Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2246: «Терпение лопнуло»

Глава две тысячи двести сорок шестая.

Божественный Предок Пустоши и Божественный Предок Лазурного Дракона действительно были старыми знакомыми.

Если говорить точнее, Предок Лазурного Дракона когда-то оказал Предку Пустоши великую милость, иначе Линь Юнь и Цзи Цзыси не смогли бы прикоснуться к этой возможности.

— Пойдемте скорее, — вполголоса произнес Линь Юнь. — Я чувствую на себе слишком много взглядов.

С самого момента входа в город на них то и дело косились, и большая часть внимания доставалась именно Линь Юню.

Он притягивал взоры даже сильнее, чем две признанные красавицы – Линь Цзянсянь и Цзи Цзыси. О причинах такого интереса Линь Юнь мог догадаться сам.

События в хребте Килина невозможно было утаить, слухи наверняка разлетелись повсюду.

Победа над Ван Цзюэ – это еще полбеды, но наличие у него золотых плодов Дао неизбежно сулило проблемы.

Впрочем, оказавшись здесь, Линь Юнь перестал об этом беспокоиться. Он был полон решимости взойти на вершину, а значит, рано или поздно его личность все равно бы раскрылась. Скрываться намеренно он не собирался.

Спрыгнув с городской стены, спутники неспешным шагом направились к горе Тяньхуан.

Внутри Тяньхуана, похоже, действовали свои негласные правила: хоть на них и глазели, никто не решался подойти и затеять ссору.

Однако стоило им выйти за городские ворота, как путь Линь Юню преградила целая толпа.

От этих людей исходила мощная аура; они явно были не из простых, а на их лицах застыло выражение безграничного высокомерия.

При виде предводителя отряда Линь Цзянсянь слегка изменилась в лице, а в её глазах промелькнул холод.

— Похоже, это люди из святых кланов божественной крови? — Спросил Сюн Тяньнань, пристроившись рядом с Линь Юнем.

Линь Юнь и сам это заметил.

Группу окутывал ореол благородства, словно они были отмечены самой судьбой; их манеры и облик разительно отличались от обычных практиков.

— Линь Цзянсянь, мы снова встретились! — Предводительница отряда, девушка в фиолетовом с изящной фигурой и ярким, вызывающим лицом, окинула Линь Цзянсянь насмешливым взглядом.

— Гу Юйсинь, советую тебе немедленно убраться с дороги, — Линь Цзянсянь заговорила тоном, от которого веяло морозом.

Клан Гу считался одним из самых прославленных святых кланов божественной крови в Трех Тысячах Миров. В их роду до сих пор был жив истинный бог, а наследие, копившееся десятки тысяч лет, делало их влияние колоссальным, а силу – пугающей.

Впрочем, в таких кланах существовало четкое деление на главную ветвь и побочные линии. Стоявшая перед ними Гу Юйсинь не принадлежала к прямой наследной крови.

Гу Юйсинь пренебрежительно фыркнула:

— А ты всё такая же строптивая. Если бы тогда покорилась моему двоюродному брату, тебя бы не вышвырнули из штаб-квартиры Тяньцзянь-лоу. И не пришлось бы тебе сейчас якшаться с отребьем из какого-то захолустья.

Она перевела взгляд на Линь Юня и хищно улыбнулась:

— Впрочем, сегодня я пришла не за тобой… До меня дошли слухи, что у Стелы Верховного ты заполучил несколько золотых плодов Дао. Покажи-ка их мне, молодой господин хочет полюбоваться.

Линь Юнь остался невозмутим и лишь усмехнулся в ответ:

— Такие сокровища я, разумеется, давно поглотил. Кто станет по глупости таскать их с собой? Неужели ты бы стала?

Гу Юйсинь пристально всмотрелась в него. Аура Линь Юня и впрямь казалась ей бездонной и непостижимой.

— Восемь золотых плодов Дао? И ты в одиночку успел поглотить их все? — Гу Юйсинь холодно рассмеялась. — Ты за дуру меня держишь?

Начавшаяся перепалка тут же привлекла внимание окружающих. Прохожие замедляли шаг, указывая на Линь Юня и перешептываясь.

— Это ведь тот самый молодой господин Цзанхуа, Линь Юнь?

— Говорят, он не только одолел божественного преемника Ван Цзюэ, но и загреб восемь золотых плодов Дао.

— Парень совсем не умеет вести себя скромно. Уверен, на него уже давно точат зуб. Гу Юйсинь, скорее всего, просто пришла прощупать почву…

— Только у святого клана хватит смелости на такое. С первого взгляда ясно – этот мечник не из робкого десятка!

— И то верно, от него так и разит мощью. Сложно поверить, что он из какого-то дикого мира.

Множество практиков во все глаза смотрели на Линь Юня. Даже не применяя силу, он одним своим присутствием заставлял ощущать острую, как лезвие, энергию.

Он был подобен легендарному мечу, источающему ослепительное сияние. Теперь, как бы Линь Юнь ни старался скрыть свою остроту, его внутренняя стать и дух все равно прорывались наружу.

В конце концов, к горе Тяньхуан стекались лучшие, и даже если среди них попадались те, кто слабее, их чутье и кругозор были на высоте.

— Что ж, можешь обыскать меня, если хочешь, — Линь Юнь не выказал ни капли гнева, лишь развел руками, предлагая ей подойти.

Гу Юйсинь, напротив, засомневалась. Она не была круглой дурой и процедила сквозь зубы:

— Вижу, горазд ты напускать на себя важный вид. Но… будь ты по-настоящему талантлив, мастера горы Тяньхуан уже зачислили бы тебя без всяких испытаний. Посмотрим, как далеко ты пройдешь через три преграды.

Она сделала шаг вперед и добавила:

— Посмел перейти дорогу Ван Цзюэ и всё равно явился на гору… Похоже, ты просто не знаешь, как пишется слово «смерть»!

Сюн Тяньнань мгновенно вспыхнул:

— Что ты вякнула?

— А я разве в чем-то ошиблась? Поживем – увидим, — бросила Гу Юйсинь с надменностью, присущей её клану, и, холодно усмехнувшись, первой зашагала прочь вместе со своей свитой.

Глядя им в спины, Цзи Цзыси и Сюн Тяньнань не скрывали своего возмущения.

Линь Юнь повернулся к Линь Цзянсянь:

— Тебя действительно изгнали из главной обители Тяньцзянь-лоу?

— Я ушла сама, — ответила та. — Атмосфера там стала невыносимой, но в глазах остальных я, вероятно, выгляжу изгнанницей.

Линь Юнь понимающе кивнул. Хоть Тяньцзянь-лоу и была нерушимой Святой Землей, порядки там, должно быть, напоминали секту Небесного Дао. Засилье влиятельных кланов наверняка создавало невыносимые условия для таких выходцев из простых семей, как Линь Цзянсянь.

— Линь Юнь, эта девка слишком задирает нос. Если её не проучить… проблем не оберемся, — проворчал Сюн Тяньнань.

— Оставь её пока. Идем к горе, — спокойно отозвался Линь Юнь и первым зашагал к цели.

Через полчаса четверка достигла подножия горы Тяньхуан. Здесь было не протолкнуться: море практиков со всех концов Трех Тысяч Миров заполнило всё пространство, докуда хватало глаз.

Линь Юнь впервые видел такое скопление мастеров стадии Святого в одном месте.

Сюн Тяньнань тем временем разузнал подробности.

Первым испытанием на горе Тяньхуан была Стела, Сразившая Бога. Суть проста – нужно было подняться на гору. На склоне высилась древняя плита, которая, по легенде, когда-то оборвала жизнь истинного бога. Тому, кто сумеет дойти до неё и высечь на камне своё имя, засчитывалось прохождение.

Всего испытаний было три, и после последнего лишь десять лучших удостоятся чести участвовать в Тяньхуанском пиршестве.

Отбор уже начался. Поскольку для первой преграды требовалось лишь достичь стелы без ограничений по времени, всё проходило на удивление чинно.

— Люди из древнего святого клана прибыли! — Внезапно пронеслись по толпе восторженные возгласы, заставив всех обернуться.

— Неужели это Гу Цзюнь? Сильнейший гений молодого поколения клана Гу!

— Ничего себе размах… Кажется, клан Гу выставил почти всю свою молодежь.

— Ха, еще бы, ведь сам Божественный Предок Пустоши набирает учеников. Если кто-то из них пройдет, пусть даже в статусе записанного ученика, у клана Гу появится шанс взрастить ещё одного бога.

— Говорят, Гу Цзюнь еще три года назад достиг стадии Ветра и Огня. Он входит в первую сотню Рейтинга Низвержения Дракона – настоящий гений без всяких преувеличений.

Шепотки не смолкали ни на миг.

Линь Юню стало любопытно, и он увидел группу людей, окружавших молодого человека, идущего к ступеням. Тот был облачен в пурпурно-золотые святые одежды; от него веяло благородством и пугающей силой, а в глубине его спокойных глаз мерцала острая, как лезвие, энергия.

В их отряде было больше сорока человек, и они шли напролом – никто не осмеливался преградить им путь.

Сюн Тяньнань негромко пояснил:

— Мощь святых кланов божественной крови за гранью воображения обычных людей. Их отпрыски, особенно из главной ветви, – желанная добыча для любой Святой Земли. Только перед Небесными Вратами им приходится проходить общий отбор.

Кто-то из стоявших неподалеку практиков, услышав это, усмехнулся:

— Это испытание самого Божественного Предка Пустоши. Стать его учеником невероятно трудно. Святые кланы могут задирать нос перед нами, но перед Предком они – никто.

И это было правдой. Чья кровь могла сравниться по древности с кровью существа уровня Предка?

Время шло, прибывали всё новые представители святых кланов, выдающиеся мастера Святых Земель и даже несколько божественных преемников. Это место действительно кишело затаившимися драконами и крадущимися тиграми.

Через четверть часа Линь Юнь и его спутники вместе с потоком людей подошли к ступеням, ведущим к Стеле, Сразившей Бога. В тот же миг на них обрушилось колоссальное давление.

Лестница, древняя и массивная, насчитывала более девяноста тысяч ступеней.

Издалека Стела, Сразившая Бога казалась лишь нечетким контуром, окруженным ореолом божественного величия и сияния.

Подъем давался нелегко: с каждым шагом тяжесть на плечах росла. То и дело кто-то не выдерживал и кубарем катился вниз, разбиваясь в кровь.

Но были и те, кто летел по ступеням, окутанный святым сиянием, преодолевая небесное давление ради одной цели – первыми вписать своё имя на стелу.

Слава этого артефакта была столь велика, что каждый мечтал заявить о себе с самого начала. Кто знает, вдруг сам Божественный Предок Пустоши обратит на них внимание?

— А я-то думала, ты и впрямь чего-то стоишь, но, похоже… ты ничем не лучше прочих, — раздался знакомый голос. Это была Гу Юйсинь.

Она бросила на Линь Юня вызывающий взгляд, а затем, победно улыбнувшись, взмыла вверх, подобно острому мечу, разом преодолев несколько десятков ступеней.

Этот маневр тут же вызвал одобрительный гул в толпе.

— Эта Гу Юйсинь всего лишь из побочной ветви, а уже обладает такой силой. Мощь клана Гу поистине бездонна.

— Так она из святого клана божественной крови? Теперь понятно, почему она так дерзка.

Слыша разговоры вокруг, Гу Юйсинь втайне ликовала. Ей до безумия нравилось быть в центре внимания.

Рывок! Еще рывок!

Выложившись на полную, она одним махом одолела две сотни ступеней.

Остановившись, она посмотрела вниз на Линь Цзянсянь и с издевкой бросила:

— Линь Цзянсянь, когда-то ты была заметной фигурой в Тяньцзянь-лоу, но как же ты опустилась. Я еще даже не начала стараться, а ты уже плетешься в хвосте.

Цзи Цзыси, видя пренебрежение на лице Гу Юйсинь, едва сдерживала гнев – эта женщина вела себя просто невыносимо.

В глазах Линь Цзянсянь сгустился холод. Она никогда не отличалась кротким нравом и не привыкла терпеть обиды. Лишь боязнь втянуть Линь Юня в лишние неприятности заставляла её сдерживаться до этого момента.

Но когда Гу Юйсинь снова перешла границы, терпение Линь Цзянсянь лопнуло.

В этот миг Линь Юнь негромко произнес:

— Когда терпению приходит конец, больше не нужно сдерживаться. Если мы, мечники, будем дрожать перед каким-то святым кланом, то какой смысл становиться учениками Божественного Предка?

Линь Цзянсянь взглянула на него и невольно улыбнулась:

— Похоже, ты тоже из тех, кто не привык пасовать перед трудностями.

— Пожалуй, — Линь Юнь подмигнул ей.

Его лицо было красиво, а в улыбке и взгляде больше не осталось и следа напускной скромности.

Линь Цзянсянь почувствовала, как на душе стало легче. Она рассмеялась:

— Ты прав. Терпеть больше нечего. Мечникам ли бояться битвы!

Гул!

Едва эти слова сорвались с её губ, как Линь Цзянсянь взмыла в воздух, устремляясь ввысь.

Те две сотни ступеней, что Гу Юйсинь преодолевала в несколько заходов, она пролетела на одном дыхании, приземлившись прямо перед соперницей.

Гу Юйсинь на мгновение опешила от такой прыти, но быстро взяла себя в руки – ведь почти весь клан Гу был здесь. Если раньше она немного опасалась Линь Юня, то теперь чувствовала себя в полной безопасности.

К тому же, перед ней была всего лишь Линь Цзянсянь, а не тот таинственный Линь Юнь, одолевший божественного преемника.

Она вернула себе прежний надменный тон:

— Похоже, ты не согласна? Ничтожество, вышвырнутое из Тяньцзянь-лоу, неужели ты и впрямь возомнила себя прежним гением?

Линь Цзянсянь вскинула голову. В тот же миг её аура стала острой, как бритва, волосы разметал внезапный порыв ветра – в ней проснулась былая воительница.

— Ты права в одном, — её голос зазвучал властно. — Мой меч… никогда и ни в чем не признавал поражения!

Внутри Линь Цзянсянь зазвучал пронзительный клич меча, в небе над ней начали сгущаться тучи. Она сделала резкий выпад ладонью прямо в сторону Гу Юйсинь. В её руке заплясали молнии, а вокруг тела закружились пять драконьих теней разных цветов.

Этот удар словно сжимал в горсти всё небо и землю. В момент атаки пространство вокруг них, казалось, начало рваться по швам.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759975