— Где Его Величество?
Услышав достойный вопрос Леваррена, к нам подошел человек, похожий на священника. Леваррен и я склонились и не подняли головы. Когда жрецы смерти признавались апостолами бога смерти, их глаза становились красными.
Но глаза Лилит были фиолетовыми, а Леваррена —черными. Каким бы ненавистным ни был наш цвет волос, он не будет проблемой. Но нас точно поймают, если узнают цвет наших глаз.
К счастью, они были жрецами смерти, поэтому очень любили темноту.
Пока они не подходили очень близко, мы не попадемся.
Кроме того, униформа жреца смерти включала головной убор, отличимый от униформ других жрецов. Другие жрецы время от времени надевали шляпы, чтобы защитить лица от дождя, но шляпы жрецов смерти действительно выглядели так, как будто они были созданы для того, чтобы закрывать глаза.
Может быть, они и правда боролись со светом, как говорят слухи.
— Почему на тебе мундир священника?
— …
— Глядя на твою божественную силу, я думаю, тебе следует носить другую одежду.
Я посмотрела на Леваррена. Он выглядел спокойно. Скорее, это я забеспокоилась. Я знала, что все равно лишь обладаю этим телом, и что вскоре мне придется его покинуть. Но я не хотела, чтобы тело Лилит было повреждено после того, как я его одолжу.
Так же, как Килиан был моим любимым персонажем, мне также нравилась Лилит, главная героиня. Прежде всего, Лилит была для меня как семья. Я не хотела, чтобы она испытала что-то плохое. Лучше возьму это на себя, если что-то пойдет не так.
— О, ты тот самый Левиафан? — низким, но юношеским голосом спросил жрец Леваррена.
— …
— Хм… Похоже, ты говоришь только то, что хочешь сказать, как и говорил Первосвященник.
Было странно, что помимо Леваррена были еще такие люди, поэтому я обернулась к Леваррену. Эта привычка была одной из очень плохих привычек Леваррена. После того, как он стал Первосвященником, он начал вообще не говорить по несколько дней, если ему не хотелось ничего говорить. Конечно, он поступал так не со мной или с Лилит, а со своими подчиненными, и он часто бывал сварлив. Я знала, как сильно Зисис страдал из-за этой его привычки.
— Пройдет некоторое время, прежде чем Его Величество вернется. Вы пришли через секретный проход, верно? Унесите это в молитвенную комнату.
Я не могла увидеть, что «это» было. Потому что было темно за пределами пальца жреца, указывающего в темноту, поэтому было трудно что-то увидеть. Леваррен кивнул, и священник отвернулся.
Мое сердце колотилось в этой напряженной ситуации, достаточно, чтобы напугать меня до смерти.
Если подумать, если одежда, которую мы носили, была одеждой жреца, то во что был одет тот человек раньше?
Видя, что это выглядело немного более роскошно, он мог быть не обычным жрецом смерти.
— Как только мы сделаем то, что нам говорят, давай понаблюдаем за ситуацией и вернемся.
— ...Это необходимо?
— Да, Левиафан.
Леваррен вздрогнул. Видя его нехарактерно бросающуюся в глаза реакцию, возможно, он знал, кто такой Левиафан.
Затем, когда я приблизилась к тому, на что ранее указывал неизвестный жрец, я, наконец, смогла увидеть. Это были женщины в роскошных одеждах. На голове у них было что-то вроде странного капюшона, поэтому я не могла видеть их лиц, но они казались грешницами. В противном случае их запястья не были бы связаны.
Я на всякий случай спросила, почему в спальню Императора приводят грешников? Возможно…
— У Килиана была любовница?
Не осознавая этого, эти слова вырвались наружу.
— Было бы неплохо, если бы у него была любовница.
— Что ты имеешь в виду?
— Когда встретишься с ним, тогда и узнаешь.
— …
Прежде всего, нужно было взять не одну женщину. Вокруг их талии была обвязана веревка, и одна за другой они были связаны рядами, как рыбы, натянутые на леску. Всего было около десяти человек. Когда я пригляделась, капюшоны на их лицах казались заколдованными. Было ясно, что эти люди не смогут услышать никаких разговоров с заклинанием «тишина».
— Возьмем их.
— Да.
Леваррен схватил запястье женщины впереди и поднял ее. Тогда женщина начала дрожать и плакать.
— Ик… хик…
Когда она встала, другие женщины с веревками вокруг талии тоже зарыдали.
— П-помогите… хиииик…
— Помогите мне…
— Уааа!..
Я посмотрела на Леваррена, не понимая, что происходит. Но его глаза отличались от моих. Он выглядел как человек, который знал, что сейчас происходит.
— Леваррен.
— Пока пойдем.
— …Да.
Я не знала, о чем он думает. Они хотят, чтобы мы им помогли?
Я наблюдала сзади, как Леваррен вел их. Было еще темно, даже когда мы вышли из комнаты, и я подумала, не из-за вкуса жрецов смерти ли это. Если так, то почему здесь все равно висела люстра?
Следуя за ними сзади, я поняла, что все женщины были одеты в одинаковые одежды. Интересно, где я их видела.
Это определенно не был наряд горничной или служанки. Их наряды выглядели так, которые носят знатные леди, но почему они все были одеты в один и тот же дизайн?
Было видно, что они были напуганы, извиваясь. Однако их состояние не выглядело плохим, а телосложение было на удивление хорошим. При ближайшем рассмотрении следов насилия тоже не было видно.
— Левиафан. Ты знаешь дорогу?
Из-за множества зорких глаз я сознательно назвала Леваррена Левиафаном.
— Разве не важно иметь в голове карту императорского дворца?
— Верно.
Конечно, я вспомнила старую карту дворцового интерьера. Я просто стояла и думала, были ли мы в том месте, которое так резко изменилось с фасада ворот замка, даже внутренней реконструкции.
Вероятно, он не знал, потому что Леваррен довольно часто бывал в императорском дворце. Даже если другие священники были убиты, он был исключением, видя, как привратник помнит внешность Леваррена.
Кажется, Килиан оставил это место таким, каким оно было раньше.
— Вот.
Судя по всему, у них была какая-то внутренняя реконструкция. Потому что окружение действительно отличалось от того, что я знала. Я долгое время была молодым герцогом, поэтому довольно часто ходила в императорский дворец и обратно. Прежде всего, моя семья, герцогство Персиваль, была верным слугой императорской семьи.
Пока эта собака не превратилась в зверя, укусившего своего хозяина за шею.
— Похоже, у них много денег.
— Ты можешь увидеть что-то подобное в этой ситуации.
— Это профессиональное заболевание.
Это то, что я делала как молодой герцог, так что ничего не поделать. Увеличение богатство поместья, управление феодалом, походы туда-сюда из императорского дворца, оставаться верным императорской семье и заботиться о действиях императорской семьи.
Было намного больше пунктов, чем то, что я только что перечислила.
Скрип. Когда я открыла дверь, внутри было темно. Однако лунный свет проникал из-за большого окна, так что было не так темно, как в коридоре.
— А?..
В молитвенной комнате уже было много людей. Обычно молитвенная комната представляла собой небольшую комнатку, но эта выглядела как настоящая молитвенная комната. Она была такой же большой, как главный зал Великого Храма, и с высоким потолком.
Внутри уже было несколько жрецов. И были другие женщины в той же одежде, что и те, которых привели мы.
Я не могла понять, что, черт возьми, они пытались сделать, поэтому все, что я делала, это тупо смотрела на них с Леварреном рядом со мной. Женщины с закрытыми лицами стояли в магическом кругу, поэтому казалось, что они пытались использовать магию.
— Левиафан.
— Да?
— Иди сюда.
— …Да.
Леваррен, находившийся рядом со мной, прикинулся Левиафаном и сделал то, что ему сказали. Жрецы отступили, затем толкнули женщин в магический круг и встали вокруг него.
Жрец бога смерти использует силу преисподней. Было ясно, что они пытались использовать энергию женщин.
Судя по сообщениям, когда я была молодым герцогом, они не часто убивали всех сразу. Однако они использовали энергию жертвоприношений, и проблема заключалась в том, что энергия заключала в себе жизненную силу.
Говорят, что жрецов смерти мумифицировали заживо и приносили в жертву богу после смерти. Затем бог смерти наделял силой человека, проводящего это жертвоприношение.
— Смотри внимательно, Левиафан. С завтрашнего дня ты должен будешь вести.
— …Да.
Мы будем здесь до завтра? Мне нужно встретиться с Килианом до завтра, чтобы извиниться и как-то спрятаться, пока моя душа не освободится от этого владения телом.
Все встали в круг и взялись за руки. Я не знала, что это было, но я тоже взялась за руки и стояла вокруг, как будто они исполняли народную песню. Через некоторое время жрец, подозвавший Леваррена, начал читать заклинание.
— Я голоден. Дом самый лучший. Живи только сегодня. Мясо хорошее*. (п/п: здесь реплика в оригинальной корейской новелле написана на русском. Именно так же, как оно и есть, поэтому менять и редактировать тут нечего)
После бормотания странных слов раздался звук щелчка пальца.
— Хуук!
— Угх!..
Женщины упали на пол, потеряв сознание с небольшим шквалом.
Проблема заключалась в еще чем-то.
— Что?..
Пол, казалось, тоже поднялся, а потом я рухнул. Кажется, я почувствовала удар в плечо с этим содроганием, но это было не так уж больно.
— …с.
— Ух…
Мое тело болело, как будто меня снова ударили. В прошлом, когда я впервые училась фехтованию, я вспомнила день, когда тренировалась, чтобы улучшить свою выносливость. В то время мое тело несколько дней мучительно покалывало, вероятно, из-за того, что я двигалась с мешками с песком.
Именно так прямо сейчас я себя чувствовала. Затем мое зрение прояснилось, и я увидела тыльную сторону своей ладони. Мои красивые руки!
— А?..
— Анаис!
Я не могла пошевелиться. На этот раз я могла двигаться больше, чем раньше, но причина, по которой я не могла двигаться достаточно свободно, была не из-за меня. А потому, что кто-то держал меня настолько крепко.
Это было слишком, чтобы двигать шеей, поэтому я осталась на месте, но моя голова беспомощно смотрела вниз. Как и ожидалось, голубые волосы, которые я ненавидела видеть.
— Это уже слишком!
— Анаис?
— Угх!.. Кто ты? Отпусти меня!
Затем он медленно отпустил меня и позволил правильно сесть. Мой разум был ясным, как мое тело, которое долгое время не двигалось, но мне все еще было больно. Моя голова продолжала опускаться вниз, и мужчина, державший меня спереди, выглядел несколько беспокойным.
Кстати, если я вот так упаду, Леваррен позаботится о теле Лилит, верно? Было ясно, что побочный эффект обладания другим телом был более серьезным, чем я думала. Я могла внезапно упасть в обморок.
Кроме того, это выглядело как очередной страшный сон.
— Это я, Анаис. Твой муж.
— Ха?
Мой взгляд с большим усилием переместился, когда мой подбородок поднялся, и я посмотрела на него. Вот глаза, в которых были золотые лучи, подобные солнечному свету, — мое солнце, которое я так любила.
Нежно держа меня за щеку, Килиан смотрел на меня с улыбкой.
http://tl.rulate.ru/book/74106/2295284
Сказали спасибо 89 читателей