами.
Лань Чанъань хотел что-то сказать, но остановился, пока Му Инлань не принесла ему чашку чистого чая с ожидающим выражением лица.
Выпустив пар, Лань Чанъань сделал легкий глоток.
— Мастер Лань, как вам удается так хорошо поддерживать себя в форме? Есть ли у вас секретный метод? — с любопытством спросила Му Инлань, моргая глазами.
Ему было около двадцати лет, но он все еще выглядел юношей, его кожа была прозрачной и безупречной.
Среди культиваторов некоторые владели искусством борьбы с возрастом, что очень интересовало женщин-культиваторов.
— Может быть, это потому, что мое душевное состояние хорошее, и я культивирую технику стихии дерева?
Лань Чанъань был хорошо подготовлен к подобным вопросам.
Это был не смертный мир – нестареющая внешность не была странной в мире культивации, поэтому ему не нужно было беспокоиться о том, что его заберут на расчленение.
Помимо пилюль долголетия, многие техники обладали эффектом избавления от старости, особенно техники древесного типа.
Относительно распространенная Техника Древнего Дерева была примерно на 70–80% схожа с Техникой Вечнозеленых Древних Деревьев. Но для поддержания жизни и сохранения молодости их сила была посредственной.
Даже если Лань Чанъань намеренно источал энергию, ощущение, которое он вызывал, было всего лишь обычным для техники древесного типа.
Яркие глаза Му Инлань сверкнули, она вознамерилась использовать эту тему для более глубокого разговора.
— Госпожа Му, пожалуйста, извините, у меня срочное дело.
Лань Чанъань извиняюще улыбнулся и поспешил уйти.
— Срочное дело?
Му Инлань была ошеломлена.
Ее красивое лицо сразу же покраснело, а грудь неровно вздымалась. Лань Чанъань, очевидно, придумал предлог, чтобы уйти.
«Этот оборванец Лань! Как он думает, на кого он смотрит свысока? Я оказала ему услугу, придя сюда!»
Му Инлань была глубоко возмущена.
Изначально она смотрела на Лань Чанъань свысока. Только под давлением семьи и после того, как Лань Чанъань стал мастером талисманов, она с неохотой согласилась на сватовство старшей сестры Сюйюнь.
Ее безмерно гордый нрав вспыхнул!
Катастрофа!
Чайная чашка разбилась вдребезги, стол и стулья разлетелись на куски.
Услышав шум, Лань Чанъань ускорил шаг и в мгновение ока выбежал из Ивового павильона.
«Почему? Разве он не хочет жениться на девушке из семьи Му?»
У окна второго этажа стояла Му Сюйюнь, одетая в просторную одежду, и размышляла в недоумении.
При его возрасте и потенциале Лань Чанъаня надежды на Царство Возведение Основания было мало.
Будучи сиротой, он не должен был отказываться от вхождения в их семью.
Он мог смотреть на смертных женщин свысока, но у Му Инлань был духовный корень и прекрасная внешность, и у нее не было недостатка в ухажерах.
Если бы он женился на Му Инлань, Лань Чанъань мог бы получать от семьи заботу – техники, пилюли, наставления старейшин, – его будущее было бы спокойным.
— Сестра Сюйюнь, дело не в том, что я не захотела сотрудничать. Этот парень, должно быть, не интересуется женщинами.
Му Инлань пришла в ярость.
— Не интересуется женщинами? — Му Сюйюнь была поражена.
Может ли это быть настоящей причиной?
Но, вспоминая две или три встречи с Лань Чанъанем... стоя перед ней, он время от времени демонстрировал тонкое понимание красоты.
Как женщина, она обладала острой интуицией в этом вопросе.
— Он меня бесит! Он старше меня, но имеет более низкий уровень культивации, и при этом смеет так оскорблять.
Му Инлань с трудом сдерживала негодование, расстраиваясь все больше, чем больше она об этом думала.
— Не делай ничего необдуманного!
Звездные глаза Му Сюйюнь предупреждающе сузились.
Му Инлань находилась на четвертой стадии Культивации Ци.
Если бы она решила отомстить, то Лань Чанъань, скорее всего, пострадал бы.
— Я не настолько глупа! Лань Чанъань – мастер талисманов первого ранга. Если я сделаю хоть шаг против него, старейшины жестоко накажут меня.
— Я, Му Инлань, клянусь найти человека в десять раз сильнее его, чтобы в будущем он мог лишь смотреть снизу вверх!
...
«Семья Му приложила немало усилий, чтобы привлечь меня в качестве зятя».
Вернувшись в свой двор, Лань Чанъань почувствовал легкое изумление.
Усилия семьи Му по сватовству закончились неудачей. К счастью, они не стали настаивать.
В конце концов, скрученная дыня – это не сладко.
Несколько дней спустя, глава семьи Му Модэ лично вызвал Лань Чанъаня на получасовую беседу.
Стороны без труда достигли соглашения.
В дальнейшем Лань Чанъань мог не жениться на девушке из семьи Му, но мог наслаждаться нормальным отношением как к члену семьи.
Каждый год он получал определенную квоту духовного риса, пилюль и других предметов.
Конечно, он должен был выполнять обязательства, ежегодно рисуя определенное количество талисманов для семьи Му.
Семья предоставит материалы, а с учетом достижений Лань Чанъаня на пути талисманов, он мог только выиграть от этой сделки.
Таким образом, Лань Чанъань официально поселился в резиденции у озера Фэйюэ, начав новый этап своего пути культивации.
...
Три года пролетели как один миг.
Внутри частного двора.
Вечнозеленая энергия Лань Чанъаня циркулировала по его конечностям и телу, неся в себе бесконечную, лазурную ауру обновления.
«Восемь лет».
Лань Чанъань был поражен тем, как быстро пролетело время – он уже восемь лет жил в семье Му.
За эти годы наблюдений в круговороте времен года сила Техники Вечнозеленых Древних Деревьев росла, но крайне медленно.
По крайней мере, он был немного сильнее, чем обычные навыки, такие как Писание Открытия Истока или Писание Земной Скалы.
Казалось, в этой технике, что чем дольше человек жил, тем сильнее становилась его духовная сила!
За последние три года культивации Лань Чанъань преодолел более половины третьей стадии Культивации Ци.
По его расчетам, еще через год он достигнет пика.
На уровне Культивации Ци у него не было узких мест, которые нужно было преодолеть.
Культивация до пика третьей стадии была эквивалентна времени, необходимому для прорыва на четвертую стадию Культивации Ци, другими словами, переход с третьей на четвертую стадию занял бы четыре года времени.
Между тем Ли Эргоу, живущий по соседству, достиг пика третьей стадии еще полгода назад, и причина, по которой он не смог прорваться, заключалась в существовании узкого места.
Прорыв на четвертую стадию, вступление в средние стадии Культивации Ци, был серьезным препятствием.
С таким талантом, как у Ли Эргоу, как легко было прорваться?
Либо он должен был медленно оттачивать барьер, либо полагаться на пилюли, разрушающие узкие места, – такие пилюли были довольно редки в семье Му, и для их приобретения требовались заслуги.
...
— Старший Брат Лань, пойдем охотиться на птиц! — крикнул Ли Эргоу с улицы ранним вечером.
— Почему ты так радостно кричишь? За последние несколько дней ты не поймал ни одной птицы, — поддразнил Лань Чанъань, ведь ему все равно нечего было делать.
— Хорошо, я пойду поиграю с тобой сегодня.
— Потрясающе! Со старшим братом Ланем на охоте мы обязательно что-нибудь поймаем сегодня.
Ли Эргоу был вне себя от радости.
Птицы, о которых они говорили, относились к разновидности «рыбьего ястреба», который в последнее время часто нападал на озеро Фэйюэ.
Эти ястребы были полудуховными зверями, выращенными в более поздние века и специализировавшимися на поедании духовных рыб озера Фэйюэ.
Из-за них популяция духовных рыб в озере резко сократилась.
Ходили слухи, что эти ястребы были порождением семьи Чжоу, семьи, укрощающих зверей..
За восемь лет жизни в семье Му, Лань Чанъань почувствовал признаки наступающей нестабильности.
Причиной тому была вражда между семьей Му и семьей Чжэн.
Десять лет назад две семьи поссорились из-за владения рудником фиолетовой меди первого класса, в результате чего пострадали патриархи обеих сторон.
Позже одна из семи крупных семей, те которые укрощают зверей, Чжоу, выступила посредником в заключении перемирия, в результате которого две семьи поделили между собой обнаруженное месторождение.
Как арбитр, семья Чжоу получила 30% от дохода.
Некоторое время назад под шахтой фиолетовой меди первого ранга, предположительно, была найдена сопутствующая «медь фиолетового сердца», которая является отличным материалом для создания магического оружия высшего класса.
Две семьи, которые долгие годы жили в мире, снова взялись за оружие и направили в район шахты дополнительный персонал.
За последние два года семья Чжэн за неизвестную плату заручилась поддержкой одной из ветвей семьи Чжоу и та продала ей множество своих духовных зверей.
Ястребы были одним из таких товаров.
Хотя ястребы не представляли угрозы для культиваторов, обладающих способностью летать и нырять под воду, они каждую ночь тайно охотились на духовных рыб озера Фэйюэ.
Семья Чжэн прибегала к таким уловкам, пытаясь отвлечь внимание семьи Му на тыловые территории.
Их истинной целью по-прежнему была медь фиолетового сердца.
Чтобы противостоять преследованиям со стороны рыбных ястребов, семья Му объявила награду для членов семьи, убивших ястребов, в обмен на очки вклада.
Ли Эргоу изо всех сил старался накопить очки вклада, чтобы обменять их на пилюли, для прорыва узкого места.
Поэтому он активно занимался "охотой на птиц".
...
«Медь фиолетового сердца, охота на рыбьих ястребов... конфликт между семьями Му и Чжэн может обостриться».
По дороге к озеру Фэйюэ взгляд Лань Чанъаня был глубоким.
«Подожду и посмотрю. Такое спокойное и гармоничное место для культивации, как семья Му, найти нелегко».
«Если патриархи семьи Му не выдержат или будут убиты, то мне точно придется бежать».
Ли Эргоу не знал, что его самый верный старший брат Лань Чанъань рядом с ним обдумывает план бегства.
http://tl.rulate.ru/book/89256/4560436
Сказали спасибо 3 читателя