Готовый перевод Magic Maker - Isekai Mahou no Tsukurikata / Создатель магии - Как сделать волшебным другой мир.: Глава 1. Эпизод 24, часть 2. Я буду на твоей стороне

Эпизод 24, часть 2. Я буду на твоей стороне

До сих пор сестра всегда была со мной.

Она не удерживала меня от увлечения такой сомнительной вещью, как магия, напротив, она мне очень помогала, а я... просто отверг все ее чувства и помыслы.

Как могу я упрекать ту, что все это время была на моей стороне?

Все это время я вел себя "по-взрослому", смотрел на нее свысока и судил по себе.

Но кто я такой, чтобы судить?

Я понимаю, перенапряжение вредно для организма, поэтому иногда кто-то должен ее останавливать.

Кто-то, но точно не я.

Ведь я не взрослый. И не родитель.

Я просто младший брат и лучший друг.

Даже если сестра не права, я не должен высокомерно читать ей нотации.

Я должен поддерживать ее.

Когда возникают трудности - переживать их вместе с ней.

Когда ей грустно - быть рядом и утешать ее.

А когда окружающие осуждают ее - делать то же, что и она, невзирая на то, что я и сам буду осужден.

Именно так поступала моя сестра.

Даже я не был уверен, что магия существует, но она не отмахнулась от моей мечты, она приняла ее и сделала все, чтобы помочь мне ее исполнить.

И чем я ей отплатил?

Мои слова и действия свели на нет всю ту доброту, которую она проявила ко мне.

Как я мог не понимать этого?

Я был раздосадован собственной глупостью.

Неудивительно, что Мари отвернулась от меня.

Так я думал. Однако...

"Все нормально, меня это не волнует".

Услышав это, я тут же поднял глаза.

"Но ты всегда была на моей стороне, а я..."

"Да, поначалу и я так думала. Я не могла понять, почему ты меня не поддержал. Но позже я поняла, что в твоих словах не было ничего плохого. Так что не волнуйся, все в порядке".

Я неправильно обошелся с сестрой, однако ее это, похоже, не беспокоит.

Вернее, беспокоило раньше, но она это приняла.

А вот я не принял.

Думаю, мне нужно разобраться в себе... но не сейчас.

"Тогда почему?.."

Я не знал, как продолжить.

Мне казалось, что не следует спрашивать ее, почему она сердится.

Нельзя ведь сказать, что она все время злится или отдаляется от меня.

Да, с ней стало сложнее общаться, но это не значит, что она ведет себя по-другому.

По сути-то она такая же, какой была всегда.

В ответ на мое замешательство сестра вздохнула.

"Сион не виноват. Просто я эгоистично... завидую".

"Завидуешь?"

"Как твоя старшая сестра, я всегда считала, что должна тебя защищать. Поэтому я в любой ситуации была на твоей стороне и много тренировалась с мечом.

Я была полностью уверена в себе. Мне казалось, я могу сражаться даже с демонами! Если бы что-то случилось, я бы тебя защитила.

Но я не смогла. Мне было страшно. У меня тряслись ноги, не было сил, и я ничего не могла сделать. А потом... когда наша мама... а я..."

Мари обхватила себя руками.

Неудивительно, что у нее осталась травма.

Страх и беспомощность того дня глубоко отпечатались в ней.

Моя сестра - сильный человек, раз все еще способна вести себя обычно.

Но даже ей не под силу забыть этот ужас.

Пережив подобный кошмар, ни один человек не сможет спокойно жить как прежде.

"Я думала, что умру. Но мама защитила меня, а потом... я даже не понимала, что происходит, я просто кричала.

Если бы Сион не спас нас, мы все были бы мертвы. И хотя я была счастлива, что осталась жива, думая о маме, я не могла искренне радоваться.

Больше всего я злилась... на саму себя. За то, что не смогла ничего сделать. И когда Сион, тот, кого я должна была защищать, сам защитил меня... я не могла это простить".

"Ты... ты ненавидела меня?"

Мари покачала головой и подошла ко мне.

"Нет, никогда! Ни на секунду! Ты ведь мой брат, Сион! Я всегда любила и буду любить тебя!

Той, кого я не могла простить, была я сама. И с того дня ничего не изменилось. Я до сих пор завидую твоей силе и злюсь на собственную слабость.

Я люблю тебя, Сион, но в то же время завидую, и за это я себя ненавижу. Поэтому я и стараюсь стать сильной: лишь тогда я вновь обрету уверенность в себе".

Вблизи было видно, что ее руки окрасились в красный.

Как же долго она держала меч?

Наверняка ей было чертовски больно, но она этого не показывала.

"Так вот почему ты продолжала тренироваться..."

"Ага. Но... я знаю, что если продолжу, то наврежу себе и заставлю всех беспокоиться.

И все же я не могу спокойно сидеть. Мне все время вспоминается тот день. И каждый раз, когда я смотрю на лицо Сиона, я не могу избавиться от чувства зависти. Как бы я хотела, чтобы оно исчезло..."

"Сестренка..."

Не верится, что она еще ребенок.

Впрочем, у детей тревог не меньше, чем у взрослых, и к жизни они относятся столь же серьезно.

Я и забыл об этом.

Когда я был ребенком, я не сталкивался с подобными испытаниями, однако и у меня бывали проблемы и тяжелые времена.

Мари всего девять лет, но она успела накопить множество мыслей и чувств и прямо сейчас отчаянно пытается бороться с реальностью.

Пораженный ее храбростью и искренностью, я инстинктивно обнял ее.

Чувства переполняли меня, и я изо всех сил прижимался к сестре.

"Си...Сион?"

"Прости, что не понимал тебя. Я знал, что ты переживаешь, но не знал, из-за чего.

Прости, сестренка, прости. Я должен был остаться на твоей стороне. Мне так жаль, что я этого не сделал".

Она по-прежнему выше меня.

Но разница в росте уже не так велика, как раньше.

Я уткнулся лицом ей в грудь и обнял ее еще крепче.

И тогда она тоже положила руки мне на спину.

Мари прижималась ко мне, вкладывая все оставшиеся у нее силы и изливая скопившиеся у нее мысли и чувства.

"...прости меня, Сион. Прости, что я плохо себя вела. Прости меня..."

"Все в порядке. Не держи ничего в себе, рассказывай мне обо всем. Я буду рядом".

Больше она ничего не говорила, просто обнимала меня.

Неважно, ребенок ты или взрослый.

Все борются за жизнь.

После перерождения я хорошо это понял.

Я не мог видеть лицо своей сестры.

Но редкие всхлипывания выдавали ее эмоции.

Я молчал, и сестра тоже молчала.

Мы просто стояли, крепко обнявшись, словно ища тепла друг у друга, пытаясь усмирить бушующие внутри нас эмоции.

Мы снова были вместе.

●○●○

Мари перестала тренироваться как одержимая.

Она регулярно делала перерывы и заканчивала занятия до вечера.

Ранее она тренировалась с раннего утра и до наступления темноты, порой даже пропуская обед, так что изменения были значительными.

Мама и папа смогли вздохнуть с облегчением.

Дистанция между нами с сестрой исчезла, и мы вернулись к прежним отношениям.

Хотя нет, правильнее сказать, мы вывели их на новый уровень.

"Ну-ка, Сион, а-а-ам".

Дело было во время еды. Мы ужинали, сидя за столом.

Широко улыбаясь, сидящая рядом сестра протягивала мне ложку тушеного мяса.

Я украдкой проверил, как реагировали мама и папа, сидящие напротив.

Мама, как и всегда, улыбалась, но при этом, забыв о еде, неотрывно смотрела на нас.

Что касается папы, то он застыл с открытым ртом.

Ну, понять их можно.

Пускай мы и раньше были близки, до сих пор мы сохраняли определенную дистанцию.

У нас были обычные отношения брата и сестры.

Но сейчас происходило нечто из ряда вон выходящее: старшая сестра пыталась кормить младшего брата.

Родители были в недоумении, они не понимали, что происходит.

Я, кстати говоря, тоже не понимаю.

Меня объяли смешанные чувства.

Боже мой, я даже не знаю, как это описать! Мне страшно! Я в панике!

"...а-а-ам! Сион, ну давай, а-а-ам..."

Несмотря на улыбку, сестра выглядела так, будто вот-вот заплачет.

Все плохо, все очень плохо!

Если я это не съем, она обидится и заплачет.

В плане упрямства и эгоизма она еще совсем ребенок.

С другой стороны, неужели так трудно пережить "а-а-ам" в присутствии родителей?

Вообще-то да, если учесть, что я уже сейчас умираю от смущения.

Но я не могу снова оставить сестру без поддержки.

Ложка отправилась мне в рот, мое лицо вспыхнуло, а на родителей я старался не смотреть.

Я проглотил рагу и тут же опустил голову.

"Вкусно? Эй, Сион, вкусно?"

"Да. Очень".

"Правда?! Хе-хе, я сегодня помогала с готовкой".

"Да, я знаю".

Моя сестра - мастер на все руки, она много что умеет.

Она и раньше иногда помогала с готовкой, равно как и с другими делами по дому.

Однако сегодня она готовила со всей серьезностью, так что ей было важно получить похвалу.

Вот только... почему именно сейчас?

Все дело в этом, да? В том, что произошло вчера?

Но мы тогда не сделали ничего, чего бы не делали братья и сестры.

Хотя в прошлом мы признавались друг к другу в любви.

Но ведь раньше это не вызывало проблем.

В моей голове все перепуталось, и я окончательно перестал что-либо понимать, даже свои собственные чувства.

Думать становилось все сложнее, казалось, что моя голова вот-вот лопнет.

Поэтому...

Я перестал думать.

"Давай, Сион, а-а-ам".

"А-а-ам!"

Я отпустил свои эмоции и продолжил есть.

Еда и правда получилась вкусной, а все остальное неважно!

Будем считать, что "а-а-ам" - это награда для моей сестры!

Не обращая внимания на реакцию родителей, мы с сестрой продолжали, так сказать, ворковать.

Лучше сейчас ни о чем не думать.

Если я буду думать, то сгорю со стыда, так что не надо.

Вот так, с трудом обуздывая себя, я и провел ужин.

Кстати, это продолжалось целую неделю и закончилось, лишь когда отец отчитал нас и потребовал "прекратить это раз и навсегда".

Даже не знаю, счастлив я был или опечален.

Спасибо за чтение!

http://tl.rulate.ru/book/74951/3965417