Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2092: «Клятва Небесного Дао»

— Настоящий Е Цинтянь давно мертв. Тот, кто стоит перед вами – не он. Это Линь Юнь, личный ученик Яогуана и молодой господин Цзанхуа!!

Слова Святого Суверена Ганфэна прогремели над площадью подобно удару грома, мгновенно подняв невообразимую волну потрясения.

Е Цинтянь – это не Е Цинтянь?

Е Цинтянь – это Линь Юнь под маской?

Все были ошарашены. Скажи это кто-нибудь другой, доверия бы не возникло.

Но когда такие слова произносит Святой Суверен Ганфэн, всё меняется.

Он – предок семьи Е, проживший больше тысячи лет, истинный глава клана.

В делах других он, возможно, не имел решающего голоса, но раз Е Цинтянь принадлежал к его семье, у него было полное право на подобные заявления.

— Дерзость! — Великий Святой Тысячи Перьев мгновенно вскипел. Его лицо посуровело, и волна пугающей мощи великого святого вырвалась наружу. Ледяным тоном он произнес:

— Святой Суверен Ганфэн, здесь секта Небесного Дао, так что оставь свои семейные замашки. Законы секты превыше родовых правил. Тебе не решать, кто здесь Е Цинтянь, а кто нет. А ну прочь отсюда, не то я сам тебя вышвырну!

Присутствующие затаили дыхание. Гнев Великого Святого Тысячи Перьев был поистине сокрушительным, в нем чувствовалась жажда убийства. Редко когда можно было увидеть мастера такого ранга в подобной ярости.

Святой Суверен Ганфэн, получив такой отпор на глазах у всех, позеленел от злости. Его старческое лицо исказилось от гнева, глаза едва не вылезали из орбит – он был готов задохнуться от возмущения.

«Этот наглец!»

Если судить по старшинству, то Е Тяньюй приходился ему едва ли не внуком. Всю жизнь заведено, чтобы младшие почитали старших, а тут внук отчитывает деда.

Как же это бесило!

Слушайся Е Тяньюй его в свое время, и сейчас семья Е не была бы под пятой у клана Ван.

Старые обиды смешались с новыми, и взгляд Святого Суверена Ганфэна наполнился энергией обиды. Он был готов взорваться на месте.

Однако, встретившись с глазами Е Тяньюя, он всё же почувствовал опасение – тот был противником не его уровня.

Ни в статусе, ни в силе он не мог с ним тягаться.

— Ну, нельзя же так сразу, — в этот момент вмешался хозяин дворца Небесного Инь. С приторной улыбкой он продолжил:

— Раз уж Святой Суверен Ганфэн заговорил, пусть доскажет до конца.

Не обращая внимания на тяжелый взгляд Великого Святого Тысячи Перьев, он добавил:

— Наверняка у него есть веские основания для таких слов, верно?

Стоявшие поодаль Святая Меча Тяньсюань, великий святой Цзинчэнь и великий святой Лунъюнь обменялись взглядами. В этот миг никто из них не знал, как лучше парировать этот выпад.

Великий Святой Тысячи Перьев всего лишь хотел дать Линь Юню шанс попробовать призвать Меч Императора Людей.

Но сам того не желая, он вытолкнул юношу на самый край пропасти, и теперь пути назад не было.

Святой Суверен Ганфэн холодно усмехнулся:

— Мои слова не пустой звук. Е Тяньюй, если твоя совесть чиста, дай мне устроить ему очную ставку!

Вокруг поднялся гул. Это внезапное обвинение повергло всех в глубочайшее потрясение.

Будь это обычный день, дело можно было бы замять, но сейчас здесь присутствовало множество гостей из других Святых Земель, и для Великого Святого Тысячи Перьев ситуация стала крайне щекотливой.

— Если Е Цинтянь действительно окажется молодым господином Цзанхуа, это будет просто невероятно.

— Вообще-то, такая вероятность есть. В мире не так много гениев меча. Е Цинтянь вернулся в секту через год, и это время как раз совпадает с исчезновением молодого господина Цзанхуа.

— Раньше тоже были сомнения, но на них мало кто обращал внимание. Однако слова предка семьи Е имеют вес.

— Пусть устроят проверку. Правда это или ложь – очная ставка покажет.

Кое-кто, впрочем, сомневался:

— Да ну, бред. Молодой господин Цзанхуа и Е Цинтянь – совершенно разные люди. Кроме того, что оба мечники, у них нет ничего общего. Не забывайте, Е Цинтянь – убийца святых дев… Молодой господин Цзанхуа никогда бы так не поступил.

Повсюду слышались шепотки. Таинственный гость в бамбуковой шляпе не удержался от смешка:

— Любопытно, весьма любопытно…

Его спутники в капюшонах с нескрываемым интересом уставились на Линь Юня.

Если этот человек действительно Линь Юнь, значит, Священное Одеяние Небосвода у него.

В свое время Император Меча Юй Цинфэн предупредил мир, чтобы мастера ранга Императора не смели трогать юношу, но он ничего не говорил о святых.

Будь Яогуан на пике сил, никто бы не посмел и взглянуть в сторону его ученика.

Но сейчас Яогуан на пороге смертного часа, он сам едва держится, так как он сможет защитить своего последователя?

Разумеется, всё это имело смысл лишь в том случае, если Е Цинтянь действительно был Линь Юнем.

Тянуть время было нельзя. Глаза Великого Святого Тысячи Перьев похолодели:

— Святой Суверен Ганфэн, устраивай свою проверку. Но предупреждаю: во всем должны быть доказательства. Если ты их не предоставишь, я тебе этого не прощу!

Святой Суверен Ганфэн хмыкнул:

— Угрожаешь мне? Другие, может, и боятся, но не я. Настоящий Е Цинтянь мертв, и этот парень никак не может им быть. Я докажу это прямо сейчас. Е Цинтянь, осмелишься ли ты принести клятву Небесного Дао, что ты – не Линь Юнь?

Клятва Небесного Дао – вещь мистическая и пугающая. Даже самые отпетые злые практики не смели бросаться такими словами на ветер.

Небесное Дао отнюдь не было чем-то призрачным или воображаемым!

Слова Святого Суверена Ганфэна заставили многих засомневаться. В самом деле, если ты не Линь Юнь, то просто поклянись. Такую клятву может дать каждый из присутствующих.

Линь Юнь посмотрел на Святого Суверена Ганфэна и спокойно ответил:

— Без проблем. Но прежде чем я поклянусь, ты сам принеси клятву Небесного Дао.

Он держался непринужденно и уверенно:

— Странное дело – я стою перед тобой живой и здоровый, а ты меня в покойники записал. Раз ты так уверен, то поклянись Небесным Дао, что Е Цинтянь действительно мертв. А если окажется, что он жив, пусть тебя постигнет небесная кара и ты никогда не сможешь достичь ранга великого святого.

Видя непоколебимое спокойствие Линь Юня, многие начали сомневаться в обвинениях. Будь он Линь Юнем, вряд ли бы смог так искусно играть роль и сохранять хладнокровие.

Его слова звучали логично: никто не станет просто так клясться Небесным Дао, ведь это выказывает неуважение к высшим силам.

— Я… — Святой Суверен Ганфэн, глядя на уверенного юношу, внезапно замялся.

Заставить Линь Юня клясться ему ничего не стоило, но когда дело коснулось его самого, он мгновенно струсил.

Риск был слишком велик. Даже имея один шанс из тысячи, он не мог так рисковать – он не был на сто процентов уверен, что настоящий Е Цинтянь мертв.

— Боишься? — Усмехнулся Линь Юнь.

Святой Суверен Ганфэн невольно глянул на хозяина дворца Небесного Инь. Он был в замешательстве: клятва Небесного Дао была слишком опасным инструментом.

Его годы были сочтены, и если он не прорвется к рангу великого святого в ближайшее столетие, то просто умрет от старости.

Линь Юнь точно ударил в его слабое место, зная, что старик спасует.

Хозяин дворца Небесного Инь едва заметно кивнул, подавая знак соглашаться, и Святой Суверен Ганфэн позеленел.

Весть о том, что Е Цинтянь – это Линь Юнь, принес ему Чжао Тяньюй, он же и посоветовал уловку с клятвой.

Но кто же знал, что Линь Юнь не только согласится, но и нанесет ответный удар.

Видя нерешительность Святого Суверена Ганфэна, и гости, и ученики начали подозревать неладное.

Старик, чье лицо то бледнело, то краснело, процедил:

— Возможно, Е Цинтянь и не умер, но ты…

Линь Юнь холодно рассмеялся, перебивая его:

— Я стою прямо перед тобой, так что Е Цинтянь определенно жив. Старый хрыч… ты просто мне завидуешь.

— Ты!

Обращение «старый хрыч» привело Святого Суверена Ганфэна в ярость. Он тут же выкрикнул:

— Наглость! Раз ты утверждаешь, что ты – Е Цинтянь, то отвечай: кто твоя мать, кто отец, как звали деда… Отвечай!

Линь Юнь лишь улыбнулся. Помолчав мгновение, он начал отвечать.

Сведения, данные старшим братом, он заучил назубок. Ответы лились плавно и уверенно, без единой заминки.

Те, кто сомневался в нем, были поражены. Этот парень совершенно не походил на притворщика.

Лишь немногие посвященные в тайну смогли наконец перевести дух.

Цзи Цзыси удивленно захлопала ресницами. В ее прекрасных глазах читался восторг: «Ну и выдержка у него!»

Он выдержал такое колоссальное давление, в то время как Святой Суверен Ганфэн сорвался от одного грубого слова.

Безупречные ответы Линь Юня заставили старика занервничать, его лицо становилось всё мрачнее.

Даже святые старейшины секты Небесного Дао начали перешептываться, бросая на предка семьи Е недоверчивые взгляды.

— Он – Е Цинтянь, и я сам это докажу. Стоит мне ударить, и я заставлю его явить истинный облик, — выведенный из себя, выкрикнул Святой Суверен Ганфэн.

— Только попробуй! — Великий святый Лунъюнь пришел в ярость. — Если ты тронешь хоть волосок на голове моего ученика, я вырежу всю твою семейку до последнего щенка!

Ого!

Все ахнули. Угроза великого святого Лунъюня заставила многих побледнеть.

В то же время великий святый Цзинчэнь и Святая Меча Тяньсюань молча уставились на него. Святой Суверен Ганфэн почувствовал, как по спине пробежал холодок – давление было невыносимым.

Гости из других Святых Земель тоже были поражены.

«Надо же, этот Е Цинтянь просто невероятен – столько великих святых секты горой стоят за него!»

Даже если бы он действительно был Линь Юнем, с такой поддержкой за спиной любому пришлось бы трижды подумать, прежде чем нападать.

Святой Суверен Ганфэн понял, что сболтнул лишнего, но продолжал упорствовать:

— Мне самому нападать не с руки, но ты, Чаньфэн, выходи!

— Чаньфэн выйдет, и за десять ходов он выбьет из него всю дурь и заставит показать истинное лицо.

Чаньфэн был полусвятым семьи Е. Он уже перешагнул стадию Священного Огня и находился на втором этапе стадии Небесного Истока, успешно закалив свою святую душу.

Вжих!

Полусвятой Чаньфэн вышел вперед. Е Тяньюй нахмурился и уже собирался запретить поединок.

— Пусть выходит, я не боюсь.

Линь Юнь посмотрел на Великого Святого Тысячи Перьев и слегка кивнул.

Чтобы пройти сегодняшнее испытание, ему придется показать нечто большее, иначе эти придирки никогда не закончатся.

— Ты сам напросился! Чаньфэн, в бой! — Обрадовался Святой Суверен Ганфэн.

Гости из других Святых Земель смотрели на происходящее с недоумением и тревогой.

Чаньфэн был опытным полусвятым стадии Небесного Истока на втором этапе. С его силой даже мастер на пике стадии Пурпурного Истока не продержался бы и трех ходов.

Каким бы талантливым ни был Е Цинтянь, он всего лишь на стадии Большого Успеха Пурпурного Истока. Как он сможет противостоять такому противнику?

Чаньфэн стремительно переместился на платформу и медленно пошел вперед.

Он был спокоен, его шаги были размеренными. С каждым шагом за его спиной поднимался слой небесного свода, и вскоре их стало тридцать шесть.

В миг, когда они слились, в центре вспыхнул древний символ огня. Одним лишь уровнем своего священного огня он уже намного превосходил недавнего Ван Цзая.

Грохот!

Когда он остановился, за его спиной развернулся свиток звездного облика. На картине из земли выросла огненная гора, на вершине которой неистово ревел дракон под вспышки молний.

Еще до начала схватки полусвятой Чаньфэн явил свою пугающую мощь, накопленную за две сотни лет развития.

Он уставился на Линь Юня и произнес:

— Учитывая мой возраст, нападать на тебя не совсем честно. Даю себе три хода. Если за три хода я не заставлю тебя показать истинный облик – считай, что я проиграл.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759813