Сегодняшняя ночь принесла слишком много нового. Стычка с монстром, с какой-то организацией, уличение этой организации в слежке за ним и, наконец, мой переход на новый этап существования. Да, теперь, когда всё немного успокоилось, я могу точно сказать, что ночью было мало времени, чтобы обдумать случившееся со мной, но теперь...
Я буквально ощущаю, как энергия витает в воздухе. Я вижу эту голубоватую пыль, могу провести по ней рукой и почувствовать, как тело получает для кого-то незаметный заряд. Однако теперь, когда я перестал быть человеком и все мои чувства усилились настолько, что я сам не могу найти их границ, это ощущается как окунание руки в ледяную воду.
Но есть и другое. То, что я никак не могу понять.
Ёрмунганд. Это имя плотно отпечаталось в моей памяти. Я вижу две вариации моей памяти. В один момент я черноволосый мальчишка, бегущий по украшенному золотом коридору с книгой в руках, а в другой блондин, получающий десятый удар от отца алкоголика. Вот я стою на огромном плато и наношу удары по манекену свои копьём, а вот я бегу по футбольному полю, забивая своей первый в жизни тачдаун.
Воспоминания не переплетались, они разделились на две равные части, несмотря на то, что вторые принадлежали существу, во много раз превосходящему меня по возрасту. Не соврать, ему было больше двух тысяч лет, мне же всего шестнадцать. Но несмотря на это они равны.
Каким бы большим не был опыт второго, первый забрал лидерство. Именно поэтому я до сих пор ощущаю себя Юджином Томпсоном, а не Селестиалом. И пусть меня это радует, но память второго во многом помогла мне в битве с зелёным монстром. Весь жизненный опыт Села добавился к моему и именно это позволило мне трезво мыслить в битве.
По своей сути огромный змей был сильным воином, развившим в себе невероятную способность к анализу окружения. Хоть я и не перенял его навыки, ведь это требует долгой отработки. Какой бы не была память, она остаётся в голове. Тело не могло перестроиться под новые воспоминания. Технику нужно нарабатывать всю жизнь, а силу копить с детства.
Этим занимался Селестиал. Уже в возрасте четырёх лет он начал практиковаться с копьём и в десять достиг мастерства, невиданного на земле. В двадцать один его взмах мог разрезать горы. И, наконец, когда ему исполнилось почти тысяча лет он нашёл в себе возможность перешагнуть на следующую ступень и оборвать сдерживающие его оковы.
Копьё и он стали одним целых. Взмах мог расколоть планету надвое, а атаки искажали пространство, разрывая его, если тот прикладывал слишком много силы. Это по праву сделало его одним из немногих, достигших звания Бога во второй тысяче своих лет. Его мастерство блекло с другими Богами, но один факт того, что он вошёл в Пантеон в таком возрасте, когда остальные превышали его на десятки тысяч лет, сделал его одним из самых талантливых в этом кругу.
Увы, понравилось это далеко не многих. Его спокойная жизнь продлилась двадцать пять тысяч лет, на протяжении которых он не переставал совершенствоваться. Селестиала подставили и изгнали в Мидгард — недавно созданный Богами мир, перед этим превратив в огромного Змея и стерев большую часть памяти. Однако они не знали, что у Села были сторонники. Они давно предсказали нападение других и дали ему возможность сохранить все свои знания в иной реальности.
Именно так сильнейший в будущем Бог стал змеёй со сроком жизни в миллион лет. До сих пор не понимаю как, но когда меня укусил паук, часть сил Села начала переноситься ко мне. Тогда всё стало понятно. Гул — его наработанное за десятки тысяч лет предчувствие опасности. Замедление времени — его способность к концентрации, позволяющая буквально замедлить время вокруг себя, используя Законы Пространства.
И навык приспособления, полученный уже в бытие Змеем. На земле Сел нашёл Экдрасиль — древо жизни и понемногу собирал его энергию, которая одновременно убивала его своей насыщенностью из-за смертного тела, но вместе с тем даровала способность к поглощению.
Сейчас можно вполне сказать, что я являюсь воплощением этого Божества. Сам Сел умер десятки миллионов лет назад, а то место, куда я попал... Это и был Экдрасиль и оставшаяся даже по прошествию такого времени воля Селестиала. Увы, после того, как она впиталась в меня, боле не осталось его наследия.
Даже на смертном одре он продолжал совершенствоваться, теша себя мыслью, что предательство стало его возможностью к новым свершениям. Это одновременно и правда, ведь он развил в себе способность к поглощению и в конце концов стал гораздо сильнее заточивших его богов, но вместе с тем его подставили из-за его таланта и боязни старших Богов, что однажды он займёт их место.
Ну, ничего не буду говорить, тут всё ясно и так. Селестиал был придурком. Может такими и являются боги. Даже прожив больше миллиона лет Сел так и остался маленьким мальчиком. Пусть видевшим войны, участвовавшим в бойнях, но ребёнком, не понимающим того, что показывать все свои способности с самого начала — последнее, из чего стоит выбирать.
Увы, я стал таким же придурком, показавшим больше семидесяти процентов силы против зелёного монстра. Это главная моя ошибка. Чем я вообще думал, когда оставлял их в живых?
— А-а-а-а! Идиот! — разворошил птичье гнездо, которое люди иногда называют волосами.
Посмотрел на время, стойко показывающее мне пять тридцать вечера.
Поднялся с постели и пошёл на кухню чего-нибудь пожевать. Внимание привлёк звонок в дверь. Приподнял бровь и двинулся ко входу.
Сказать, что я был в шоке, ничего не сказать. Меня буквально заклинило от стоящей в моём проёме рыжей Уотсон. А следующие её слова разбили и так заклинивший мотор.
— Ты пойдёшь со мной на бал?
http://tl.rulate.ru/book/78836/2417395
Сказали спасибо 89 читателей