Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 574: «Победитель – Линь Юнь!»

Глава 575.

В тот момент, когда Цао Чжэнь, дрожа, опираясь на длинную саблю, собирался встать, его мгновенно пронзил в грудь летящий луч света. В мгновение ока этот луч света отбросил его и намертво пригвоздил за пределами арены.

Лицо Цао Чжэня резко побледнело, он выплюнул полный рот крови, и его и без того ослабленная аура мгновенно поникла. Он схватился за меч Погребения Цветов обеими руками, но никак не мог его вытащить, выглядя ужасно.

Плюх. В то же время Линь Юнь, чей лазурный халат был пропитан кровью, тоже упал.

— Меч, ко мне!

Но его душераздирающий, вырвавшийся из горла гневный крик, эхом разнесся повсюду, оглушая и заставляя сердца людей громко стучать.

Шум!

Потрясающий гул разнесся по всей горе лишь спустя мгновение. Все, без исключения, смотрели на эту сцену с широко открытыми глазами и в полном изумлении. Этого никто не ожидал.

В этот критический момент, на грани жизни и смерти, победа внезапно перевернулась.

Они видели, как Линь Юнь собирался упасть, а Цао Чжэнь собирался встать, чтобы закончить битву. Но никто не ожидал, что крик Линь Юня «Меч, ко мне!», прозвучавший перед самым падением, пронзит гения Горной Обители Северных Снегов одним мечом и отбросит его.

Хотя Линь Юнь тоже потерял сознание, но один был на арене, а другой пригвожден за ее пределами.

Кто победил, а кто проиграл, можно было ясно увидеть с первого взгляда.

Эта битва была слишком шокирующей. Даже сейчас, когда победитель и проигравший были определены, никто не произнес ни слова, кроме возгласов изумления.

На вершине огромной горы царила ужасающая тишина.

Никто не ожидал, что битва между Линь Юнем и Цао Чжэнем будет настолько трагичной. Настолько трагичной, что оба упали, и победитель был определен только в самую последнюю секунду.

И Линь Юнь, и Цао Чжэнь были свирепыми людьми. Они были безжалостны не только к своим противникам, но и к себе.

Тот факт, что Цао Чжэнь, после того как Линь Юнь застал его врасплох и четыре раза подряд ударил его «Кулаком Семи Смертей», все еще мог медленно вставать благодаря своей упорной воле.

Его ужасающая сила воли заставила почти всех поверить, что он одержит окончательную победу.

Но в тот момент, когда Линь Юнь собирался упасть, крик «Меч, ко мне!» мгновенно перевернул ситуацию. В тот момент многие почувствовали, как их сердца сильно сжались.

В конце концов, Линь Юнь смеялся последним.

В направлении Академии Пурпурной Хижины все смотрели на эту сцену с недоверием, в их глазах было крайнее изумление. Особенно старейшина-лидер, который широко раскрыл рот, совершенно не в силах поверить в это.

Они проиграли…

Академия Пурпурной Хижины проиграла!

«Ну и что, если оно останется с вами, бесполезными? Через двадцать лет мы придем и заберем его».

Высокомерные слова, сказанные двадцать лет назад, через двадцать лет превратились в звонкую пощечину, ударившую всех по лицу.

По мере того, как ветерок проносился по вершине горы, остаточные волны битвы постепенно утихали. Почти в тот момент, когда они очнулись, две фигуры взмыли в воздух с мест Академии Тяньфу и полетели к центру арены.

Это были Мо Лин и Лю Юньянь.

Две изящные фигуры приземлились вместе, их лица были напряжены. Увидев Линь Юня, лежащего в руинах, лица обеих девушек слегка изменились. Хотя они уже видели издалека, что Линь Юнь был весь в ранах и его лазурный халат был пропитан кровью.

Но приблизившись и увидев его ужасающие раны, их лица резко изменились, и их глаза наполнились беспокойством.

Мо Лин положила свою белоснежную нефритовую руку на запястье Линь Юня и, почувствовав пронзительную, зловещую и холодную истинную эссенцию в его теле, ее выражение лица постепенно стало серьезным. Лю Юньянь рядом с ней тут же заволновалась.

Через некоторое время Мо Лин постепенно расслабила брови и тихо улыбнулась:

— Он выживет. Помоги мне.

Лю Юньянь тут же вздохнула с облегчением и поспешила помочь, медленно подняв Линь Юня.

Мо Лин достала нефритовую бутылочку, высыпала красную пилюлю и вложила ее в рот Линь Юню. Пилюля растаяла во рту, и, не требуя пережевывания, мгновенно потекла в тело Линь Юня, циркулируя по его меридианам.

Лю Юньянь вскоре почувствовала, что холодное тело Линь Юня постепенно согревается.

— Зловещая и холодная истинная эссенция, содержащаяся в «Сабле, Разрезающей Облака» Цао Чжэня, не была изгнана Линь Юнем во время предыдущей битвы, иначе его внутренние раны не были бы такими тяжелыми, — тихо сказала Мо Лин. — Однако, приняв эту пилюлю, он должен быть в порядке. Что касается других ран, то благодаря крепкому телосложению Линь Юня, они заживут сами по себе.

Хотя состояние Линь Юня стабилизировалось.

Но выражения лиц обеих девушек были очень серьезными. Зловещая и холодная истинная эссенция, проникшая в его тело вместе с порезами от сабли. Ее можно было изгнать, но во время такой ожесточенной битвы у него просто не было времени об этом позаботиться.

Уже по одному этому можно было представить, насколько трагичной была предыдущая битва.

— В этой битве победил Линь Юнь. Академия Тяньфу успешно приняла вызов и стала чемпионом этого турнира пяти академий!

Знакомый всем голос, подобный колоколу, снова разнесся по всей горе.

Победитель и проигравший определены!

С эхом голоса, разнесшегося по четырем сторонам, напряженная атмосфера грандиозной битвы, подобно странице книги, медленно перевернулась. Но когда взгляды толпы упали на Цао Чжэня, пригвожденного за пределами арены, их зрачки невольно сузились.

От этого меча, сияющего холодным блеском, они почувствовали чрезвычайно пронзительное боевое намерение и остроту.

Настолько, что Цао Чжэнь, у которого оставалось полжизни, никак не мог вытащить этот меч.

— Проклятье!

Цао Чжэнь бессильно отпустил меч. Его руки уже были в крови, и он упал в изнеможении.

Он изо всех сил поднял голову, желая увидеть, в каком состоянии находится человек, который его победил. В тумане он смутно видел, что противник лежит на руках у девушки, а другая девушка заботится о нем.

Он немного помнил этих двух девушек. Они были довольно известны в городе Ючжоу и обладали невероятной красотой. Особенно Мо Лин, которая была гением из Рейтинга Драконов и Облаков, известной во всех Древних Южных Землях.

В этот момент люди из Академии Пурпурной Хижины были погружены в боль поражения, и, казалось, никто не обращал на него внимания.

Это сравнение делало его вид несколько трагичным.

Он проиграл…

Цао Чжэнь выдохнул, его голова медленно опустилась. Он смотрел на бесконечные облака, его лицо было пустым и безразличным.

За пределами арены, глядя на трагический вид Цао Чжэня, все в глубине души почувствовали эмоции.

Когда этот турнир пяти академий только начинался, кто мог подумать, что появится совершенно неизвестный человек, который спасет положение? Сначала он одним мечом отбросил Цзян И, а затем добровольно инициировал «адский режим», сражаясь против четверых и убив их всех.

Он полностью уничтожил всех участников Академии Белой Яшмы, не оставив ни одного.

А затем, в битве с Цао Чжэнем, он победил противника на стадии Большого Успеха Янской Тайны, обладая лишь завершенной стадией Иньской Тайны.

Такой боевой подвиг можно было назвать невероятным.

Говорят, что Цао Чжэнь уже давно прославился в Древних Южных Землях, а его техника «Сабля, Разрезающая Облака» заставила многих взглянуть на него по-новому. Его сила в возрасте до двадцати лет была поразительной, и его потенциал был невероятен.

Его уже считали сильным претендентом на попадание в следующий Рейтинг Драконов и Облаков.

Но теперь Линь Юнь, этот юноша, называющий себя молодым господином Цзанхуа, которому было всего восемнадцать лет. Он в еще более сильной манере наступил на его славу и выиграл этот турнир пяти академий для Академии Тяньфу.

Несомненно, слава Линь Юня, несомненно, разнесется по всему городу Ючжоу, как вихрь, а затем он заявит о себе во всех Древних Южных Землях.

Кхе-кхе!

Юноша, лежавший на руках у Лю Юньянь, несколько раз кашлянул.

Линь Юнь почувствовал тяжесть век, изо всех сил моргнул, и в его поле зрения попали два прекрасных лица.

— Он очнулся!

Лю Юньянь тут же обрадовалась. Мо Лин, напротив, была довольно спокойна. Она уже проверила его раны. Она знала, что после подавления зловещей и холодной силы сабли Линь Юнь будет в порядке.

Просто его тело было истощено до ужасающего состояния, и ему нужно было хорошенько отдохнуть.

— Помогите мне встать…

Линь Юнь посмотрел на них двоих и неловко улыбнулся.

Они тут же помогли ему встать. Линь Юнь огляделся и увидел Цао Чжэня за пределами арены, а также меч Погребения Цветов, который сиял холодным блеском и все еще был полон боевого намерения.

В одно мгновение он почувствовал много эмоций.

После этой битвы, когда он снова посмотрел на меч Погребения Цветов, он все еще не мог подавить горячую кровь, которую они разделили в жизни и смерти.

Кто Разделит Мой Путь? Только Погребение Цветов!

Линь Юнь шаг за шагом направился к телу Цао Чжэня и вскоре подошел к нему.

Увидев, что ослабленный Цао Чжэнь все еще жив, он слегка удивился.

Удар, который он бросил тогда, был довольно необычным. В тот момент, когда он схватил Погребение Цветов, в его голове промелькнуло множество образов. Эти образы, наконец, застыли на ударе меча человека в лазурном, выходящего из картины.

В глубине души он почувствовал, что слился с человеком в лазурном, вышедшим из картины.

Вот почему сила того удара меча была так ужасающа.

Но под этим ударом меча Цао Чжэнь, на грани жизни и смерти, сумел избежать жизненно важного центра – сердца, и выжил.

— Ты победил, — сказал Цао Чжэнь, его голос был слабым. В его пронзительных глазах было некоторое нежелание. Он знал, что означает это поражение.

Это означало, что противник наступит на его репутацию и прославится в Древних Южных Землях.

А он сам в течение долгого времени, несомненно, будет предметом разговоров для посторонних. Его удача, невидимая, будет полностью подавлена.

— Приношу извинения.

Линь Юнь посмотрел на меч Погребения Цветов, затем поднял глаза на противника, показывая, что собирается вытащить меч.

Цао Чжэнь ничего не сказал, лишь слегка кивнул.

Шипение!

Линь Юнь протянул руку, схватил рукоять меча и, сопровождаемый брызгами крови, молниеносно вытащил Погребение Цветов.

Лицо Цао Чжэня исказилось от боли, его щеки подергивались, но все его тело внезапно расслабилось. Истинная эссенция снова потекла по его телу, он тяжело дышал и вскоре обрел силы, чтобы снова встать.

Было видно, что культивация стадии Большого Успеха Янской Тайны была действительно ужасающей.

— Твое Врожденное намерение меча, ты освоил его до прорыва в Пурпурный чертог?

Цао Чжэнь остановился и обернулся, чтобы спросить.

Линь Юнь кивнул, не скрывая.

— Неудивительно…

На лице Цао Чжэня появилась горькая улыбка, и блеск в его глазах незаметно потускнел. Он ясно понимал, что этот кивок Линь Юня означал, что он никогда не догонит противника.

Освоить Врожденное намерение меча до прорыва в Пурпурный чертог, как и его старший брат Наньгун Ваньюй.

А насколько ужасающей была сила его старшего брата, знали все в Горной Обители Северных Снегов.

Он огляделся, а затем тихо вздохнул:

— Я проиграл не зря. Другие, возможно, не знают, что означает освоение Врожденного намерения меча до прорыва в Пурпурный чертог. Но я знаю. Мой старший брат Наньгун Ваньюй – именно такой гений…

Покачав головой, Цао Чжэнь в некотором одиночестве пошел к центру арены, где лежала его сабля.

— Что он сказал?

Лю Юньянь и Мо Лин подошли, спрашивая с любопытством.

— Ничего.

Линь Юнь улыбнулся и ничего не сказал.

Но в его сердце промелькнула мысль: «Наньгун Ваньюй, на Пиру Множества Драконов мне нужно будет увидеть этого человека».

http://tl.rulate.ru/book/70839/20758019