Готовый перевод Lord of Mysteries 2: Circle of Inevitability / Повелитель Тайн 2: Круг неизбежности: Глава 245. «Речь»

Все взгляды обратились к Гюгу Артуа, уважаемому члену парламента, чей выдающийся нос и седеющие виски придавали ему утонченный вид.

— Не нужно волноваться, — заговорил он с улыбкой, быстро взяв себя в руки. — Если бы у нападавшего были средства прорваться через две линии обороны и встретиться со мной лицом к лицу, не было бы смысла возиться с убийством Тибо. Это больше похоже на шантаж, на поверхностную угрозу.

Присутствовавшие четверо членов кампании одновременно кивнули, придя к выводу, что дедукция господина члена парламента верна.

Гюг Артуа повернулся к даме с рыжими волосами.

— Кассандра, мои познания в мистицизме ограничены. Я только слышал, что Потусторонние могут извлекать правду из души умершего путем её призыва. Дух Тибо предаст нас?

Кассандра с распущенными рыжими волосами медленно покачала головой.

— При нормальных обстоятельствах нам пришлось бы рискнуть и очистить ситуацию. Однако во время недавнего нападения убийца явно потратил достаточно времени, чтобы уничтожить дух Тибо, скрыв тем самым свою личность. Это равносильно помощи нам.

Гюг Артуа слегка кивнул и бросил взгляд на двух встревоженных секретарей.

— Рона, Маргарет, не бойтесь, — заверил он их с улыбкой. — Время на нашей стороне, и будущее в наших руках. Небольшая неудача не помешает окончательному результату.

— Вы всегда должны верить, что наши действия олицетворяют справедливость.

Рона в очках в золотой оправе и утонченная Маргарет были озадачены. Они не могли понять, как их можно связать с понятием «справедливость».

Не только они, но даже рыжеволосая Кассандра и мускулистый Бодува средних лет с недоумением посмотрели на Гюга Артуа, чувствуя, что им, возможно, послышалось.

Гюг Артуа осторожно взглянул на дверь, молча спрашивая себя, не подслушивает ли кто-нибудь.

После того как рыжеволосая Кассандра кивнула, он начал импровизированную речь:

— Дамы и господа, хотя я, возможно, и не обладаю способностью обращаться и молиться о даре из-за обязывающего контракта, я приобрел глубокое понимание нашего мира.

— Вы, как никто другие, должны знать, что бескрайний космос над нами представляет собой необъятную вселенную. В ней существует бесчисленное множество планет, каждая из которых сродни собственному миру. Во многих из этих миров существуют свои цивилизации. Мир, в котором мы живем, — лишь один из бесконечного множества, незначительный, как пылинка.

— Семь божеств заключили нас в этом мире, не давая нам возможности установить контакт с цивилизациями, процветающими во вселенной. Они желают нашей слепоты и глухоты, стремясь держать нас в рабстве поколениями. Они называют этих великолепных существ злыми богами. Они плетут ложь, предупреждая нас об опасности, которая кроется в вере в этих злых богов. Их цель — не допустить нашего контакта с этими высшими цивилизациями, держа нас взаперти.

— Если бы вера в злого бога была действительно опасна, почему во вселенной все еще существуют многочисленные цивилизации, состоящие из разных видов?

— Они боятся. Если бы эти могущественные сущности спустились в наш мир, то только Они бы столкнулись с разрушением. Пострадали бы только святые, ангелы и фанатики, следующие за Ними. Для большинства людей это было бы всего лишь сменой веры, лишенной опасности.

— Вера в одно из семи божеств считается верой, а вера в других великих существ — нет?

— Мы больше не можем оставаться пленниками семи божеств. Мы должны идти навстречу будущему человечества и развитию цивилизации. Уже тот факт, что дары могут быть получены, говорит о том, что эти великие сущности могущественнее семи божеств. Они даруют защиту и охотно предлагают свою силу. Их божественная благосклонность безгранична, подобна бескрайнему морю.

— В грядущие дни, когда мы будем бороздить просторы вселенной и размышлять о пройденном пути, вы поймете, что наше дело — дело справедливости.

— В этом процессе смерть неизбежна, но те, кто погибает, заслуживают этого. Они либо стары, либо немощны, либо невезучи, либо им суждено было встретить такую судьбу. В большинстве случаев вина лежит не на нас. Более того, они составляют лишь меньшинство. Мы не можем мешать большинству искать убежища у высшей цивилизации, стремиться к лучшему будущему.

— Дамы и господа, жертвы неизбежны в любом деле. Пока мы твердо верим, что наши действия продиктованы справедливостью, и будем неуклонно следовать им, будущее, несомненно, будет нашим!

— Через десять лет человечество получит билет в круг космической цивилизации. Мы больше не будем варварами, прячущимися в тени безвестности!

Рыжеволосая Кассандра, секретарь Рона и остальные были ошарашены.

Кто же был истинным верующим злого бога?

У каждого были свои причины следовать за разными злыми богами, и в глубине души они знали, что встали на ложный путь. Тем не менее, они уже ступили на этот путь и им не оставалось ничего другого, как идти вперед. Таким образом, они либо использовали веру как ширму, чтобы постепенно изменить свое мировоззрение, либо полностью предавались ей, ища любую мотивацию, чтобы двигаться дальше.

И все же Гюг Артуа, человек, который явно не был верующим и не получал никаких даров и не подвергался значительной ассимиляции, сумел произнести такие удивительные и захватывающие слова прямо из глубины души.

Четыре члена кампании были ошеломлены, осознав смысл слов Гюга Артуа, что заставило их переоценить значение своих прошлых действий.

Через несколько мгновений рыжеволосая Кассандра медленно выдохнула.

— Исключительная речь, господин член парламента, — сказала она искренне, посмотрев на Гюга Артуа. — В будущем, когда вы будете выбирать себе веру, я смогу порекомендовать вам одну.

— О? — поинтересовался Гюг Артуа гнусавым голосом.

Кассандра улыбнулась и пояснила:

— Среди даров, даруемых этим существом, есть один, который называется Оратор.

Гюг Артуа кивнул и одарил расслабленной улыбкой четверых членов команды.

— Не расстраивайтесь из-за смерти Тибо. Мы будем твердо придерживаться нашего первоначального плана.

— Да, господин член парламента, — ответили в унисон Кассандра, Рона, Маргарет и Бодува.

***

В глубине Подземного Трира.

Люмиан сделал крюк и вернулся в пещеру карьера. Он быстро сбросил с себя одежду и обувь, снял парик и бороду, скрывавшие его истинную внешность.

Как только он переоделся обратно в свои рваные лохмотья и надел темно-синюю кепку, вокруг него материализовались полупрозрачные багровые Огненные Вороны.

Огненные Вороны метнулись вперед, опустившись на трость, рубашку, галстук-бабочку, парик и другие предметы, вызвав их взрыв мягким пламенем.

Люмиан, повернувшись спиной, направился к выходу из Подземного Трира. Багровое пламя взметнулось за его спиной, поглощая все, что было связано с предыдущим нападением, отбрасывая освещающее сияние в темной пещере внизу.

***

Около полуночи, в глубинах Инквизиции Вечно Пылающего Солнца под церковью Сен-Робер.

Ангулем де Франсуа, погруженный в изучение следственных материалов, услышал стук в дверь своего кабинета.

Его коричневый сюртук, украшенный двумя рядами золотых пуговиц, аккуратно висел на вешалке у входа. На нем была светло-золотистая рубашка с эмблемой Священного Ордена Солнца и темно-коричневые брюки.

— Пожалуйста, входите, — спокойно пригласил Ангулем.

В комнату вошел Валентин с напудренными волосами и лицом, покрытым легким макияжем.

Все это время он был занят мыслями о Корду. Узнав о том, что в районе Трира появились выжившие, он подал заявление о переводе на эту должность. Его жена и ребенок давно мечтали о шумном городе Трире, поэтому они с радостью переехали вместе с ним, не требуя особых уговоров.

Он дежурил ночью с несколькими товарищами по команде и случайно столкнулся с убийством помощника секретаря члена парламента.

Валентин, одетый в приталенный синий твидовый пиджак с золотой брошью, сел напротив Ангулема и сразу же заговорил:

— Дьякон, почему мы не расследуем деятельность Гюга Артуа? Хотя большинство членов Ордена Авроры, возможно, и сумасшедшие, они обладают сверхъестественной способностью обнаруживать еретиков. И хотя не каждый человек, на которого они нацелены, является верующим в злых богов, по крайней мере 70% таковыми являются.

— Учитывая собранную нами информацию, мы можем обоснованно заключить, что Тибо Жак, погибший сегодня вечером, был еретиком и владел силой разложения. Более того, он служил помощником секретаря Гюга Артуа.

— Мы не можем допустить, чтобы человек, вызывающий серьезные подозрения, продолжал быть членом парламента. Расследование его деятельности — это не только наш долг перед жителями торгового района, но и перед самим Гюгом Артуа. Если мы не найдем доказательств правонарушений, мы сможем помочь ему очистить свое окружение от еретиков.

Ангулем не ожидал, что его новый руководитель группы окажется более набожным и рьяным, чем он сам. Он не мог не поднять руку и нахмуриться.

С горькой улыбкой он ответил:

— Возможно, ты не знаешь, но каждый член парламента подписал контракт с двумя Церквями и получил нотариально заверенный договор. В нём они клянутся в своей вере, демонстрируют свои способности и связанные с ними источники. Две Церкви обещают не ограничивать личную свободу ни одного члена парламента или его ключевых сотрудников без существенных и убедительных доказательств. Они не будут подвергаться влиянию Потусторонних. Это сделано для защиты власти Национального собрания.

— Согласно контракту, Гюг Артуа горячо верит в могущественное Вечное Пылающее Солнце и не является Потусторонним. Следовательно, ты можешь допросить его и ближайших сотрудников, но не более того.

— Почему существует такой контракт? — Валентин не мог скрыть своего разочарования.

— Это побочный продукт прошлого государственного переворота, перемена, которая сопровождала ход истории, — просто объяснил Ангулем.

Валентин вздохнул, поднялся со своего места и вытянул руки:

— Хвала Солнцу!

— Хвала Солнцу! — Ангулем встал и ответил взаимностью, провожая своего подчиненного взглядом.

***

Квартал Ноэль, больница Святого Дворца.

Дженна сидела на маленьком табурете, сгорбившись рядом с матерью Элоди, которая мирно спала в больничной койке.

Попрощавшись с Франкой и проводив домой брата Жюльена, которому на рассвете нужно было отправляться на фабрику, Дженна осталась одна. Театр «л’Ансьен Каж а Пижон» еще не возобновил свои занятия по актерскому мастерству, поскольку в полицейском управлении планировалось выставить его на аукцион вместе с Гостиницей «Кок Доре». Однако недавний взрыв на Химической фабрике Гудвилла задержал этот процесс.

Внезапно Элоди зашевелилась. Дженна вздрогнула, ее глаза устремились на мать, которая постепенно открыла свои.

Взгляд Элоди отражал лицо ее дочери, и она с трудом улыбнулась.

— Мне показалось, что я сейчас увижу твоего отца, — не дожидаясь ответа Дженны, Элоди слабым голосом спросила: — Насколько серьезны мои травмы?

Дженна, обрадованная тем, что мать вышла из комы, искренне улыбнулась и ответила:

— Не очень серьезные, операция не требуется.

Элоди вздохнула с облегчением и медленно кивнула.

Все еще оправляясь от комы, ее тело и разум еще не были в своем лучшем состоянии. После короткого разговора она снова погрузилась в сон.

Дженна сжала руку матери и заметила довольство, отразившееся на морщинистом лице с седыми волосами под мягким светом, льющимся из окна.

Понаблюдав еще немного, она подняла глаза и увидела, как первые лучи рассвета постепенно окрашивают небо в светлые тона.

http://tl.rulate.ru/book/85594/4643339