История 18: Судьба (Часть 25)
Поединок закончился вновь за один удар. Копьё эльфа насквозь пробило подставленный под удар щит рыцаря, и наконечник вонзился человеку в левое предплечье. Высвобождать оружие вражеский предводитель не стал. Вместо этого, держа древко одной рукой, он легко поднял пытавшегося освободиться сэра Дарлина над землёй и закинул копьё с наколоты на него храбрецом себе на плечо.
Неся живую, дергающуюся и проклинающую его ношу, эльф направился прямиком к алтарю. Несколько всадников поспешили на помощь схваченному товарищу. Вернее, попытались это сделать. На их пути встали двухметровые воители пепла, скинувшие рыцарей с их скакунов.
Не выпустивший из руки меча сэр Дарлин несколько раз пытался атаковать лорда пепла, но его благословлённый клинок не смог даже рассечь волос на не защищённой голове противника, игнорировавшего все удары и упорно продолжавшего идти к алтарю мимо расступавшихся перед ним монстров. Видя тщетность атак, рыцарь пошёл на отчаянный шаг. Бросив на землю своё бесполезное оружие, мужчина выхватил висевший на поясе кинжал с трехгранным тридцати сантиметровым лезвием, называемый мизерикордом. Молясь богам и прощаясь с жизнью, он вонзил клинок милосердия через сочленения доспехов себе в левую подмышку, пронзая собственное сердце, дабы не достаться врагу ни душой, ни телом.
Лорд пепла заметил прекратившиеся трепыхания, только дойдя до лестницы алтаря. Плавно махнув копьём, он приблизил свежий труп к своему лицу, рассматривая его, словно насекомое, нанизанное на иголку. Признав бесполезность ноши, эльф положил покойника на землю, наступил на него, рывком высвободил из плоти сэра Дарлина собственное оружие и пинком отправил мертвеца в свору монстров.
Вступать в бой вражеский командир не желал, простояв у подножья алтаря около пяти минут, пока крылатая тварь не бросила перед ним ещё живого воина из числа пехоты. Вражеский командир тут же схватил его за вывернутую под неестественным углом правую руку и, подобно тряпичной кукле, поволок нового пленника вверх по лестнице, игнорируя шквал воплей вперемешку с матом и проклятиями.
Достигнув вершины алтаря, остановившись у жаровни, эльф вонзил копьё в каменный пол возле себя и освободившейся рукой сдёрнул шлем с головы мужчины. Подняв солдата над землёй, неотрывно глядя ему в глаза, вражеский командир поместил пленника в сноп чёрного пламени, наблюдая за тем, как на лице человека проступают серые линии. Спустя минуту, опалённый огнём, новый слуга пепла опустился на одно колено перед своим повелителем.
– Добудь оружие и убей всех своих бывших товарищей, – приказал вражеский командир.
– Да, мой Лорд! – воскликнул новообращённый и, вскочив, побежал вниз по ступенькам исполнять повеление.
Эльф развернулся, осматривая раскинувшееся перед ним поле брани, и встретился взглядом со рвущимся к нему взбешённым отцом Эрбрандом, которого несколько инквизиторов пыталась затащить во вновь исправно работавший золотой портал. Копьё вернулось в руку хозяина и отправилось в полёт, уничтожая последний путь к отступлению.
Стоя на вершине алтаря пол часа лорд пепла наблюдал за тем, как люди, заняв круговую оборону, оставляя на земле бездыханные тела товарищей, медленно продвигались к видневшимся на горизонте холмам, на которых начинали появляться многочисленные силуэты всадников.
– Наконец-то... – тихо произнес эльф, следя за тем, как подоспевшая армия Империи, ведомая героем Альдо, ринулась в бой на полчища монстров. Почти час он бесстрастно следил за двумя схлестнувшимися воинствами, а затем неспешно, заложив руки за спину, спустился по ступенькам с алтаря, остановившись у подножья. Пространство подле него исказилось и рассыпалось мериадом осколков, открыв большой круглый разлом. Из него вышло всего одно угольно чёрное существо, известное ныне живущим лишь по преданиям и легендам о давно минувших временах, провозглашая своё прибытие на поле боя громогласным ревом.
Мощные лапы вновь ступали по истоптанному полю. Из усеянной острыми клыками пасти вырвался клуб огня. Покрытый шипами хвост радостно бил по земле, подбрасывая в воздух комья грязи. Иссиня-чёрные крылья наконец-то расправились. Лорд пепла оседлал своего питомца. Дракон с ревом взмыл в высь, спеша поприветствовать героя и добравшегося до него святого.
***
Очнувшись, Ирбис увидел над собой тканевый белый потолок шатра, сквозь который кое-как пробивался солнечный свет. Он обнаружил себя лежащим на кровати, укрытым теплым одеялом. Рядом находился стул с его сложенным плащом и поблескивавшей серебряной застёжкой, на которую ещё не успел позариться ни один воришка.
Вокруг стояли точно такие же койки с постанывающими пациентами. Над одной из них склонилась незнакомая человеческая девушка. Что именно она делала, парнишка не разглядел. Да это его особо и не интересовало. Зверолюда сейчас больше всего заботило, как он оказался в этом месте и что вообще с ним произошло. В голове царил сплошной туман, а во всём теле властвовала боль. Память плохо слушалась его. События последнего сражения приходилось восстанавливать по кусочкам.
Вспомнить, что происходило до его падения со стены, оказалось достаточно легко. Бег по крышам и короткие перебежки по городским улочкам сливались в одну сплошную картину, в которой было не разобрать, какое событие произошло раньше, а какое позже. Затем удалось припомнить троицу эльфов и их подлый поступок. Всплывали образы доброго лица незнакомой женщины, склонившейся над ним. Последним промелькнуло воспоминание о ящероподобной тлеющей твари и сапог парня, пропадающий в её пасти.
Мигом покрывшись холодным потом, Ирбис резко сел на кровати и откинул в сторону одеяло. Сами собой полились слёзы, когда мальчишка увидел вместо своей правой ноги забинтованной обрубок, заканчивающийся там, где раньше начиналось колено. Он зарыдал, неверяще щупая пустое место, где должна бы быть по какой-то причине ставшая невидимой его конечность, но ощущал под руками лишь ткань простыни. Он осторожно касался своей культи, раз за разом надеясь найти её продолжение. Он отказывался принимать свою потерю, но реальность была непреклонна и не шла на компромиссы. Ноги у молодого зверолюда больше не было.
Ухаживающая за ранеными девушка первой обнаружила очнувшегося пациента. Именно она уложила его обратно и, пытаясь успокоить, не очень умело, вновь накрыла одеялом, велев лежать смирно. Незнакомка просидела рядом с рыдавшим парнем около десяти минут, пока тот не отключился.
Вновь очнулся Ирбис от резкого запаха, ударившего в нос. Рывком распахнув глаза, юноша увидел склонившегося над ним знакомого старика, держащего у его лица тряпицу, пропитанную вонючей жидкостью.
– Проснулся? – сухо поинтересовался алхимик.
– Угу... Вы... Вы ведь Орладин, да? – хрипя от натуги, спросил юноша.
– Да. Ты меня знаешь?
– Угу. Я... Работал на вас в Грейденпорте...
– Ладно. Своё имя помнишь? Как тебя зовут, мальчик?
– Ир... – парнишка начал было представляться настоящим именем, но тут же поправился: – Дайн...
– Ладно. Сколько пальцев я показываю? – спросил пожилой мужчина, положив на стул тряпочку и оттопырив два пальца.
– Два... – ответил пациент и, вспомнив об одной очень важном моменте, тут же задал вопрос: – Раз вы здесь, значит, и Тиль тоже тут?!
– Кто такой Тиль? Я не знаю всех пациентов. У тебя сейчас болит голова?
– У меня всё болит. Я о Тилане... Она помогала вам в Патруме. Даже жила у вас! Где она? С ней всё в порядке? Она ведь выбралась из города?!
– Не кричи. Ты о зверолюдке?
– Да! Она тут?!
– Уже нет. И перестань кричать. Так... Дам-ка тебе успокоительного, – ворчливо ответил старик и, подняв с земли большой чёрный саквояж, поставил его на стул возле кровати.
– Не надо, – сбавив тон, попросил парнишка, – где она?.. И где я?..
– Уехала. Ты в полевом госпитале.
– Как уехала? Куда?!
Орладин достал сиреневую склянку и глубокую ложку, а затем накапал в неё несколько капель и велел: – Рот открой. Скажи "Ааа".
Ирбис сделал, как было велено, и проглотил пряную жидкость, вылитую ему на язык.
– Куда она уехала?.. – повторил он свой вопрос.
– Не представляю. Как, говоришь, тебя зовут? Она кое-что оставила для... Назвала другое имя.
– Это мне оставила! Что оставила? Я Ирбис! Она меня Ирбисом зовёт!
– Не кричи. Сколько раз это тебе повторять? Да. Для Ирбиса письмо и мешок с вещами. Просила передать, если появишься.
– Где оно? Письмо...
– Потом принесу. Никуда оно не денется. Сначала на несколько вопросов ответь...
Старый алхимик, ныне работающий лекарем, задал зверолюду ряд вопросов о его самочувствии и ушёл. Немного позже к парню подошла девушка с подносом на ножках, приспособленным для еды не вставая с кровати, на котором стояла миска жиденькой каши и стакан самой обыкновенной воды. Через силу поев под её присмотром, парень вновь сдёрнул с себя одеяло, увидев на себе собственную куртку и штаны с отсутствовавшей по колено окровавленной штаниной, и вновь заплакал, смотря на то, что осталось от его правой ноги.
http://tl.rulate.ru/book/89127/3550797
Сказали спасибо 4 читателя