Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2054: «Не пройти!»

Путь Истинного Дракона, трон лидера рейтинга.

Цао Ян восседал на нем уже довольно долго. Устроившись поудобнее, он взирал на окрестности свысока, и с каждым вдохом его тело наполнялось могучей энергией Божественного Дракона. Выгода была неоценима.

Вид отсюда открывался великолепный. Цао Ян наслаждался моментом, прикрыв глаза, а на губах его играла довольная ухмылка.

Но сейчас ему стало не до улыбок.

— Проваливай! — Раздался яростный рык.

Му Цяньцзюэ пробил барьер Пути Истинного Дракона и властно снизошел на землю.

Стоило ему лишь слегка взмахнуть Священными Крыльями Света и Тьмы, как многие практики ощутили колоссальное давление. В их глазах застыл нескрываемый ужас.

Е Цзылин, занимавшая место Когтя Дракона, не стала исключением. Она подняла голову: Му Цяньцзюэ застыл в воздухе, а за его спиной черно-белые крылья источали пугающую святую мощь. Он походил на грозное божество, чей свет слепил глаза, не позволяя смотреть прямо на него.

Лицо Цао Яна то бледнело, то багровело. Он еще даже сиденье не успел согреть, а кто-то уже пришел пожинать плоды его трудов. Это привело его в бешенство.

«Сказал уйти – и я должен уйти?»

«Всего лишь побитый пес… Ну и что, что лидер Небесного Пути? Что мне твои крылья?»

«Мое Золотое Тело Древнего Будды еще может побороться!»

Взгляд Цао Яна стал ледяным, в глазах вспыхнуло пламя битвы, а аура начала стремительно расти.

Шух!

Он взмыл в небо. В тот миг, когда Му Цяньцзюэ начал спускаться и их взгляды встретились, Цао Ян нанес удар!

Накрыв левый кулак правой ладонью, Цао Ян сложил руки в вежливом приветствии и с улыбкой произнес:

— Приветствую лидера Небесного Пути!

Не дожидаясь, пока Му Цяньцзюэ нападет, Цао Ян сам уступил трон. На его лице сияла почтительная улыбка, а весь вид выражал глубочайшее смирение.

В глазах Му Цяньцзюэ промелькнуло недоумение – этот парень вел себя странно – но он не придал этому значения.

Его взор обратился к трону Истинного Дракона, и в нем отразилось легкое разочарование.

Путь Истинного Дракона в их глазах был лишь местом для сброда, «разношерстных драконов». Быть здесь первым – не честь, а скорее позор.

Му Цяньцзюэ тяжело вздохнул с горькой миной:

— Будь у нас выбор, вряд ли кто-то захотел бы стать так называемым лидером Истинных Драконов. Всего лишь кучка мусора.

Но, к сожалению, выбора не было.

Покинув Путь Пурпурного Дракона, он мог либо отправиться на другие пути Божественных Драконов, либо сразу на главный путь Дракона, но ни один из вариантов не сулил ничего хорошего.

Только на Пути Истинного Дракона было поспокойнее. Теперь он мог лишь надеяться на реванш в следующем раунде борьбы за первенство.

Люди за пределами Драконьей горы были потрясены. Повсюду слышались изумленные возгласы.

Сам лидер Небесного Пути выбрал Путь Истинного Дракона. Похоже, миф о его непобедимости действительно развеялся.

— Похоже, ты не очень-то доволен? — Му Цяньцзюэ посмотрел на Цао Яна с издевкой. Не дожидаясь ответа, он протянул руку и мертвой хваткой вцепился в запястье противника.

Хрусть!

Кости в запястье Цао Яна тут же превратились в крошево. Его лицо исказилось от невыносимой боли, но он изо всех сил старался сохранить улыбку. — Господин Цяньцзюэ шутит… У меня и в мыслях ничего такого не было, — пролепетал он.

Му Цяньцзюэ с высокомерным холодом ответил:

— Можешь не притворяться. Только что в твоих глазах я видел жажду битвы, презрение и гнев. Для тебя я – всего лишь побитый пес, верно?

Вынужденный уход с Пути Пурпурного Дракона слегка надломил психику Му Цяньцзюэ, сделав его характер мрачным и жестоким.

Цао Ян испустил душераздирающий крик. Му Цяньцзюэ медленно истязал его, заставляя корчиться в муках, которым тот не мог противостоять.

— Больно… больно! — Не умолкал Цао Ян.

— Проваливай с глаз моих. На такой мусор, как ты, я в обычное время даже не взглянул бы.

Му Цяньцзюэ был безжалостен. Резким движением он вывернул и окончательно сломал ему руку.

Хваленое Золотое Тело Древнего Будды перед его Великим Божественным искусством Отсутствия Лика оказалось пустышкой.

Плеск!

Цао Ян обливался холодным потом от боли, но не смел и слова сказать против. Ему оставалось лишь смотреть, как враг направляется к трону Истинного Дракона.

Остальные на Пути Истинного Дракона оцепенели от ужаса. Перед лидером Небесного Пути они казались жалкими и слабыми.

Когда Канон Лазурного Дракона явился в мир, было сказано, что это битва лучших гениев, но в итоге истинное величие и непобедимость демонстрировали лишь единицы.

Все остальные были лишь ступенями для их восхождения. Это осознание вгоняло в уныние. Глядя на Му Цяньцзюэ, люди чувствовали лишь бессилие и втайне проклинали его.

— Кто позволил тебе ступить на эту Драконью гору?

В тот миг, когда Му Цяньцзюэ уже готов был взойти на трон, раздался ледяной голос, и вспышка меча вдребезги разнесла сияющую завесу Пути Истинного Дракона.

Линь Юнь прорвался сюда с Пути Пурпурного Дракона. Гений меча из секты Небесного Дао вновь явился на Путь Истинного Дракона.

Свист!

Клинок света, пробивший преграду, не замедлился. Словно сияющее лезвие, он молнией метнулся к Му Цяньцзюэ.

Бам!

Му Цяньцзюэ взмахом руки разбил энергию меча, но инерция заставила его отступить на несколько шагов. Подняв глаза, он увидел перед троном молодого мечника, чей холодный взгляд был устремлен прямо на него.

— Е Цинтянь! — Выдохнул Му Цяньцзюэ. Его губы дрогнули, он не мог скрыть своего потрясения.

— Ты переходишь все границы! — Взревел он мгновением позже. Его глаза налились яростью, а Священные Крылья Света и Тьмы вспыхнули пугающим светом.

Мир вокруг словно превратился в свиток, написанный тушью: остались лишь черный и белый цвета.

Шух!

Му Цяньцзюэ больше не мог терпеть. Если он сбежит и на этот раз, на другой путь Божественного Дракона, над ним будет смеяться весь свет.

Его крылья мелко задрожали, а затем мощно хлопнули. Поднялся шквал, внося хаос в мироздание, словно кто-то плеснул тушью на холст.

Линь Юнь оставался невозмутим. Его Сердце Меча Лазурного Дракона расцвело, разливая серебристое сияние, добавив в этот черно-белый мир еще один цвет.

Му Цяньцзюэ, используя мощь Великого Дао, применил ладонь Сокрушения Звезд Отсутствия Лика и бросился в ближний бой.

На Линь Юня обрушился ливень ударов. С каждым движением ладони Му Цяньцзюэ возникали призрачные тени ужасных зверей, которые ревели, также окрашенные в черно-белые тона туши.

Весь мир был залит этими красками. Черный и белый свет перетекали друг в друга, казалось, всё сущее было во власти Му Цяньцзюэ. Всё, кроме Линь Юня. Кроме реки, несущей в себе мириады звезд. Кроме восходящей ясной луны. Кроме Светлячка, танцующего на лезвии Погребения Цветов. Кроме Сердца Меча, вторящего реву Лазурного Дракона.

«Кто на берегу впервые увидел луну? В каком году луна впервые озарила человека?»

Всё течет, всё меняется, лишь луна вечна, и лишь реки бесконечны.

Меч Линь Юня порхал в воздухе. Он не сдвинулся ни на шаг от трона. Каждое проявление зверя, воплощенное в ударе ладони, стоило ему лишь коснуться его клинком, лопалось, как мыльный пузырь.

С каждой пробитой брешью в этот нарисованный мир возвращались краски. Это была острота Линь Юня, это был цвет Погребения Цветов.

Спустя десять разменов Линь Юнь одним движением пронзил все оставшиеся отпечатки ладоней. Вскинув голову, он направил Погребение Цветов прямо в небо.

Кхек!

Уголок рта Му Цяньцзюэ окрасился кровью. Его отбросило назад мощным импульсом, и он едва устоял на ногах лишь после третьего шага.

Черно-белые тона исчезли. Перед троном сияние меча Линь Юня казалось вечным, а в его глазах вспыхнула решимость, взирающая на мир свысока.

— Ну и что с того, что я давлю на тебя? — Ледяным тоном произнес Линь Юнь. — Только потому, что ты лидер Небесного Пути? Значит, тебе можно обижать других, а другим тебя – нет?

— Лидер Небесного Пути, который так низко пал, что пришел на Путь Истинного Дракона… У тебя совесть вообще есть?!

Суровые слова Линь Юня, хлесткие, как удары плети, принесли несказанное удовольствие многим гениям на Пути Истинного Дракона.

— Сказано в точку! — Закричал Цао Ян, едва успев вправить сломанную руку. Но от резкого движения рана отозвалась болью, и его лицо тут же перекосило.

— Я бы посоветовала тебе поменьше болтать, — Е Цзылин закатила глаза. Используя энергию льда, она помогала ему соединить кости и постепенно запечатывала рану.

Цао Ян хохотнул:

— Пустяки, не больно! Видеть, как Е Цинтянь отделывает этого пса – одно удовольствие!

Другие таланты на Пути Истинного Дракона тоже ликовали.

Этот тип явился и сразу начал нести чушь про «сброд», строя из себя невесть что и выказывая брезгливость, но при этом сам бесстыдно пытался усесться на трон.

Сброд? Даже у тех, кого называют сбродом, есть гордость. Никто не рождается мусором, тем более это Путь Истинного Дракона, а не каких-то там отбросов.

У каждого есть характер!

Видя, как Му Цяньцзюэ отступил, сплевывая кровь, всё недовольство и негодование в сердцах практиков вырвалось наружу.

— Му Цяньцзюэ, вон с Пути Истинного Дракона!

— Му Цяньцзюэ, вон отсюда!

— Проваливай!

Они кричали, полные ненависти. Их голоса, подобные грому, разносились далеко за пределы Драконьей горы, заставляя наблюдателей содрогаться.

— Боги мои, отношение толпы резко изменилось?

— Бедный Му Цяньцзюэ, даже на Пути Истинного Дракона его теперь презирают.

— Будь я на их месте, мне бы тоже это не понравилось. Явился как побитый пес, Цао Ян его с улыбкой встретил, а он в ответ унизил его и руку сломал. Чего он возомнил о себе?

— Вот именно. Ну и что, что лидер Небесного Пути? Миф давно пора развеять.

Люди наперебой обсуждали случившееся, и почти никто не принимал сторону Му Цяньцзюэ. Те же, кто недолюбливал Е Цинтяня, видя такое, не смели и слова вставить, лишь робко помалкивали.

На Пути Пурпурного Дракона те, кто стоял у Главы Дракона, тоже были немало удивлены этой сценой.

— Госпожа Ань, прошу вас, присаживайтесь. Занимайте трон Пурпурного Дракона, — с мягкой улыбкой произнес молодой господин Люшан, переводя взгляд на Ань Люянь.

— А? — Ань Люянь занервничала, не понимая, что происходит. Она не была близко знакома ни с Люшаном, ни с Бай Лисюанем.

Она догадывалась, что это может быть связано с молодым господином, но всё же ситуация казалась странной.

— Госпожа Ань, не беспокойтесь. Мы исполняем волю принцессы и просим вас занять трон, — вежливо добавил Бай Лисюань.

Люшан тоже усмехнулся:

— Всё в порядке. Все шишки полетят в Е Цинтяня, ведь он на глазах у всего мира объявил, что вы – его женщина, и он добудет для вас трон Божественного Дракона. Чего же тут бояться?

«Девятая принцесса!»

Ань Люянь разволновалась еще сильнее:

— Нет, я… это не так, я не…

— Да бросьте, — рассмеялся Люшан. — Если что случится, ваш молодой господин разберется. Страшиться нечего.

Ань Люянь, пребывая в смятении и полной беспомощности, в итоге заняла трон на Пути Пурпурного Дракона.

Люшан и Бай Лисюань встали по бокам от неё, словно стражи, не позволяя никому приближаться.

А на Пути Истинного Дракона под несмолкаемые крики толпы битва продолжалась.

Му Цяньцзюэ никак не мог оттеснить Линь Юня. Его черно-белый мир туши снова был разрушен. Он сплевывал кровь, и его лицо заметно побледнело.

— Му Цяньцзюэ, вон с Пути Истинного Дракона!

Он давно слышал эти крики. В обычное время он бы и внимания на них не обратил – одного взгляда хватило бы, чтобы заставить эту толпу замолчать.

Но сейчас его лицо выглядело ужасно, а в глубине души клокотала невыносимая обида.

Он – великий лидер Небесного Пути! Когда это он терпел подобные унижения?

— Ха-ха, как смешно. Какая-то кучка мусора смеет так орать, — горько усмехнулся Му Цяньцзюэ.

Линь Юнь спокойно ответил:

— Даже самое ничтожное существо имеет право бросить вызов небесам. Легендарный Небесный Дракон когда-то тоже вышел из таких, как ты говоришь, «разношерстных». Мы можем быть гордыми, но издеваться над слабыми и унижать тех, кто ниже нас – в этом нет никакой нужды.

Лицо Му Цяньцзюэ исказилось. — Муравьи остаются муравьями, не о чем тут говорить, — холодно отрезал он. — Спрошу лишь одно: ты в меня вцепился?

Линь Юнь парировал:

— А разве лидер Небесного Пути не из таких же муравьев проложил себе путь наверх? И еще: мне недосуг за тобой следить, но раз уж ты пришел на Путь Истинного Дракона и возжелал этот трон – я не позволю!

— Что ж, тогда я сделаю тебе одолжение!

С этими словами Му Цяньцзюэ взмахнул черно-белыми крыльями и взмыл в небо, собираясь покинуть это место.

Он по-прежнему вел себя властно и высокомерно, не признавая поражения. В его глазах читалась ярая обида. Находясь уже в воздухе, он бросил на Линь Юня ледяной взгляд.

«Погоди у меня!»

Му Цяньцзюэ сжал кулаки. В его сердце кипела бесконечная ненависть. Этот позор он смоет кровью, рано или поздно.

— Хех.

Линь Юнь заметил его злобный оскал, но лишь усмехнулся, не придав значения.

Он приземлился рядом с Цао Яном. — Ты как?

В конце концов, это он забросил Цао Яна на трон, и если бы с тем что-то случилось, Линь Юнь чувствовал бы вину.

— Да пустяки, всего лишь побитый пес. Что он мне сделает? Я просто не успел активировать Золотое Тело, вот он и подловил меня, — беспечно отозвался Цао Ян.

— Золотое Тело Древнего Будды? — С иронией переспросил Линь Юнь.

— Само собой, — гордо подтвердил Цао Ян.

Линь Юнь улыбнулся:

— Раз всё в порядке, то трон Истинного Дракона больше подходит тебе.

Цао Ян аж подпрыгнул:

— Нет-нет-нет! Я не справлюсь! Пусть госпожа Е садится. Если она займет трон, все будут только за.

Е Цзылин, внезапно оказавшаяся в центре внимания, на мгновение оторопела.

— Точно! Лидером Пути Истинного Дракона должна быть госпожа Е! Мы против не будем.

— Верно, молодой господин Цинтянь, пусть госпожа Е занимает трон. Она дочь Цзянь Цзинтяня, обладает Телом Меча Божественного Дракона, её потенциал безграничен. Лучшей кандидатуры не найти.

— Да! А если кто посмеет оспорить – мы все за неё костьми ляжем!

Другие таланты на Пути Истинного Дракона, услышав слова Цао Яна, тут же начали наперебой его поддерживать.

Линь Юнь, видя такую картину, лишь удивленно приподнял брови.

Они говорили искренне, от чистого сердца.

И дело было не только в том, что Е Цинтянь был силен и заслуживал уважения. Его слова задели их за живое.

Лидер Небесного Пути тоже когда-то был муравьем!

Даже самое ничтожное создание имеет право бросить вызов небесам. В Эпоху Божественного Дракона так и должно быть: не ища долголетия, лишь следуя за мечтой.

Одним словом – уважение!

Цао Ян ухмыльнулся:

— Я же говорил. Госпожа Е, не отказывайтесь. Я на этот трон больше ни за какие коврижки не сяду.

Е Цзылин не знала, смеяться ей или плакать. Она растерянно моргнула и посмотрела на Линь Юня.

Тот лишь беспомощно развел руками, но, подумав, решил, что это не самый плохой вариант.

— О, глядите, этот парень, кажется, кругаля дал и попер на Путь Лазурного Дракона, — внезапно заметил Цао Ян.

Линь Юнь быстро проследил за его взглядом. Му Цяньцзюэ действительно с силой пробил барьер Пути Лазурного Дракона и устремился к Голове Дракона.

Линь Юнь резко переменился в лице и выругался:

— Вот же ж гаденыш! Что ж он мне вечно проходу не дает!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759774