Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1795: «Я владею мечом!!»

Глава 1795.

— Сегодня тебя никто не спасет!

Яростный возглас Линь Юня пронесся над пристанью, заставляя барабанные перепонки присутствующих болезненно вибрировать. Никто и помыслить не мог, что он сумеет совершить прорыв прямо в разгар боя: достичь пика совершенства заставы Жизни и ранить практика седьмой ступени стадии Смерти.

— Щенок, не смей бесчинствовать! — Выкрикнул полусвятой клана Лю.

Стоило Линь Юню рвануться вперед, чтобы нанести смертельный удар, как этот старец, давно не спускавший с него глаз, молнией бросился на перехват.

— Твой противник – я, — преградил ему путь Гу Цзюнь.

Он следил за каждым движением врага и оказался перед ним прежде, чем тот успел сделать и пару шагов.

Раздался глухой удар. Два полусвятых столкнулись ладонями. Послышался сухой треск, и под их ногами поверхность земли мгновенно покрылась бесчисленной сетью трещин. Семь или восемь глубоких разломов прорезали территорию огромного причала, продолжая стремительно расползаться во все стороны.

Полусвятой клана Лю попятился, тяжело топая ногами, в то время как Гу Цзюнь замер в воздухе. Его старое лицо дышало суровым холодом.

Ань Люянь, заметив это, быстро приняла решение. В ее глазах промелькнул странный блеск.

— Остановите того полусвятого! — Скомандовала она.

Девушка на ходу сменила план: если задержать этого сильного противника, то молодому господину ничто не будет угрожать. Это был риск – их с Мэй Цзыхуа сил едва ли хватало для прямого вмешательства в схватку полусвятых. Но разве сейчас было время для сомнений? Стоит врагу найти хоть малейшую лазейку, и он в мгновение ока тяжело ранит Линь Юня.

— Защитить молодого господина! — Взревел старец в сером, возглавлявший семерку оставшихся мастеров поздней стадии Смерти. Он сам находился на пике этой стадии.

— Печать Небесного Мрака! — Выкрикнул он, нанося удар ладонью издалека.

Огромный оттиск печати, окутанный плотной энергией Смерти, разросся до десяти чжанов в ширину и с воем устремился к цели. Под прикрытием этой техники девять человек бросились в атаку, намереваясь окружить Линь Юня и не дать ему ни единого шанса вновь добраться до Лю Чэня.

Линь Юнь лишь мельком глянул в их сторону. Не удостаивая врагов особым вниманием, он резко взмахнул левым рукавом. Восемнадцать тысяч пурпурно-золотых драконьих узоров, усиленных волей Лазурного Дракона шестого ранга, превратились в свирепое воплощение древнего зверя и с грохотом врезались в черную печать, сминая ее в пыль.

— Какая мощная воля Лазурного Дракона! — Послышались изумленные возгласы. Многие вздрогнули от увиденного.

Всем было известно, что Линь Юнь принадлежит к линии Лазурного Дракона, и его воля всегда была грозным оружием, но то, что она достигла шестого ранга в столь юном возрасте, казалось чем-то невероятным.

Линь Юню было не до чужих взглядов. Как только дракон развеял печать, семеро практиков стадии Смерти уже оказались прямо перед ним.

— Хватка Лазурного Дракона! — Линь Юнь резко развернулся. Небеса огласил драконий клич, грозовые тучи над головой забурлили, и из них высунулась исполинская когтистая лапа.

Линь Юнь сделал давящее движение рукой, и драконья лапа с грохотом обрушилась вниз. Воздух вокруг разрывался от неистового рева. Семерку нападающих вместе со старцем в сером прижало к земле и погнало назад. Они раскрыли свои звездные облики, высвобождая потоки драконьей эссенции, но тяжесть небесного удара была непомерной. В конце концов, под взглядами сотен свидетелей, энергия сдетонировала.

Семь фигур рухнули на землю, харкая кровью. Никто не ожидал, что Линь Юнь в одиночку сумеет отбросить столько сильных противников.

Больше никто не преграждал ему путь. Одним рывком он оказался перед ошеломленным Лю Чэнем. Тот уже успел проглотить святую пилюлю, и по его телу разливалось мягкое святое сияние, быстро заживляя раны.

— Проклятье, этот мелкий ублюдок слишком быстр! — Выругался Лю Чэнь и попытался ускользнуть.

Несколько разменов спустя он продолжал уворачиваться, а в его глазах вспыхивала ядовитая злоба. Понимая, что бежать некуда, Лю Чэнь решился. Внезапно прервав отступление, он извернулся и нанес коварный удар прямо в грудь Линь Юня.

Удар практика пика седьмой ступени стадии Смерти был бы крайне болезненным даже для мастера пика стадии Жизни. Однако на Линь Юне был Доспех Десяти Тысяч Чешуек.

У Лю Чэня дернулся уголок рта. Казалось, он ударил по железной горе, отлитой из металла. Линь Юнь даже не шелохнулся, оставаясь незыблемым, в то время как кулак нападавшего отозвался острой болью.

— Доспех Десяти Тысяч Чешуек! — Прошипел Лю Чэнь сквозь зубы. Это священное оружие его клана теперь защищало врага.

Не дав ему отступить, Линь Юнь ответил мощным ударом кулака. Лю Чэнь, брызнув кровью, отлетел назад и повалился на одно колено. Он прижал одну руку к груди, другой уперся в землю, а его лицо стало мертвенно-бледным. Подняв глаза, он увидел, что Линь Юнь уже сжимает в левой руке меч Погребения Цветов, все еще покоящийся в ножнах.

Меч… Он собирается убивать.

Охваченный ужасом, Лю Чэнь истошно закричал:

— Чжугэ Цинъюнь, спаси меня!

Чжугэ Цинъюнь давно заметил неладное, но он был занят, сдерживая полусвятых пяти Великих Святых Земель, и не мог отвлечься. Теперь же, бросив быстрый взгляд на поле боя, он опешил. Неужели Лю Чэнь проиграл так быстро?

— Чжугэ Цинъюнь, тебе лучше остаться здесь! — Воскликнул полусвятой с горы Божественного Феникса, преграждая ему путь.

— Ищешь смерти! — Взревел Чжугэ Цинъюнь. В его глазах вспыхнули диски Солнца и Луны, а аура полусвятого взметнулась до небес. Одним движением он отшвырнул противника. Над его головой сошлись два небесных свода, под которыми воссияли вместе Солнце и Луна.

Трещины на земле поползли с новой силой, заставляя весь причал содрогаться. Однако Чжугэ Цинъюнь все еще не мог вырваться: едва один противник отступил, четверо других полусвятых атаковали его одновременно.

Началась яростная схватка шести полусвятых. Если прибавить к ним Гу Цзюня и полусвятого Лю, то на пристани развернулась битва восьми могущественных мастеров. В отсутствие истинных Святых полусвятые были высшей силой Куньлуня. Никто не ожидал, что один Линь Сяо спровоцирует столь масштабное побоище.

Многие вольные практики и ученики святых земель, почуяв неладное, поспешили ретироваться. Картина на причале была трагичной и хаотичной.

— Это просто безумие! — Шептались в толпе. — Полусвятые… В обычное время их и одного не встретишь, а сегодня здесь бьются сразу восемь!

— Смотрите, Линь Сяо делает ход!

Линь Юнь ледяным взором смотрел на Лю Чэня. Его правая рука внезапно дернулась, щелкнув пальцами.

Раздался звон. Погребение Цветов вылетело из ножен и под прикрытием намерения меча Небесного Свода прочертило в воздухе яркую полосу, устремляясь к Лю Чэню. Тот хотел уклониться, но меч, окутанный стадией Большого Успеха намерения меча, двигался слишком быстро. Перед глазами Лю Чэня была не просто сталь, а необъятная, сокрушительная мощь, от которой не было спасенья.

Острие меча коснулось лба Лю Чэня, но вместо фонтана крови посыпались снопы искр. Линь Юнь нахмурился. Присмотревшись, он увидел на лбу противника проступившую святую печать. В следующий момент прогремел взрыв чуждой, святой мощи, который отбросил Погребение Цветов прочь.

Лю Чэнь, бледный как полотно, едва стоял на ногах, но остался невредим. «Метка, оставленная святым Лю?», – пронеслось в голове Линь Юня.

— Не убил? — Лю Чэнь коснулся лба, и на его лице проступила издевательская усмешка. — Какая неожиданность. А я уж было подумал, что мне конец.

Это была защитная святая печать, дарованная ему отцом. Сила ее была велика, Лю Чэнь не мог ею управлять – она проявлялась лишь в момент смертельной угрозы.

— Это печать истинной жизни святого лорда! — Заговорили в толпе. — Глава клана Лю не поскупился. На восстановление такой метки уйдет не меньше десяти лет.

— После смерти господина Фэнъюаня у святого Лю не было выбора. Если он не хочет потерять и второго сына, приходится платить такую цену.

— Линь Сяо теперь придется несладко.

Линь Юнь коротким движением кисти заставил Погребение Цветов нанести восемнадцать стремительных ударов по жизненно важным точкам Лю Чэня. И каждый раз печать отбивала клинок.

Лю Чэнь немного пришел в себя. — Линь Сяо, лучше побереги силы и подумай, как будешь бежать. Убить меня? Тебе это не под силу! — Надменно произнес он.

Как только слова сорвались с его губ, Погребение Цветов вновь ударило его в лоб. Улыбка мгновенно исчезла, сменившись истошным криком боли. Линь Юнь активировал Звездное Сияние меча. Хотя печать не была разрушена, острота золотого сияния проникла сквозь нее. Боль была такой, словно в мозг вонзили тысячи игл. Лицо Лю Чэня исказилось в конвульсиях.

— Еще одно священное оружие Звездного Сияния! — Ахнули зрители.

— Остановите его! — Вопил Лю Чэнь, теряя самообладание. Семерка мастеров стадии Смерти, которых Линь Юнь отбросил ранее, снова бросилась в атаку.

Линь Юнь не обращал на них внимания. Он управлял мечом на расстоянии, и Погребение Цветов замелькало вокруг Лю Чэня, оставляя бесчисленные остаточные изображения. Тот не получал ран, но изнывал от невыносимой боли. Хуже того – под таким градом ударов святая печать начала заметно тускнеть.

— Значит, тебя все-таки можно убить, — негромко произнес Линь Юнь. Он стоял, заложив руки за спину, а затем манящим жестом вернул меч. Как только пальцы сомкнулись на рукояти, он резко развернулся и нанес удар назад.

Словно имея глаза на затылке, он точно встретил лезвие меча старца в сером. Раздался треск. Активированное сияние Погребения Цветов с легкостью перерубило святой меч противника пополам. Перед Погребением Цветов любая сталь была подобна глине.

Старец в сером, обладавший культивацией пика стадии Смерти, на мгновение замер в оцепенении, глядя на обломок в своей руке.

— Это… как же так… — пробормотал он с ужасом.

— Невозможно? — Линь Юнь нанес ответный удар еще быстрее.

В следующий миг изумление старца стало абсолютным: он увидел собственную спину, а затем и затылки шести своих товарищей. Его голова взмыла в воздух. Одной секунды замешательства хватило, чтобы он больше никогда не очнулся.

Оставшиеся шестеро мастеров, увидев летящую голову лидера, в ужасе попятились.

— Несравненная Вспышка Ветра и Грома! — Фигура Линь Юня раздвоилась. Два дугообразных сполоха меча вспороли пространство, создавая хаос. Мощное давление меча буквально затянуло беглецов обратно, в самый центр пересечения двух ударов.

Брызнула кровь. Бесформенные останки тел посыпались с неба. На пристани воцарилась гробовая тишина. Все смотрели на этот кровавый дождь, оцепенев от шока. Настоящие мастера стадии Смерти были сражены всего одним ударом!

На этот раз Линь Юнь не тратил времени на проверку сил. Используя культивацию стадии Жизни, он заставил Погребение Цветов проявить мощь, от которой содрогалось сердце.

Линь Юнь стоял под кровавым дождем, и Лю Чэнь смотрел на него, смертельно побледнев. Жестокость и мастерство этого юноши превзошли все его ожидания. Но это было еще не все!

Намерение меча Линь Юня, и без того пугающее, внезапно взметнулось вверх. Намерение меча Небесного Свода на стадии Пика Совершенства устремилось к облакам. Звук раскалывающихся небес гремел непрерывно, подобно ударам грома. В одно мгновение из тридцати шести слоев небесного свода двадцать три разлетелись вдребезги.

Погребение Цветов в его руке издало дрожащий звон и сорвалось с места, целясь точно в лоб Лю Чэню. Воздух на пути меча взрывался, пространство шло рябью.

— Нет! Нет! Нет! — Лю Чэнь, утратив всякое достоинство, пятился, упираясь руками в землю. Ужас в его сердце достиг предела.

— Линь Сяо!! — Взревел полусвятой клана Лю, сражавшийся с Гу Цзюнем. Его глаза налились кровью.

Чжугэ Цинъюнь, отбивавшийся от пяти противников, тоже замер в оцепенении. В его взгляде появилось странное выражение. «Похож… как же похож…», – прошептал он про себя.

— Прочь с дороги! — Чжугэ Цинъюнь очнулся и издал яростный крик. В его ладонях вспыхнул девятицветный свет, закружились блики Солнца и Луны. Пространство начало искажаться, мир вокруг померк, и лишь в его руках сияние стало нестерпимо ярким.

— Драгоценное Руководство Сокровенных Небес, Инверсия Неба и Земли!

Прежде чем другие полусвятые успели среагировать, он толкнул ладони вперед, и сгусток черной энергии Хаоса взорвался. Девятицветные лучи длиной в тысячи чжанов вырвались наружу. Весь причал содрогнулся, морская вода взметнулась столбами. Казалось, наступил конец света.

Пять полусвятых были отброшены. Их тела покрылись ранами, защитная святая энергия была уничтожена, плоть разорвана, а внутренние органы повреждены. Все смотрели на Чжугэ Цинъюня с нескрываемым ужасом. Таков был сильнейший ученик Тяньсюань-цзы. Пока святые не явились в мир, он был непобедим.

— Лидер списка, ты еще узнаешь старика?! — Чжугэ Цинъюнь резко развернулся и взмыл в воздух. Его не заботили раненые полусвятые или участь Лю Чэня. Он смотрел только на Линь Юня, и в его глазах пылала ледяная жажда убийства.

Линь Юнь стоял на каменной плите, поднятой в воздух взрывной волной. Он не успел полностью уклониться от удара и получил легкие ранения. Первым делом он нашел взглядом Ань Люянь. Увидев, что она и Мэй Цзыхуа находятся под защитой Гу Цзюня, он немного успокоился. Но стоило ему услышать этот крик, как он поднял голову.

Как он мог забыть Чжугэ Цинъюня? Лицо Линь Юня потемнело, взгляд стал холодным. Старший ученик Тяньсюань-цзы… Восемнадцать лет назад от его рук пало бесчисленное множество учеников секты Меча. При их первой встрече у острова Кусюань Линь Юнь едва не погиб.

Теперь, встретившись снова, он многое понял. Господин Фэнъюань так отчаянно искал с ним ссор явно не без участия этого человека. Было ясно, по чьему приказу явился Чжугэ Цинъюнь. Линь Юнь сменил облик, скрывался долгое время, но Тяньсюань-цзы все равно не желал упускать ни единого шанса. «Лучше убить по ошибке, чем отпустить?»

Линь Юнь вскинул голову:

— Не узнаю. Слышал лишь, что некто, зовущийся непобедимым, пока святые спят, проиграл Цзянь Цзинтяню всего за три хода.

Люди вокруг замерли от страха. Насколько же смелым должен быть этот юноша, чтобы прилюдно посыпать солью старые раны Чжугэ Цинъюня!

В глазах того мелькнуло сомнение. Он не был уверен до конца, Линь Юнь ли это. Но мгновение спустя он отбросил мысли: «Какая разница? Просто убью!»

— Перед смертью все храбрецы, — прошипел Чжугэ Цинъюнь. — Мне хватит одного пальца, чтобы прикончить тебя. — Он уже готов был нанести удар, как вдруг его зрачки сузились. Почуяв смертельную опасность, он резко развернулся и нанес удар кулаком.

Погребение Цветов, бесшумно летевшее в спину, столкнулось с его кулаком. Тусклый с виду клинок в момент удара взорвался ослепительным светом. Казалось, мешок, набитый миллионами цзиней намерения меча, лопнул – энергия посыпалась с лезвия, подобно золотому песку.

Погребение Цветов несколько раз отбросило в воздухе, и каждый раз намерение меча расплескивалось по небу. Чжугэ Цинъюнь грубой силой вытряхнул из клинка все заложенное в него намерение меча Небесного Свода. Свидетели застыли в оцепенении, не смея представить, что было бы, попади этот бесшумный удар в цель. Линь Сяо был безумно отважен!

Столкнувшись с Чжугэ Цинъюнем, который одним махом одолел пять полусвятых, Линь Юнь не только не потерял самообладания, но и помыслил о контратаке. У людей мурашки бежали по коже: он хотел убить полусвятого, едва вступив на стадию Жизни!

Линь Юнь слегка приподнял кисть. Его большой палец прижал средний. Рассеянное по небу намерение меча, подобно стаям светлячков, устремилось обратно к Погребению Цветов. Клинок мгновенно стабилизировался.

— И впрямь Пик Совершенства намерения меча Небесного Свода… Разрушается, но не рассеивается. «Я – небо, меч – свод, единство человека и меча»… — прошептал полусвятой Цзян Ян из секты Небесного Дао, лежа на воде. В его взгляде читалось уважение к таланту юноши.

Линь Юнь открыто явил свое Сердце Меча. Энергия неба и земли бурным потоком устремилась к его груди, превращаясь в мощное намерение, заполняющее все тело. Его пальцы были напряжены, точно тетива лука, источая свет.

Словно Линь Юнь натянул небесный лук до состояния полной луны, пронзая взором и небеса, и преисподнюю. Щелчок пальцев – и тетива дрогнула, мир пришел в движение, и меч сорвался в полет! Все произошло в неуловимое мгновение. Чжугэ Цинъюнь едва успел повернуться после первого столкновения, как Погребение Цветов, неся в себе мощь, заставляющую мир трепетать, атаковало вновь.

— Небо Золотого Диска! — Холодно произнес Чжугэ Цинъюнь. За его спиной возник золотой диск, а три небесных свода раскинулись на тысячи миль. Он выставил ладонь навстречу летящему мечу.

Снова громовой удар. Погребение Цветов отлетело, но на этот раз сам Чжугэ Цинъюнь, находясь в воздухе, попятился на несколько шагов, прежде чем обрести равновесие. Из его ладони, точно из родника, заструилась кровь.

Разъяренный Чжугэ Цинъюнь нанес ответный удар. Сокрушительная мощь обрушилась сверху, превращая каменную плиту, на которой стоял Линь Юнь, в пыль. Но самого юноши там уже не было.

Чжугэ Цинъюнь нашел его взглядом: Линь Юнь, широко раскинув руки, поймал Погребение Цветов и, коснувшись поверхности моря, за несколько вдохов удалился на сотню миль.

— Беги! Беги! Думаешь, сможешь сбежать от меня, паршивый пес?! — Чжугэ Цинъюнь почти потерял рассудок от гнева. Он, будучи на вершине сил полусвятого, был ранен юнцом! Он бросился в погоню, и за несколько вспышек сократил расстояние.

Но Линь Юнь внезапно остановился. Когда он обернулся, в его руках уже была фигура человека – это был Лю Чэнь, израненный намерением меча, но все еще живой. Святая печать на его лбу окончательно потухла. Линь Юнь держал его за волосы, приставив меч к горлу.

— О боги! — Ахнули в толпе. Все были поражены до глубины души. Они думали, что Линь Юнь спасается бегством, а он сумел перевернуть ситуацию и захватить Лю Чэня.

— Чжугэ Цинъюнь, если не хочешь, чтобы его голова слетела с плеч, веди себя смирно, — бесстрастно произнес Линь Юнь.

— Старший, спасите меня! — В панике закричал Лю Чэнь.

Чжугэ Цинъюнь замер. Сначала на его лице отразилось замешательство, но затем оно сменилось хищным оскалом. — Линь Сяо, играть со мной в такие игры – верх глупости! — Он даже не посмотрел на Лю Чэня, а резко развернулся и бросился в сторону Ань Люянь и остальных.

Послышался звук рассекаемой плоти. Пока все пребывали в шоке, Линь Юнь одним движением меча снес Лю Чэню голову. Чжугэ Цинъюнь мгновенно вернулся. Увидев голову в руках Линь Юня, он затрясся от ярости, его лицо позеленело.

— Линь Сяо, ты… скотина!! — Чжугэ Цинъюнь почти лишился рассудка. Его лицо исказилось в неописуемой гримасе. Сожаление и досада жгли его изнутри: какое-то ничтожество сначала ранило его, а затем убило Лю Чэня прямо у него на глазах. Никакие слова не могли передать его унижения.

— Линь Сяо, если я не убью тебя сегодня, мне не будет покоя! — Взревел он.

Ответом ему стала голова, летящая прямо в лицо. В порыве ярости Чжугэ Цинъюнь ударом кулака разнес голову Лю Чэня в кровавый туман. У всех присутствующих похолодело внутри – Чжугэ Цинъюнь был доведен до безумия.

Кто бы мог подумать, что события примут такой оборот? Высокомерный Лю Чэнь стал обезглавленным трупом, а великий мастер, ранивший пять полусвятых, оказался в таком положении.

Чжугэ Цинъюнь прорвался сквозь кровавую дымку и, глядя на Линь Юня ледяным взором, понесся по поверхности моря. Линь Юнь не шелохнулся. Он стоял с мечом в руках, спокойно глядя на приближающегося врага. Он позволял жажде убийства и ауре полусвятого давить на него, наблюдая, как сокращается дистанция.

Это было давление пика полусвятого – каждый шаг заставлял мир содрогаться, поднимал тысячи волн и разрывал морскую гладь. Дыхание смерти было совсем близко, но в душе Линь Юня царил странный покой. Это было ничто по сравнению с тем, что он пережил совсем недавно, заглянув за грань жизни.

Десятикратное Драконье бедствие, разрушенное тело, прах надежд – но его воля устояла.

— Какой меч ты хочешь иметь? — Голос Боевого Императора Сокровенного Грома снова зазвучал в его сознании, а его образ возник на краю неба.

— Какой меч я хочу иметь? — Этот вопрос эхом отдавался в душе среди бесконечных мук, превращаясь в одержимую волю, которую не могло стереть время.

Растоптать небеса, пронзить высь!

— Если полусвятой захочет убить тебя, что ты сделаешь? — Снова послышался голос императора.

— У меня есть меч, я просто нанесу удар.

— А если этот меч не вернется?

— Если не вернется – значит, не вернется.

— Линь Юнь, страшно ли тебе?

— Мне не страшно!!

В глазах Линь Юня вспыхнул яркий свет. Навстречу несущемуся Чжугэ Цинъюню он просто выставил меч вперед.

Этот удар – Свет Светлячка!

Мир померк, Солнце и Луна утратили блеск. Под небесами остался лишь Погребение Цветов, сияющий в своем безупречном величии.

Под неверящими взглядами толпы меч молнией пронзил сердце Чжугэ Цинъюня. Это был поразительный удар: с виду незначительный, точно мерцание светлячка, которое легко проглядеть. Но когда он раскрылся, даже полусвятой не смог уклониться.

— Оказывается, свет светлячка и впрямь может затмить светила… Учитель, вы не лгали! — Линь Юнь кашлянул кровью, на его бледном лице проступила чистая улыбка, и он отлетел назад.

Его меч пронзил сердце врага, но и ладонь Чжугэ Цинъюня обрушилась на его грудь. Даже сквозь Доспех Десяти Тысяч Чешуек этот удар вмял ребра Линь Юня, оставляя жуткий отпечаток. Его тело безвольно упало в воду, и вскоре море вокруг окрасилось в алый цвет.

Чжугэ Цинъюнь замер, глядя на Погребение Цветов в своей груди. Меч прошел насквозь, превращая сердце в пыль, а неистовое намерение меча разрушало остальные органы. Линь Юнь был отброшен, но его меч оставался на месте. Храня в себе гордость и упрямство своего хозяина, он продолжал вибрировать, источая бесконечную остроту.

— Я… умираю? — Лицо Чжугэ Цинъюня выражало полное непонимание. С глухим всплеском он рухнул лицом в море.

«Четыре утра, я вымотан до предела, так что делить на главы не стал. Я не специально пишу медленно – это правда трудно, стоит чуть затянуть, и сразу летят обвинения в повторах. Не знаю, то ли вы меня переоцениваете, то ли я сам себя. Завидую тем, кто пишет быстро и хорошо, мне же это дается с трудом. Надеюсь, эта глава вам понравится».

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759495