Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2257: «Две несравненные красавицы»

— Брат Линь, у меня еще остались плоды Высшего Дао.

Цзи Цзыси вышла вперед. Всего она получила шесть таких плодов, и три из них всё еще были при ней. Видя столь наглую провокацию, она не смогла остаться в стороне.

Линь Юнь лишь горько усмехнулся про себя. «Эта девчонка всё же слишком наивна», – подумал он. Ведь он вовсе не боялся этих двоих.

Впрочем, это было неважно. Можно и развлечься.

Глаза Шангуань Цзюэ и Чжао Чжаньли алчно блеснули, на их лицах проступила радость. Хотя плоды Источника Огня стоили баснословно дорого, по редкости они всё же уступали плодам Высшего Дао.

Чжао Чжаньли тут же пошел в атаку, глядя на Линь Юня:

— Ну что, молодой господин Цзанхуа, теперь-то тебе есть что сказать?

Линь Юнь улыбнулся:

— Я и не говорил, что отказываюсь. Просто ваши условия показались мне… недостаточно весомыми.

Шангуань Цзюэ, полный уверенности в себе, великодушно махнул рукой:

— Излагай свои.

— Если проиграю я, вы получите один плод Высшего Дао. Но если проиграете вы, с вас – десять плодов Источника Огня, — совершенно спокойным тоном произнес Линь Юнь.

Шангуань Цзюэ и Чжао Чжаньли опешили. На двоих у них было всего пять таких плодов, до нужного количества явно не хватало.

— По рукам. Я согласен, — после недолгого раздумья ответил Шангуань Цзюэ.

Из Дворца Зловещей Тени прибыли не только они двое – если собрать плоды у всех соратников, десять штук наберется. Такая решимость даже Чжао Чжаньли заставила вздрогнуть.

— Но установим срок – три дня. Через три дня мы одновременно взойдем на треножник и посмотрим, кто из нас вычленит больше видений, — добавил Шангуань Цзюэ, сверля Линь Юня взглядом.

— Брат Шангуань, я смотрю, вы полны уверенности, — заметил Линь Юнь.

— Есть немного. Всё же передо мной человек, постигший намерение меча полушага к Сияющему Солнцу, так что я чувствую определенное давление, — с улыбкой парировал тот.

Линь Юнь немного подумал и кивнул:

— Хорошо, договорились.

Увидев, что сделка скреплена словом, Шангуань Цзюэ перестал притворяться доброжелательным:

— Жаль, что на этом этапе решают не навыки меча, иначе я бы точно проиграл. Но теперь… — он не стал заканчивать фразу, лишь громко рассмеялся и повел Чжао Чжаньли прочь.

Когда они вернулись к своим, и Шангуань изложил план, остальные ученики Дворца Зловещей Тени заволновались. Плоды Источника Огня были слишком ценными, и потеря даже одного ударила бы по карману.

— Не беспокойтесь, мы не проиграем, — успокоил их Шангуань Цзюэ. — Без полной уверенности в успехе я бы не стал ввязываться в этот спор.

Тем временем в кругу Линь Юня тоже царило напряжение. Цзи Цзыси и Линь Цзянсянь понимали: Шангуань Цзюэ не стал бы лезть на рожон без веской причины.

— Пришли с дурными вестями. Похоже, твой недавний успех задел этого господина за живое, — Ао Цзюэ прищурился, с интересом наблюдая за развитием событий.

Сюн Тяньнань, на удивление, не выказал своей обычной заносчивости. Он серьезно произнес:

— Этот парень кажется вежливым и обходительным, но сдается мне, он куда опаснее того же Гу Цзюня.

— Обычный лицемер! Один играет доброго, другой злого, но если они действительно одолеют брата Линя, маски будут сброшены мгновенно, — Цзи Цзыси сразу раскусила их натуру.

Линь Юнь лишь усмехнулся.

Все они были по-своему правы, особенно Сюн Тяньнань. Кусачая собака не лает, а те, кто кричит громче всех, обычно оказываются самыми слабыми противниками.

Шангуань Цзюэ не выставлял напоказ свою гордыню, но его высокомерие, скрытое глубоко внутри, так и сквозило в каждом жесте.

— На сколько процентов ты уверен в победе? — Спросила Линь Цзянсянь.

— Пока не знаю… — ответил Линь Юнь с улыбкой.

— Что? Не знаешь? — Цзи Цзыси и Ао Цзюэ замерли от неожиданности. Даже Ао Цзюэ посмотрел на него с недоверием.

— В этом весь ты, — горько усмехнулся Ао Цзюэ.

— Просто развлечемся, — честно признался Линь Юнь.

Он не лукавил. Хотя он еще не применял Великое Дао Реинкарнации, он подозревал, что здесь оно не даст такого ошеломительного эффекта, как со Стелой Верховного.

Треножник сам по себе был символом Хаоса. «Пока Хаос не разверзнется, карму не избыть» – эти слова были сказаны не ради красного словца.

Пока в лагерях Линь Юня и Шангуань Цзюэ сохранялось относительное спокойствие, на платформе Дао среди других практиков уже вовсю кипели споры.

— Ну вот, Шангуань Цзюэ всё-таки нанес удар!

— Ожидаемо. Раньше все только и делали, что пели ему дифирамбы, а теперь Линь Юнь одним движением руки забирает три плода. Те, кто хвалил Шангуаня, в неловком положении, а уж ему самому каково?

— Пора бы уже проучить этого Линь Юня. Весь путь ведет себя вызывающе, даже святые источники у кланов божественной крови вырывает! Ему везет, что мы на горе Тяньхуан – будь это во внешнем мире, он бы уже тысячу раз кости не собрал!

— Неужели он думает, что в трех тысячах великих миров на него не найдется управы?

— Сложно сказать. Похоже, молодой господин Цзанхуа еще не готов – он сам признался, что не знает своих шансов.

— А Шангуань Цзюэ-то подготовился!

— Еще бы! Он же не дурак. Видел, как Линь Юнь всех крушит, и без козыря в рукаве не полез бы подставляться.

— Он пришел, чтобы унизить Линь Юня, причем выбрал момент прямо перед Божественным Треножником Лазурного Дракона. Словно хочет проучить его на глазах у самого Божественного Предка.

Толпа естественным образом раскололась на два лагеря. Представители святых кланов и Святых Земель единодушно встали на сторону Шангуань Цзюэ.

Линь Юня же поддерживали многочисленные мечники, но сейчас в их рядах царило беспокойство – былой уверенности в непобедимости своего кумира поубавилось.

Главная хитрость Шангуань Цзюэ заключалась в том, что он не прибегал к открытым оскорблениям, сохраняя видимость честного спора. В отличие от того же Гу Цзюня, который сразу грозился вырвать святой источник, такой противник казался куда более опасным.

Время шло.

Постепенно внимание всех переключилось на сам треножник, и споры о пари немного утихли. В конце концов, это испытание было крайне важным для каждого.

Спустя два дня первые смельчаки начали пробовать свои силы. Однако немногим удавалось найти девять видений, а некоторые не могли уловить даже одного. Даже если кому-то и везло пройти порог, старец в сером лишь разочарованно качал головой – результат его не впечатлял.

По мере того как попыток становилось всё больше, люди начали понимать: количество найденных образов мало зависит от времени, проведенного у треножника. Если не дано увидеть – не увидишь.

Всё изменилось, когда к артефакту взошел Чжао Чжаньли из Дворца Зловещей Тени. Он уселся на треножник, скрестив ноги, и в тот миг, когда он открыл глаза, вокруг вспыхнуло ровно тридцать шесть видений.

Они были величественны и масштабны! Но самым поразительным было то, как эти образы переплетались друг с другом, создавая непрерывный поток картин, от которого захватывало дух.

Такое выступление заставило даже старца в сером внимательнее присмотреться к юноше.

Чжао Чжаньли с довольным смехом взмахнул рукой, и все видения превратились в тридцать шесть свитков, которые он тут же прибрал к рукам. Как только они исчезли, из треножника поднялось облако пурпурного дыма, в котором парила пилюля размером с кулак. Она была испещрена драконьими узорами и источала дивный аромат, сияя мягким, чарующим светом.

— Пилюля Сотворения Божественного Дракона! — Глаза Чжао Чжаньли радостно вспыхнули.

— Неплохо для божественного преемника Дворца Зловещей Тени. Твой учитель – Божество Девяти Древ, не так ли? — Спросил старец у спустившегося юноши.

Чжао Чжаньли с улыбкой ответил:

— Всё верно, мой наставник – Божество Девяти Древ. А вы, должно быть, почтенный Сюанькун, один из тридцати шести божественных посланников Небесных Врат?

В Небесных Вратах было тридцать шесть посланников, которых из-за их высокого статуса величали почтенными, подчеркивая их неприкосновенность.

Почтенный Сюанькун лишь слегка улыбнулся и кивнул.

Видя, какую честь оказал ему посланник, окружающие преисполнились зависти. Послышались шепотки: если даже Чжао Чжаньли нашел тридцать шесть видений, то на что же способен сам Шангуань Цзюэ?

— А эти преемники из Дворца Зловещей Тени кое-что умеют, — пробормотал Сюн Тяньнань, с тревогой поглядывая на Ао Цзюэ. — Ты сколько образов нашел?

Он всерьез опасался провала – сам он едва улавливал семь-восемь штук, ведь проницательность никогда не была его сильной стороной. На этом этапе он вполне мог вылететь!

Ао Цзюэ честно ответил:

— Испытание я пройду, но до таких высот, как у Чжао Чжаньли, мне далеко.

Сюн Тяньнань напрягся еще сильнее и перевел взгляд на Линь Цзянсянь, но промолчал. Если уж Ао Цзюэ уверен в успехе, то она и подавно справится.

— Цзи Цзыси, а ты как? — Спросил он.

Девушка мило нахмурилась, отчего ее безупречное лицо стало еще очаровательнее, и тихо произнесла:

— Не уверена.

«Так я и поверил!», – хмыкнул про себя Сюн Тяньнань. Эта девчонка тоже любила прикидываться слабой.

В этот момент Линь Юнь открыл глаза.

Сюн Тяньнань просиял, словно увидел спасителя:

— Брат, сколько ты нашел? Выручай, я пропал!

Линь Юнь усмехнулся:

— Не паникуй. То, сколько ты видишь сейчас, не так уж важно.

— Это почему же? — Сюн Тяньнань так и подался вперед.

Линь Юнь посмотрел на треножник и пояснил:

— Сейчас ты смотришь издалека, словно сквозь туман на цветы. Песок Вечности трудно прозреть насквозь, можно лишь уловить тени. Но не бойся. Когда взойдешь на треножник, просто выпусти на волю всё свое понимание пути физического совершенства и иди до конца. На этом этапе тебе будет легче, чем остальным.

Сюн Тяньнань выслушал это с сомнением и спросил в ответ:

— А ты? Сколько видений планируешь достать?

— Скоро сам увидишь, — загадочно улыбнулся Линь Юнь.

Он снова закрыл глаза, погружаясь в раздумья. Великое Дао Реинкарнации, как он и предполагал, не сработало – скорее наоборот. Стоило ему активировать его, как воронка Хаоса становилась лишь плотнее, скрывая даже малейшие зацепки.

Однако, когда он пробудил свои правила меча, перед ним начали проступать смутные очертания, свитки стали раскрываться один за другим. В тот же миг он осознал истинную суть испытания.

Здесь проверялась не только проницательность. Хаос казался непроницаемым, но на деле он был зеркалом, отражающим всё сущее и позволяющим заглянуть за грань. Этот Хаос был не в треножнике, а в душах самих практиков.

— Пойдемте, попробуем, — Линь Цзянсянь поднялась и приглашающе кивнула Цзи Цзыси. Та с улыбкой последовала за ней, сохраняя полное спокойствие. Ао Цзюэ тоже пристроился следом.

Сюн Тяньнань всё еще прокручивал в голове слова Линь Юня. Уверенности в нем не прибавилось, но видя, что остальные уже ушли, ему ничего не оставалось, кроме как пойти за ними.

Эта четверка мгновенно приковала к себе сотни взглядов.

— Линь Цзянсянь и остальные начинают!

— А Линь Юнь даже не шелохнулся.

— Но и эти ребята – не промах. В битве против кланов божественной крови никто из них не уступил. К тому же там Небесная дева Феникса.

— До чего же они хороши!

Внимание толпы быстро сосредоточилось на Линь Цзянсянь и Цзи Цзыси, чья красота и грация разительно отличались. Линь Цзянсянь выглядела как воительница – решительная, с холодным и пронзительным взглядом, а ее длинные стройные ноги невольно притягивали взоры. Цзи Цзыси же буквально сияла, и каждое ее движение было наполнено ослепительным очарованием.

— Наконец-то, — усмехнулся Чжао Чжаньли. Эти люди были своего рода авангардом Линь Юня, и по их результатам можно было судить о силе самого «молодого господина».

— Настоящие красавицы. Ну и везет же этому Линь Юню, — добавил он с легкой ноткой зависти в голосе.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759986