Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1056: «Возвращение в Запретный Мир»

Глава 1056.

— Линь Юнь ранен?

— Боюсь, что очень тяжело. Три дитя мира не поскупились на пилюлю Нирваны, очевидно, у них есть полная уверенность, что они его догонят и убьют.

— Теперь, боюсь, все очень плохо. Неужели Линь Юнь не сможет вернуться в Четырехслойный Град?

— Если он сможет вернуться в Четырехслойный Град, то пилюля Нирваны трех детей мира будет потрачена впустую.

В городе Фэнлин, вслед за тремя детьми мира, которые, подобно молнии, бросились в погоню, и другими детьми мира, которые последовали за ними, мастера всех миров начали обсуждать случившееся.

Это была довольно неожиданная новость. Только что Линь Юнь, который отшвырнул дитя мира Шэнью пощечиной, выглядел невероятно сильным.

Его величие можно было описать только одним словом – непобедимый.

Никто не думал, что он не сможет вернуться в Четырехслойный Град, но теперь ситуация резко изменилась, и внезапно рухнувшее намерение меча Линь Юня вызвало беспокойство.

Неужели эта новая звезда, эта темная лошадка, действительно обречена пасть?

За пределами города Фэнлин.

На спине Алого Драконьего Обезьяна Линь Юнь был бледен.

Он держался за грудь, его лицо выражало боль, изо рта сочилась кровь, и он погрузился в беспрецедентную слабость.

Линь Юнь с удивлением поднял глаза. Вдали он увидел пару глаз – холодных и равнодушных. Именно они в мгновение ока разрушили его Небесное намерение меча.

Все его внутренние органы и меридианы покрылись тонкими трещинами, и он был мгновенно тяжело ранен.

Звездный лорд?

Божественное ядро?

Или мастер выше стадии Божественного Ядра?

Слишком силен, совершенно невозможно сопротивляться. Воля боевого пути, содержащаяся в этом взгляде. Если бы он захотел, он бы не просто разрушил намерение меча, он мог бы даже уничтожить сердце Линь Юня.

Обладатель взгляда, должно быть, находился в Четырехслойном Граде. Он был очень осторожен и сдержан, и после одного взгляда тут же отвел его, резко остановившись.

Пых!

Снова сплюнув кровь, Линь Юнь не выдержал и опустился на одно колено.

— Снова этот старик! — Юэ Вэйвэй подняла голову, в глубине ее глаз мелькнула ледяная жажда убийства, и она, стиснув зубы, произнесла.

Холодный взгляд издалека медленно рассеялся.

— Он и тебя тяжело ранил? — Линь Юнь что-то вспомнил и спросил.

— Да, он старейшина секты Сокровенных Небес из мира Шэнью, — с негодованием ответила Юэ Вэйвэй.

— Вот как. Но его действия ограничены… Иначе я бы уже давно умер, — спокойно проанализировал Линь Юнь.

Старейшины супер-сект, действующие как судьи, отвечали за оценку всего Небесного Пути. Теоретически, они должны были гарантировать абсолютную справедливость и беспристрастность, но, очевидно, дитя мира Шэнью получал немалую поддержку.

Однако этот человек, вероятно, был очень осторожен и боялся быть обнаруженным. Он лишь взглядом разрушил мое намерение меча.

Он вызвал обратный удар намерения меча, который активировал мои уже существующие внутренние травмы. Раны очень тяжелые, но недостаточные, чтобы убить меня. Но его метод был очень скрытным, почти не оставляющим следов. На моем теле нет травм, оставленных мастером уровня старейшины.

Даже если бы я встретил других представителей супер-сект и захотел поднять этот вопрос, он, вероятно, ничего не боялся бы.

Проклятье!

В глазах Линь Юня вспыхнул гнев, и он почувствовал себя совершенно беспомощным.

Что толку быть непобедимым, если человек становится подлым, не заботясь о своем лице, и использует любые средства?

Так было с Юэ Вэйвэй, и так было с ним самим.

— Ха-ха-ха! Линь Юнь, встань на колени и проси смерти, и я дам тебе быструю кончину! — Из города Фэнлин донесся дикий смех. Смех пронесся сквозь небо, отдаваясь эхом в облаках, и мгновенно достиг места, где находился Линь Юнь.

В то же время, несколько могучих аур с ужасающей скоростью мчались в погоню.

— Пилюля Нирваны? — Юэ Вэйвэй обернулась. Дитя мира Шэнью весь сиял, и его окружали призрачные образы фениксов.

— Какой широкий жест, — Линь Юнь немного слышал о пилюле Нирваны. Одна пилюля Нирваны была равносильна дополнительной жизни. Пока человек не мертв, он мог вернуться к своему пику за очень короткое время, и даже имел немалый шанс на перерождение.

Свист! Свист!

Три дитя мира мчались впереди, в мгновение ока вырвавшись из города Фэнлин и яростно преследуя Линь Юня.

Грохот!

Они были окутаны ужасающей жаждой убийства, из них вырывался бесконечный холодный блеск. Один за другим их взгляды, подобно острым мечам, пронзали пустоту. Они неотрывно смотрели на спину Линь Юня. Их взгляд был настолько ледяным, что они, казалось, хотели разорвать его на куски.

— Мы не должны дать ему уйти!

— Сегодня он должен умереть здесь.

В небе раздались гневные крики, и луч света пронесся по воздуху, неся могучее Величие и устремляясь прямо в атаку.

— Огненный Феникс, Возвышающийся над Небесами!

Луч света в воздухе сгустился. Дитя мира Шэнью появился, сложил печати руками, и в мгновение ока из его тела вырвался Святой Дух Огненного Феникса.

Грохот!

Безграничное Величие Святого Духа в небе мгновенно накрыло быстро бегущего Алого Драконьего Обезьяна.

Под этим давлением каждый дюйм пространства был пропитан огненным Величием. Пространство, казалось, было сковано, и скорость Алого Драконьего Обезьяна заметно снизилась.

— Ищешь смерти! — Дитя мира Шэнью с мрачным лицом поднял руку и ударил ладонью в воздух. Огненный Феникс расправил крылья, окрасив небо в огненный цвет. Затем пламя сгустилось в ужасающий вихрь, который, сопровождаемый его опускающейся ладонью, обрушился на Алого Драконьего Обезьяна, подобно величественной горе.

Лицо Линь Юня слегка изменилось, в его глазах вспыхнул гнев, который он не мог сдержать. Он крепко сжал правый кулак.

Он не только исчерпал жизненную силу, но и его внутренние травмы удвоились из-за обратного удара намерения меча. Его внутренние органы и меридианы были истерзаны, и он не мог использовать не только Священное боевое искусство, но даже истинную эссенцию.

Тяжесть его травм не позволяла ему больше сражаться.

Старейшина секты Сокровенных Небес был слишком искусен. Он лишь разрушил Небесное намерение меча Линь Юня.

Обратный удар намерения меча усугубил первоначальные травмы Линь Юня в несколько раз, но сам он не оставил никаких следов.

Бах!

В критический момент Алый Драконий Обезьян развернулся и нанес удар кулаком.

Раздался потрясающий грохот, огненный свет, окутывавший небо, рассеялся, и лицо дитя мира Шэнью побледнело, изо рта сочилась кровь.

Он был неслабо ранен, но этот удар явно замедлил Алого Драконьего Обезьяна.

— Ты в порядке? — Дети мира Тяньцянь и Сюаньлун догнали его и спросили дитя мира Шэнью.

— В порядке! — Дитя мира Шэнью злобно рассмеялся:

— Этот зверь ранен сильнее меня, он не уйдет, догоняйте!

Шипение! Шипение!

Сяохун слегка запыхался, его свирепая аура постепенно рассеивалась, и он не мог больше поддерживать форму Драконьей Обезьяны. А дитя мира Сюаньлун и дитя мира Тяньцянь, подобно молнии, бросились в погоню, и вот-вот должны были настигнуть его.

— Брат Юнь, в Четырехслойный Град, наверное, не получится, — Юэ Вэйвэй посмотрела на приближающихся преследователей с агрессивным напором.

Линь Юнь слегка вздрогнул, а затем очнулся. В его нынешнем состоянии, если бы дитя мира Шэнью устроил засаду в Четырехслойном Граде, его бы, вероятно, сразу же задержали.

В Четырехслойный Град действительно не получилось, но куда же идти?

Мысли Линь Юня пронеслись, как молния, в его глазах мелькнул свет, и он принял решение, тихо сказав:

— Сяохун, возвращаемся в Запретный Мир Лазурного Дракона.

Бах!

Мышцы и кости на теле Сяохуна задвигались и изменились, и из него вырвалась бурная драконья ци. На глазах у всех он превратился в форму боевого коня с огненными крыльями.

Бум! Бум! Бум!

Убийственные приемы дитя мира Тяньцянь и дитя мира Шэнью обрушились, пробивая бесконечные огромные ямы в земле, пытаясь остановить Линь Юня.

Но Сяохун в форме драконьего коня значительно увеличил скорость, и все эти убийственные приемы промахнулись.

— Проклятье! — Два дитя мира выругались, их лица выглядели неважно.

Группа продолжала преследование. Кровавый Драконий Конь был явно тяжело ранен, но как бы они ни старались, им всегда удавалось оторваться на решающем расстоянии.

Эта погоня длилась довольно долго, и вот уже прошло семь дней.

Все это время Линь Юнь не мог получить передышки. Как только его раны немного заживали, он был вынужден сражаться с детьми мира и другими.

За семь дней он очистил немало священной эссенции Истинного Дракона и пилюль Кровавого Пламени, но его раны не только не уменьшились, но и стали намного тяжелее.

Воля обеих сторон достигла своего предела, и все были невероятно измотаны.

Особенно Линь Юнь: его раны были слишком серьезными, даже губы потеряли цвет, став бледными, как бумага. Его глаза почти не открывались, сознание было немного затуманено, и он лежал в объятиях Юэ Вэйвэй, погруженный в беспрецедентную слабость.

Юэ Вэйвэй крепко прикусила губу. Несколько раз она смотрела на браслет на своей руке, в ее глазах читалось сильное раздражение.

Она была жизнерадостной, и даже в самой отчаянной ситуации могла заставить себя улыбнуться.

Но видя, как тяжело ранен Линь Юнь, она была настолько напряжена и тревожна, что даже сама этого не замечала.

— Сяохун, быстрее, еще быстрее, — ветер свистел в ушах, растрепывая волосы Юэ Вэйвэй. Она ехала на Кровавом Драконьем Коне и непрерывно повторяла.

Свист! Свист! Свист!

Три дитя мира позади нее продолжали сиять, неустанно преследуя. Семь дней они гнали его, используя почти все свои средства.

Три дня назад они едва не перехватили Кровавого Драконьего Коня. К счастью, Линь Юнь вытащил меч.

Один человек и один меч, с израненным телом, силой отбросили двух детей мира, и только так они смогли продержаться до сих пор.

Бах!

Кровавый Драконий Конь, несущий Линь Юня и Юэ Вэйвэй, прибыл на знакомую площадь Божественного Храма. В центре площади, на тысячефутовом священном алтаре, бушевало пламя, и вход в Запретный Мир Лазурного Дракона то появлялся, то исчезал.

Это здесь?

В глазах Юэ Вэйвэй мелькнуло замешательство. Это был вход в тайное царство, но он был уже не слишком стабилен.

Если войти, можно и не выйти.

— Входим, — Юэ Вэйвэй колебалась лишь мгновение, а затем быстро приняла решение.

Раз это решение брата Юня, значит, в нем есть смысл, и сомневаться не стоит.

Хух!

Вспышка кровавого света, и два человека и один конь ворвались во вход, проникнув в Запретный Мир Лазурного Дракона.

После того как они вошли, световой портал на пламени священного алтаря еще больше потускнел, готовый рухнуть в любой момент.

— Идем в ту запретную зону, — Линь Юнь с трудом открыл глаза в Запретном Мире Лазурного Дракона. В его глазах мелькнул холодный блеск.

Идем в ту запретную зону, в ту запретную зону, где пал Юй Хаотянь. Если они хотят умереть, то пусть умрут вместе, и никто не выживет.

Резкий звук!

За пределами Божественного Храма три дитя мира и другие, увидев тусклый световой портал в пламени, слегка нахмурились.

— Догоняйте! Ему нет спасения, даже на краю света, он должен умереть! — Дитя мира Шэнью холодно фыркнул и первым бросился внутрь.

Дети мира Тяньцянь и Сюаньлун колебались мгновение, переглянулись, а затем решительно ворвались вслед за ним.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758529