Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1786: «У каждого своя судьба»

Глава 1786.

В разрушенном тайном измерении Линь Юнь сидел на земле, и аура, исходящая от него, продолжала неуклонно расти. Это состояние длилось целых семь дней, пока бушующее намерение меча и колоссальная драконья эссенция в его теле не пришли в стабильное равновесие.

Линь Юнь открыл глаза и выдохнул облачко мутной энергии. Он медленно поднялся. Внутри него перекатывалась мощь, подобная яростным волнам океана – казалось, в его жилах пробудился истинный дракон древности.

Ощутив этот прилив сил, Линь Юнь глубоко вдохнул и сделал резкий выпад ладонью вперед.

Воздух перед ним, подстегнутый одной лишь физической силой, пришел в движение, словно огромная гора, которую сдвинули с места. Пространство пошло рябью, едва заметно искажаясь. Такая мощь заставляла содрогнуться.

Линь Юнь не смог скрыть потрясения в глазах и тихо пробормотал:

— Хорошо, что и мое намерение меча возросло. А то было бы совсем странно, если бы мечник постоянно засучивал рукава и решал вопросы кулаками…

На середине фразы он осекся и невольно рассмеялся. А ведь в этом есть свое удовольствие, не так ли? Уголки его губ тронула улыбка, а на красивом, овеянном легкой тайной лице появилось выражение безмятежности, словно дуновение весеннего ветерка. Кто сказал, что мечник не может бить кулаком? Если такое правило и есть, то нарушителя можно просто забить до смерти, даже не обнажая клинка.

Сейчас Линь Юнь чувствовал, что его тело подобно божественному зверю, рожденному в Хаосе: любого, кто встанет на пути, можно сокрушить одним ударом. Это было высшее преображение, дарованное Боевым Императором Сокровенного Грома.

В этом пустынном измерении Линь Юнь опробовал различные техники меча и тайные искусства, пока не вымотался окончательно. Каждое движение, каждый смертоносный прием стали в несколько раз мощнее прежнего. Перемены были настолько разительными, что казались сном. Ему потребовалось немало времени, чтобы принять эту новую реальность. Теперь даже без короны он мог бы раздавить Юйвэня Сю или Огненного божественного генерала на пике стадии Жизни.

— Пора заняться Драгоценной цепью Сокровенного Грома, — решил Линь Юнь. Он не спешил уходить: достав каплю сердечной крови старика Гу, он принялся за очищение артефакта. Благодаря крови процесс шел на удивление гладко – всего за время горения половины ароматической палочки цепь была полностью усвоена. Она слилась с его телом, получив возможность свободно перемещаться в крови и костях.

Линь Юнь сосредоточился, и из его ладони вырвались девять цепей, сверкающих грозными молниями. Электрические разряды с треском прорезали воздух. Цепи слушались его малейшего желания, словно продолжение рук – это было куда удобнее, чем носить их на запястье. Настоящее единение с артефактом.

Внезапно ему пришла мысль: девятицветное пламя грома в его теле пока не удавалось проявить по-настоящему – возможно, его стоит объединить с цепью? Сказано – сделано. Линь Юнь направил священное пламя Сокровенного Грома из акупунктурных точек к правой руке.

Когда огонь охватил металл, девять цепей словно ожили, превратившись в иссиня-черных громовых змей, в чьих глазах полыхало разноцветное пламя. Они напоминали того самого девятиглавого змея, подчиняясь воле Линь Юня и источая невероятную мощь.

— Получилось, — Линь Юнь довольно усмехнулся. — Ха-ха-ха, еще! Пусть буря станет еще яростнее!

Раз метод работал, стоило довести его до предела. Драконья эссенция из Божественного ядра хлынула в ладонь, и девять змей мгновенно выросли до ста чжанов в длину.

— Еще безумнее! — Линь Юнь раскраснелся, в его глазах зажегся азарт. Золотой человечек в глубине его сознания вскинул руки к небу. Была призвана золотая душа меча Лазурного Дракона, которая слилась с цепью. Сточжановые змеи начали стремительно раздуваться, словно ломая печати артефакта. На глазах они превращались в громовых питонов, достигнув тысячи чжанов в длину.

На ладони Линь Юня проступили древние узоры панциря черепахи. Они поползли дальше, окутывая его тело и создавая плотный защитный барьер. Его плоть становилась всё тяжелее, земля под ногами пошла трещинами. Поднялся сильный ветер, закружилась пыль. Когда узоры полностью раскрылись, тело Линь Юня стало твердым и древним, как сама скала. Это был неожиданный сюрприз.

— Черепаха защищает, змея атакует… Неужели это и есть истинная суть ветви Громовой Черной Черепахи? — Линь Юнь ликовал. Теперь он видел истинное лицо Драгоценной цепи Сокровенного Грома. — В моих руках ты прославишься на весь Куньлунь. Я не посрамлю имя твоих создателей и величие Боевого Императора.

— Назад! — Выкрикнул Линь Юнь. Тысячечжановые питоны втянулись в ладонь, а узоры на теле растаяли. Это было великолепное сокровище, идеальное как для нападения, так и для защиты.

— Осталось изучить еще одну технику, и можно выходить, — прошептал он сам себе.

Он собирался освоить Замок призрачных душ – секретную технику Цзянь Цинкуна, созданную специально против демонических духов. Линь Юнь хорошо помнил ее мощь: среброглазый демонический дух, встреченный на Поле Битвы Древней Пустоши, даже спустя сто тысяч лет не мог и пикнуть под ее гнетом.

Разговор с Боевым Императором заставил его почувствовать тревогу. Куньлунь сейчас казался процветающим миром, но в глубине зрели темные течения. Рано или поздно ему придется столкнуться с демоническими духами, так что лучше подготовиться заранее.

...одна особь

Снаружи, в полубожественном винном погребе, Гу Цзюнь, Мэй Цзыхуа и Ань Люянь тоже получили свою долю выгоды, усвоив вино. На первый взгляд, если судить только по эффекту от напитка, они получили даже больше Линь Юня. Ведь чем выше уровень развития, тем сильнее действует полубожественное вино.

Гу Цзюнь, потерявший две капли сердечной крови, теперь выглядел бодрым и полным сил. Он очнулся первым. Доспех Десяти Тысяч Чешуек, лежавший рядом, уже был полностью очищен от чужих печатей. Оставалось только вернуть его Линь Юню, и тогда тот будет буквально с ног до головы облачен в священное оружие Звездного Сияния.

Старик Гу содрогнулся от одной мысли об этом. С таким арсеналом и нынешними достижениями Линь Юнь наконец-то получил право соперничать с сильнейшими святыми сынами Эпохи Божественного Дракона. Пусть сейчас он еще немного слабее, ведь он пришел из нижнего мира, но его потенциал безграничен. Возможно, он действительно проложит путь Бога Меча, которого еще не знала история.

«Бог Меча…» – Гу Цзюнь разволновался, но тут же добавил про себя: «Даже если станет богом, это не отменит того факта, что он подонок. Не то что я – человек чистой души и безупречного сердца». От этих мыслей ему стало значительно легче. Хм, ну и что, что ты будущий Бог Меча и вокруг тебя толпы красавиц? Все равно ты подонок.

Гу Цзюнь довольно заулыбался и с наслаждением отхлебнул вина. Священный напиток шел совсем иначе – благодать! Но когда хмель чуть выветрился, старик почувствовал какую-то пустоту. Что-то было не так. «Проклятье, я тоже хочу быть подонком!»

— Старейшина Гу, ваши раны зажили? — Ань Люянь открыла глаза. Ее взор лучился светом, а облик стал еще более пленительным. После вина ее и без того манящая красота расцвела, кожа стала белее снега – глаз не оторвать.

Гу Цзюнь пришел в себя и кивнул:

— Вполне. Полубожественное вино не зря так называется.

— Вы уже стали полусвятым? — Радостно спросила Ань Люянь.

— Ну, вроде того, — с гордостью ответил старик. — У полусвятых девять ступеней. Благодаря вину я проскочил сразу несколько.

— На какой вы теперь? — Ань Люянь проявила вежливое любопытство.

Гу Цзюнь только этого и ждал. Он отхлебнул еще вина и показал четыре пальца.

Ань Люянь искренне удивилась:

— Сразу четвертая ступень? Невероятно, старейшина Гу.

— Пустяки. А как у вас, госпожа Ань? — Гу Цзюнь так и сиял. Для него это был звездный час, особенно на фоне недавнего позора с потерей крови.

— Мне далеко до вас, я лишь достигла пика совершенства стадии Жизни, — мягко улыбнулась она.

Гу Цзюнь отмахнулся:

— Не спешите и не скромничайте. Эффект от вина будет длиться долго. Вернетесь, выберете время и прорветесь на стадию Смерти. За полгода вполне реально достичь Нирваны Жизни и Смерти. А там и до полусвятого рукой подать, шансы велики.

Это не было пустой вежливостью – вино действительно творило чудеса.

В этот момент очнулся Мэй Цзыхуа. В отличие от остальных, его уровень культивации остался прежним – пик Драконьих Жил, но от него стало исходить совсем иное, властное ощущение.

— Небесный мастер Сюань тринадцатого ранга? — Осторожно спросил Гу Цзюнь.

Мэй Цзыхуа покачал головой и улыбнулся:

— В шаге от статуса небесного мастера.

Гу Цзюнь втянул воздух сквозь зубы. — Не зря вы наследник святого клана Музыки, — пробормотал он с долей зависти.

«В шаге от небесного мастера» означало, что его духовная сила почти достигла уровня полусвятого. Конечно, такому мастеру еще нужно было научиться применять эту силу в бою – например, поднять «Звучание Великого Святого» до «Звучания Святого Короля» и выучить больше древних мелодий. Только с обретением божественных способностей он станет настоящим полусвятым. Но и это было невероятно. Старик Гу почувствовал укол зависти, и его недавнее бахвальство поутихло.

Впрочем, это было закономерно. Мэй Цзыхуа и так владел Звучанием Великого Святого, а ресурсов в его клане было в избытке. Его стартовая позиция была куда выше, чем у обычных людей. Полубожественное вино лишь помогло накопленному потенциалу вырваться наружу.

— Поздравляю, брат Мэй, — поспешила сказать Ань Люянь. — В будущем, если молодому господину понадобится помощь, мы будем на вас рассчитывать.

Мэй Цзыхуа махнул рукой:

— Пустяки. Я получил это вино и всю эту удачу во многом благодаря брату Линю. Но в этом путешествии к морю Черной Черепахи самым важным было вовсе не вино.

— Вот как? — Гу Цзюнь прищурился, молча наблюдая за тем, как парень набивает себе цену.

Мэй Цзыхуа посерьезнел. — Душевное состояние, — произнес он с легким вздохом. И это не было рисовкой. У него была сила, были техники, но сила сама по себе не делает человека сильным. По-настоящему силен тот, кто может применить свои способности в любой опасности. Он вспомнил свои громкие слова о том, что не даст Линь Юню погибнуть, а на деле сам несколько раз едва не умер от страха и спасался только благодаря Линь Юню.

— У меня было слишком мало испытаний на грани жизни и смерти. Не скажу, что я полностью переродился, но этот опыт бесценен, — признался Мэй Цзыхуа.

— Хе, Святой Мастер Циня и Флейты заговорил о скромности? Редкое зрелище, помнится, ты был тем еще гордецом, — усмехнулся Гу Цзюнь.

Мэй Цзыхуа не стал спорить.

Бум! В этот момент поверхность бассейна Черной Черепахи взорвалась, и из воды вылетела фигура. Мягко приземлившись, человек замер перед троицей. Но когда они разглядели его лицо, все трое застыли в крайнем изумлении.

Линь Юнь замер, не понимая их реакции.

Ань Люянь опомнилась первой. На ее лице проступил легкий румянец, и она улыбнулась:

— В этом облике вы куда красивее, молодой господин.

Мэй Цзыхуа ткнул пальцем в сторону Линь Юня и заикаясь выдавил:

— Цзан… Цзан… Цзан…

Он повторял этот слог раз за разом, не в силах выговорить целиком титул «молодой господин Цзанхуа».

Линь Юнь наконец сообразил в чем дело: после перерождения он так и не воспользовался Трансформацией Бога-Черепахи, чтобы вернуть себе внешность Линь Сяо.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759486