Каждый раз, когда пустого привлекала духовная энергия членов нашей семьи Масаки была той, кто защищала нас. Обычные пустые не были ровней могущественной чистокровной квинси.
Выказав желание сразиться с пустым еще в шесть лет… я буквально сам себе вырыл могилу. Из-за этой выходки на меня годами было направлено повышенное внимание со стороны взрослых. Куда бы я не пошел, я всегда ощущал взгляд, наблюдающий за мной откуда-то издалека.
В общем, меня не оставляли наедине с самим собой, кроме как в собственной комнате. Время шло, я взрослел, набирался сил, и когда Масаки и Иссин поняли, что больше не смогут удержать меня в узде, все же обратились за помощью на стороне.
Серьезно, если бы мне не разрешили тренироваться в магазине Урахары – я бы точно на стену полез! Пусть вначале маман и учила Блуту, Хиренкьяку и Рансотенгай, но, при помощи Юитсу но Теншу, я быстро достиг мастерства в этих техниках, а большему научить она попросту не могла.
К счастью, Урахара основательно взялся за меня, начав обучение по всем четырем направлениям боевых искусств шинигами. Большее внимание уделялось мечу и поступи, но и на уроках кидо я не сачковал. Как оказалось, в заклинаниях я не был совсем уж бесталантен.
В применении Кидо существует несколько ключевых факторов: объем духовного давления, которое ты можешь высвободить из своего тела, духовный контроль и скорость мышления. Для создания заклинания требовался постоянный ментальный контроль, из-за чего подобные упражнения порой казались настоящей мукой.
Мои общие боевые навыки и скорость поступи быстро улучшались благодаря помощи шляпника, но лучшим учителем оказался не Урахара, а сам Юитсу но Теншу. Бесконечные сражения с клеша-мара закаляли дух и инстинкты, однако большая часть сил шикая все еще оставалась недоступна для меня. Дело даже не в том, что старик не хотел меня обучать, а в том, что нынешняя физическая форма меча не могла воплотить в реальность его потенциальную силу.
Как бы это объяснить? Все шинигами, арранкары и подчинители имели одну общую черту – они высвобождали силу посредством применения некоего предмета. Асаучи шинигами были выкованы во Дворце Короля, мечи арранкаров были созданы при помощи Хогьеку, а подчинители использовали предметы, что на протяжении долгих лет напитывались реяцу своих хозяев.
Юитсу но Теншу, будучи оторванным от Черного Короля, хоть и стал чем-то очень похожим на дух занпакто, но все же не имел физической оболочки, сквозь которую его сила могла быть выпущена во внешний мир.
Второй занпакто ранее существовал как черный пустой, и был скорее всего создан при помощи Хогьеку, что делает его больше похожим на мечи арранкаров… с ним, кстати, я еще даже не встретился.
Так или иначе, пока реяцу Иссина хватает на сдерживание пустого, я не смогу воспользоваться его силой. Даже когда истинный занпакто Ичиго был запечатан, он мог использовать духовный меч только после того, как Рукия передала ему свои силы шинигами.
Одно ясно точно – хоть силы квинси и отделились, приняв полностью независимую от духа пустого форму, мой первый меч все еще оставался неполноценным. Я мог его материализовать и развоплотить даже находясь в смертном теле, и он точно не был «настоящим» занпакто… Черт возьми, даже оригинальный Зангецу оставался неполноценным! Пока его не перековали в дворце короля душ, он так и не показал свою настоящую силу.
Я знал, что Урахара что-то понял, увидев мой Юитсу но Теншу вблизи, но интересоваться не стал. Если самостоятельно не смогу даже с духами своего внутреннего мира разобраться, то что уж говорить об таком монстре как Яхве. Занпакто – очень личное для меня, так что не очень уж не хочется просить чьей-то помощи. Если мечи начнут считать своего хозяина слабаком, это будет совсем не круто!
____________________
Шел дождь. Приближаясь к реке, Ичиго становился все более напряженным. Он не боялся битвы с пустым, но это не отменяло факта простого волнения.
Приблизившись к реке, он понял, что за ним наблюдают, но не подал никакого вида.
– «Ну наконец-то ты показался!»
Абсолютно спокойно, со скучающим выражением лица он продолжал обходить лужи пока наконец не увидел у реки силуэт маленькой девочки.
– Ну, понеслась! – Нервно ухмыльнулся Ичи, делая шаг навстречу опасности.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/85849/2795965
Сказали спасибо 625 читателей
Когда асаучи станет полноценным занпакто (то есть сформирует отдельную личность во внутреннем мире хозяина), его духовная сторона будет отвечать за контроль сил хозяина, в то время как физическая будет служить чем-то вроде проводника силы, как волшебные палочки для волшебника из ГП.
Все что создает сам Оэцу Нимайя это сам духовный паразит, не больше не меньше. Тут как с искусственным оплодотворением, с небольшой поправкой на нематериальный аспект. Асаучи - яйцеклетка, в то время как реяцу владельца - это сперматозоид. Обобщенно.
В этой концепции на самом деле нет ничего сложного, хотя запутаться довольно легко.
С перековкой меча Ичиго все еще легче. С самого начала дух его меча не имел полноценной физической формы. Мечи шинигами куют, в то время как мечи арранкар, в моем понимании являются чем-то вроде продолжения их собственного тела. Так или иначе, все они имеют физическое проявление, в отличии от Зангецу. Так что от Нимайи требовалось только лишь создать обыкновенный асаучи, взяв за основу души Зангецу и Яхве внутри Ичиго.