Вид сотен восстающих из мертвых хобгоблинов навсегда отпечатался в памяти и на сетчатках всех присутствующих, это вызывало нервозность и дрожь, этакий кошмар наяву, кровожадный триллер и настоящий день мертвецов. Уверенность армии хобгоблинов была ужасно подорвана, даже когда они атаковали Резара, изолированного от своих сил под предводительством обезумевшей от битвы Леоноры, которая находилась в пламени. Но хобгоблины не сдавались, их ряды переливались яркими красками, они использовали навыки, когда две армии столкнулись друг с другом.
Это было не как в кино, это не было каким-то хорошим, хорошо поставленным боем, где передовые линии начинали сражаться, нет, это было похоже на столкновение двух скоростных поездов-пуль, и в то же время с неба ударила молния. Доспехи сжимались, сгибались и ломались вместе с костями, поскольку быстрые навыки избавляли немало нежити от их голов и второй жизни, а у живых отрывались огромные куски плоти теми зомби, которые хотели прибегнуть к низменному инстинкту. Крошечные группы гоблинов хромали между ногами более крупных бойцов, нежить в их облике и безумные в своей атаке, сея хаос повсюду.
Резар отступил назад, увернувшись от удара светящимся копьем, которое откинуло его волосы назад, прежде чем двинуться вперед, подняв оба хопеша, чтобы парировать копье, которое качнулось в сторону, а затем вступил в схватку с атаковавшим хобгоблином и разбил его лоб об его шлем, скрывающий лицо. Используя достаточную силу, его лицо было расколото, а голова хобгоблина отлетела назад по воздуху, а его тело последовало за ней вскоре после этого, свернувшееся и неестественно удерживаемое тонкой полоской плоти.
Резар отразил большой меч, направленный ему в шею, своим гораздо меньшим клинком, прежде чем ударить рукоятью под челюсть атаковавшего хобгоблина, вызвав цепи оружия, когда оно взметнулось вверх и вышло через верх его черепа, прежде чем втянуться обратно в клинок.
Но этой секунды было достаточно для того, чтобы два кинжала вонзились ему в сердце, их края горели, как будто их сильно раскалили, чтобы облегчить разрезание плоти. Это оружие было технологией Мюриэль, и хотя он нашел его впечатляющим, его действительно разозлило то, что ему пришлось пострадать от технологии его подчиненных. Но на этом все не закончилось, так как на его грудь ударила молния, обжигая и прожигая дыру в белом плаще, который был на нем, а затем последовал огненный шар, который был больше похож на жидкость, чем на пламя.
Он обжег ему лицо и волосы, содрав кожу до костей, пока не осталась только пустая черепушка, смотрящая на хобгоблинов, синее пламя горело в ее глазницах. Резар засмеялся, но все, что было слышно - это стук, когда его зубы стучали друг о друга. Хобгоблины были в шоке, все больше и больше их пытались атаковать его, так как их оружие раз за разом находило приют в его теле, бывший белый плащ превратился в ничто иное, как кровавые лохмотья, висящие полосками на теле, из которого выливались его органы.
[Адский огонь: Дикий расцвет]
*Бабах!*
Площадь диаметром тридцать метров была залита пламенем, которое затем распространилось и поднялось в небо в виде грибообразного облака из пламени и смерти. Резар и многие хобгоблины, которые пытались убить его, оказались в его эпицентре. Отдав им должное, некоторые из них пережили взрыв, но многие другие пали от адского пламени, когда обезумевшая демоница ринулась в пламя, ее рапира была маяком света, пробивающим дыры в телах всех, кто проходил мимо. Она остановилась спиной к спине с Резаром, его обожженная плоть медленно заживала, когда он повернулся лицом к тем частям армии хобгоблинов, которые еще не вступили в бой. Он поднял оба хопеша вверх, прежде чем глубоко вонзить их в землю, наконец используя навык, который раньше никто не видел в бою.
[Похоронная процессия]
Последние обряды Ур. 1 — Призови голос смерти, чтобы он провёл обряд погребения твоих врагов. Все враги в радиусе 500 метров будут поглощены землёй, а их тела и души станут жертвой для двора мёртвых. // Урон: 300 // Время ожидания: 7 дней
Каким был голос смерти, Резар не знал наверняка, ведь его могли слышать только враги; а что до прочих... Земля дрожала и расступалась, когда рядом с каждым гоблином, попавшим в радиус действия умения, разверзались неправильной формы могилы. Поднялся ветер, завывая, и молния сверкала, а вдали бухал гром. Солнце померкло, когда из-за могил протянулись скелетные руки, объятые синим пламенем, и вцепились в ошеломлённых и ужаснутых гоблинов.
Некоторые пытались сдвинуться с места, другие — бежать, иные были так напуганы звуками, которые слышали, что не могли даже пошевелиться. Независимо от их состояния, каждый из них был затащен этими руками в раскрывшиеся могилы, их отчаянные крики и метания ничего не меняли, так как смерть взяла верх, замуровав их в недрах земли, а земля сомкнулась сама собой. Вспышки молнии исчезли, громовые удары утихли, а тёмные тучи рассеялись. Прямо над сотнями возникших могил выросли алебастровые надгробия с именами, классами, уровнями, качествами и умениями погребённых.
И настала тишина, а с ней и Апостол Смерти, принёсший безмятежность победы и ужас в сердца. Его обгорелая и почерневшая фигура скрывала его первозданную чёрную суть под шрамами и гноящимися ранами. Но белизна его волос и синее пламя, пылающее в пустых глазницах, по-прежнему можно было разглядеть и запомнить на долгие века. А взирая на него с неподвижным и исступлённым взглядом, стояла Демоница Пламени, призвавшая для него хаос. Это зрелище было достойно песен, памяти о нём был бы достоин целый храм. Это было завораживающее зрелище, и Гинайка знала... Это было прекрасно, Смерть была прекрасна.
http://tl.rulate.ru/book/81055/3958534
Сказали спасибо 0 читателей