Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2341: «Преданность старому мечу»

Цзянь Цзинтянь сжимал в руках святой меч секты. Его короткий вызов – «Идите сюда», – мгновенно подавил волю великого святого Цзюэмина и двух его спутников.

Культивация, намерение меча и владение Каноном Меча Тайсуань у него были на голову выше, чем у Му Сюанькуна.

Без святого меча и Ордена Тяньцюань он заметно уступал бы любому из глав святых земель.

Но теперь, со святым мечом в руках и поддержкой необъятной энергии земли, он обладал силой, позволяющей не только противостоять троим врагам, но и доминировать в битве.

Великий святой Цзюэмин, Тяньяо и Усюань нахмурились; их лица стали крайне серьезными. Они не спешили бросаться в атаку.

В небе над пиком Алого Неба таинственный великий святой из расы демонов в союзе с великим святым Цанманом едва сдерживали неистового Фугуана.

Великий святой Фугуан сейчас был поистине страшен: облаченный в Священное Одеяние Темной Жабы, он владел вечным святым путем, а в руках сжимал Императорский Драконий Знак.

Призрачный образ пурпурно-золотого божественного дракона, вырвавшийся из знака, был истинной душой бога-дракона, и его Величие Дракона заставляло сердца трепетать от ужаса.

— Этот парень слишком свиреп. Лучше отойти и не ввязываться с ним в затяжной бой. Фугуан владеет вечным святым путем, он неизбежно подавит Цанмана и этого типа в шляпе, становясь сильнее с каждой минутой. Нам же достаточно просто изматывать нашего противника, — передал Цзюэмин тайное послание своим соратникам.

Тяньяо и Усюань были немало удивлены. Цзюэмин, старший среди Семи Святых Черной Горы, обладал такими средствами и наследием, что превосходил многих глав святых земель.

Единственное, в чем они не были уверены, так это в том, постиг ли он сам вечный святой путь.

И то, что столь могущественный практик проявлял такую осторожность, казалось невероятным.

Но слова его были чистой правдой.

Мастера святого ранга, постигшие вечные пути, могли с легкостью сражаться против тех, кто выше их по уровню; сокрушить равного по рангу для них не составляло труда.

К тому же Фугуан обладал глубочайшей культивацией – среди них он был ближе всех к стадии Бессмертия и мог начать прохождение небесного испытания в любой момент, будь у него достаточно уверенности.

То, что он до сих пор не расправился с оппонентами, объяснялось лишь тем, что Цанман и «человек в шляпе» тоже были не из робкого десятка.

Победа Фугуана была лишь вопросом времени.

— Пусть будет так, — тут же согласились Тяньяо и Усюань.

Цзянь Цзинтянь, видя их невозмутимые лица, в душе чертыхнулся. Он понял: эти трое решили не вступать с ним в открытое противостояние, как бы он их ни провоцировал.

В такой ситуации он и впрямь мало что мог сделать.

— Так называемые главы святых земель – не более чем трусы. Раз вы не идете ко мне, я сам приду к вам! — Цзянь Цзинтянь холодно хмыкнул и первым бросился в атаку.

Своей целью он выбрал великого святого Тяньяо. Тот был главой секты Небесного Пламени и признанным мастером сабли, чье намерение сабли достигло пика седьмого ранга.

Бам!

В момент столкновения клинков Тяньяо тут же отлетел прочь, а в его глазах отразилось неприкрытое изумление.

В руках Цзянь Цзинтяня святой меч секты сиял невероятно ярко. За его спиной парили восемь призрачных клинков, и мощь мечного строя была в несколько раз выше, чем у Му Сюанькуна.

Это было просто немыслимо!

Неудивительно, что Цзюэмин решил действовать осторожно – он явно предвидел нечто подобное.

Если сейчас сойтись с Цзянь Цзинтянем в лобовой атаке, то даже стадия Бессмертия могла не спасти.

Топ! Топ! Топ!

Цзянь Цзинтянь одним выпадом заставил Тяньяо и Усюань отступить. Лишь великий святой Цзюэмин сумел принять его прямой удар.

Но этот старый лис лишь зловеще ухмыльнулся и, растворившись в собственной области Кровавой Темницы, принял облик исполинского призрака.

Он искусно уклонялся от ужасающего намерения меча Цзянь Цзинтяня, постоянно меняя положение своего истинного тела так, что его невозможно было выследить.

Обладая колоссальной силой, он упорно избегал прямого столкновения.

При поддержке двух других глав он не давал Цзянь Цзинтяню развернуться во всю мощь. Стоило тому попытаться взмыть в небо на помощь к союзникам против Фугуана, как Цзюэмин тут же связывал его боем.

Это было невыносимо унизительно!

— Все они – старые лисы с тысячелетним опытом. Если так пойдет и дальше, то к моменту, когда энергия земли начнет иссякать, младшему брату Цзяню придется несладко, — Му Сюанькун, чьи раны сейчас залечивала Фэн Юй, нахмурился. Ситуация не внушала оптимизма.

Фэн Юй тоже это видела. Секта Сокровенных Небес обладала численным превосходством, а элитных бойцов у секты Меча было слишком мало.

Предчувствия их не обманули: спустя полчаса прогремел оглушительный взрыв.

Один из семи главных пиков секты Меча – пик Даньсяо – рухнул. Величественная гора была срезана под корень – великие святые, защищавшие ее, в конце концов не выдержали натиска.

Грохот! После падения пика из-под земли вырвался невообразимый поток святой энергии. Она сгустилась в разноцветный дождь, который с шумом обрушился на землю.

Му Сюанькуну было больно на это смотреть: рушилось само наследие секты Меча!

Цзюэмин и его товарищи, напротив, приободрились. На их лицах расцвели торжествующие улыбки.

Секта Меча оказалась крепким орешком, но если разгрызать ее по частям, то рано или поздно все священные жилы будут уничтожены.

… …

Божественная гора Небесного Аромата.

Эта самая загадочная из высших святых земель Куньлуня была окутана бескрайними плывущими облаками.

В отличие от суетного внешнего мира, здесь царило спокойствие истинной обители бессмертных: плыли цветные облака, бродили священные звери, в небе свободно парили диковинные птицы.

Среди величественных гор, на уединенной площадке для медитаций, располагался древний межный массив телепортации.

Место было безлюдным, лишь одна женщина, холодная как лед, перебирала струны циня.

Звуки ее музыки, подобные небесным напевам, разносились по долине, заставляя сотни птиц подпевать ей. Она исполняла легендарную мелодию «Сотня птиц поклоняется фениксу».

Красота ее была безупречна, в каждой черте лица сквозило холодное благородство.

То была святой старейшина Небесного Аромата – Му Сюэлин!

Вум!

Внезапно струна под ее пальцами дрогнула и лопнула. Музыка оборвалась.

Но эхо еще долго витало в воздухе, и птицы, кружась над головой, никак не хотели улетать.

Некоторые из них даже опустились рядом с Му Сюэлин, а самые смелые уселись ей на плечи.

Она не обратила на них внимания, приковав взгляд к центру платформы Дао, где находился массив телепортации. Тихий голос сорвался с ее губ:

— Неужели прибыл?

С тех пор как Небесный Аромат получил межмировое послание от Святого Меча Пурпурного Иволга, она не покидала этого места. И раз струна лопнула сама собой – значит, тот человек вот-вот появится.

Грохот! Платформа Дао задрожала, массив телепортации вспыхнул ослепительным светом, и столб сияния ударил в небо, переполошив всю округу.

Когда свет угас, на платформе стоял статный, прекрасный собой молодой мечник. Он с легким недоумением оглядывался по сторонам.

Разумеется, это был молодой господин Цзанхуа – Линь Юнь.

Завершив тренировки в мире Лазурных Небес и неся в себе наставления Пурпурного Иволга, он наконец вернулся в Куньлунь.

— Так это и есть Небесный Аромат? — Линь Юнь с любопытством осматривался. Эта таинственная Святая Земля всегда была окутана туманом, не дававшим никому разглядеть ее истинный лик.

Но в Куньлуне любая сила, какой бы великой она ни была, не смела проявлять неуважение к Небесному Аромату – их тайная мощь внушала трепет.

— Святой старейшина! — Линь Юнь быстро заметил Му Сюэлин.

С улыбкой он направился к ней и, сложив руки в приветствии, произнес:

— Приветствую вас, святой старейшина. Радостно, что первым, кого я встретил по возвращении в Куньлунь, оказался старый друг.

Пусть теперь его культивация была не ниже, а то и выше ее, он по привычке называл ее святым старейшиной.

Му Сюэлин внимательно изучала Линь Юня. Его сила казалась бездонной, а правила Святого Пути, витавшие вокруг него, внушали невольный страх.

Времена изменились: мощь Линь Юня, вероятно, достигла такого уровня, что она сама не смогла бы ему противостоять.

Но его ясные глаза остались прежними, а радость на лице была искренней и лишенной притворства.

— Позвольте спросить, как дела в секте Меча?

— Как там Вэйвэй?

Они заговорили одновременно, задавая друг другу вопросы.

Линь Юнь на мгновение замер, а затем усмехнулся:

— Позвольте мне начать. Вэйвэй стала ученицей Божественного Предка Пустоши и сейчас находится в затворе в главном храме. Вам не о чем беспокоиться.

Му Сюэлин немного успокоилась, но затем с оттенком вины произнесла:

— Боюсь, дела в секте Меча идут из рук вон плохо. Твой Драгоценный зонт Солнца и Луны Лазурного Дракона я уже починила. Кроме того, согласно воле Пурпурного Иволга, я должна передать тебе божественную печать Сансары, которую он здесь оставил.

— Идем со мной в Божественный Храм Тяньсян к Святой Владычице. По дороге я все расскажу.

«Божественная печать Сансары?»

Линь Юнь был немало удивлен тем, что Пурпурный Иволга оставил ее именно на горе Небесного Аромата.

Впрочем, если подумать, из семи высших печатей Пурпурный Иволга наверняка выбрал бы именно печать Сансары, чтобы оставить ее себе.

Без владения священным Дао Реинкарнации подчинить эту печать невозможно.

Тук-тук! Сердце Линь Юня бешено заколотилось, Погребение Цветов пришел в волнение.

С самого момента прибытия на гору Небесного Аромата меч вел себя странно – казалось, это место было ему знакомо.

Поначалу Линь Юнь не придал этому значения, подавляя беспокойство клинка и сосредоточившись на новостях о секте Меча.

Но чем ближе они подходили к цели, тем труднее становилось сдерживать порывы Погребения Цветов.

— Что случилось? — Му Сюэлин заметила неладное и остановилась.

Линь Юнь не стал скрывать правду. Глядя на возвышающийся на вершине Божественный Храм Тяньсян, он ответил:

— Странное дело: чем ближе мы к этому храму, тем сильнее бушует мой меч. Ничего страшного, возможно, здесь замешана какая-то старая карма. Когда увижу Святую Владычицу, обязательно спрошу ее об этом. А пока, прошу вас, продолжайте рассказ о секте Меча.

Му Сюэлин кивнула и не стала расспрашивать дальше.

Слушая ее, Линь Юнь мрачнел, но в глубине души испытал облегчение.

Перед возвращением он рисовал себе самые жуткие картины: что секта Меча стерта с лица земли, а учитель погиб при прохождении небесного испытания.

Сейчас положение было тяжелым, но все же не безнадежным.

«Ждите меня!», – В глазах Линь Юня сверкнул холодный блеск. Он крепко сжал кулаки; лицо его стало суровым.

Ему хотелось сорваться с места, но он понимал: нужно сдержать эмоции.

И Драгоценный зонт Солнца и Луны, и божественная печать Сансары могли значительно увеличить его силу, особенно последняя.

Да и с беспокойством Погребения Цветов нужно было разобраться.

Внезапно Линь Юнь улыбнулся:

— Святой старейшина, позвольте мне помочь вам.

Божественный Храм казался близким, но на деле путь до него был неблизким. Линь Юнь хотел было подстроиться под темп Му Сюэлин, но та шла слишком медленно, и ему пришлось взять инициативу в свои руки.

Под тихий вскрык женщины Линь Юнь подхватил ее за плечо и сорвался с места. Пространство вокруг них начало искажаться и стремительно меняться.

Му Сюэлин была поражена: она чувствовала, как не только пространство пролетает мимо, но и само время словно ускорило свой бег.

«Власть над временем и пространством?»

«Как он это делает?»

Она широко раскрытыми глазами смотрела на Линь Юня. Видя его спокойную улыбку, она не могла найти объяснения происходящему.

Всплеск! В одно мгновение они оказались перед вратами Божественного Храма Тяньсян. Оказавшись на земле, Му Сюэлин еще некоторое время пребывала в оцепенении.

В ее глазах пространство впереди колыхалось, словно пелена дождя или туман, и лишь спустя несколько секунд картина обрела четкость.

Казалось, только сейчас пространство и время окончательно стабилизировались.

Му Сюэлин была женщиной начитанной, она знала множество древних свитков Небесного Аромата и быстро догадалась: это были методы священного Дао Реинкарнации.

Причем нужно было достичь невероятных высот, чтобы творить подобные чудеса.

Трудно было поверить, что все это подвластно Линь Юню. Ведь ему сейчас всего двадцать восемь лет, верно?

Сколько же лет было Пурпурному Иволге, когда он достиг таких высот?

— Ученик Яогуана Линь Юнь прибыл, чтобы засвидетельствовать почтение Святой Владычице Тяньсян! — Линь Юнь, не подозревая о мыслях спутницы, сложил руки перед дверями храма и громко объявил о себе.

Скрип! Древние двери распахнулись, и из храма вышла Святая Владычица Тяньсян – женщина, чье лицо скрывала тонкая вуаль. Она казалась лишенной эмоций, и вокруг нее не ощущалось никаких нитей кармы.

Линь Юнь был потрясен: эта женщина казалась ему куда более загадочной, чем даже Святой Меч Пурпурного Иволга.

Чанг! Но не успел он заговорить, как меч Погребения Цветов, не в силах больше сдерживаться, сам вырвался из его груди и молнией устремился вглубь храма.

Это зрелище ошеломило и Линь Юня, и Му Сюэлин. Даже в глазах Святой Владычицы промелькнуло удивление.

— Это ведь меч Южного Императора? — Произнесла Святая Владычица.

Линь Юнь, придя в себя, молча кивнул.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760074