Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава Пятьсот сорок девятая: «Выход из кокона»

Пятьсот сорок девятая.

Линь Юнь, применив Семь Призрачных Шагов, успел остановить Мо Лин прямо перед выходом. Увидев выражение на её лице, он беспомощно улыбнулся. Однако на её красивом лице не было и намёка на гнев, она выглядела расслабленной.

Очевидно, что её «прощание» было всего лишь шуткой.

— Вспомнил? — Мо Лин раскрыла свой изящный серебряно-железный веер, обнажив белоснежное запястье, похожее на корень лотоса, и тихо спросила.

— Вспомнил, — Линь Юнь знал, что она разыгрывает его, но мастер Сюань третьего ранга имел для него огромное значение.

Это было гораздо важнее, чем Цветок Иньской Тайны, поэтому ему оставалось только смириться и временно уступить.

— Отлично. Тогда нарисуй мне «Огненного Феникса, Сжигающего Степи», который ты изучил шесть дней назад. Посмотрим, действительно ли ты его помнишь.

— Прямо здесь?

— Да, прямо здесь.

Во дворе Линь Юнь достал кисть для духовных печатей и чистый горизонтальный свиток. Немного поразмыслив, он начал рисовать.

Прошло всего несколько дней, и он не мог забыть.

К тому же, он всегда обладал фотографической памятью. Он тем более не мог забыть духовную картину, которую сам рисовал.

Вспоминая, «Огненный Феникс, Сжигающий Степи» был второй по сложности духовной картиной, которую он видел в жизни, уступая лишь «Картине „Тигр, вдыхающий аромат розы“». Он помнил, как в тот момент, когда девять свитков были собраны вместе, огненный феникс на картине сиял божественным светом, словно живое существо, готовое выпрыгнуть из свитка в любой момент.

Мо Лин сложила свой серебряно-железный веер и внимательно наблюдала со стороны. Она видела чистое и красивое лицо Линь Юня, его чёткие черты и тёмные глаза, в которых время от времени вспыхивал яркий свет.

Одна за другой, духовные печати медленно появлялись под его плавными, как текущая вода, движениями кисти.

Эти духовные печати были то плотными, как горы, то элегантными и изысканными, а иногда они содержали в себе невероятно яростную силу, сияющую на кончике кисти.

«Огненный Феникс, Сжигающий Степи» входил в десятку лучших духовных картин третьего ранга. Если говорить только об убойной силе, то он мог бы войти даже в пятёрку.

Во всей Академии Тяньфу было лишь несколько старейшин, способных нарисовать эту картину. Что касается учеников, то только Мо Лин могла её воспроизвести.

Спустя целых два часа Линь Юнь испустил долгий вздох. В его глазах проступили кровавые прожилки.

Пот стекал со лба, лицо было слегка бледным, и он выглядел совершенно измотанным.

С его нынешним мастерством духовных печатей, рисование «Огненного Феникса, Сжигающего Степи» всё ещё было для него непростой задачей.

Когда девять трёхметровых свитков были соединены вместе, перед ними предстала довольно величественная картина. Глаза огненного феникса на картине мерцали духовным светом, а его крылья были окутаны слабым сиянием. Он выглядел довольно божественно.

К сожалению, на самой важной части – хвосте – не хватало семи перьев.

Он не мог сравниться с завершённым «Огненным Фениксом, Сжигающим Степи» Мо Лин. Это был мёртвый объект.

— Старшая сестра, прошу, взгляни, — Линь Юнь покачал головой, не слишком довольный.

Мо Лин рядом с ним была ошеломлена, погружённая в глубокие раздумья. Долгое время спустя она вздохнула:

— Твоё мастерство духовных печатей, парень, просто ужасающе. Трудно представить, каких высот ты достигнешь, если посвятишь себя этому пути. Боюсь, что не пройдёт и двух лет, как ты сможешь превзойти меня.

Такая похвала была для Линь Юня непривычной, и он лишь тихо сказал:

— Если так говорить, то это потому, что старшая сестра хорошо учила.

Услышав это, на холодном лице Мо Лин появилась улыбка, и она задумчиво сказала:

— На этой картине не хватает семи хвостовых перьев. Каждое перо – это духовная печать третьего ранга. Но на самом деле, все эти семь печатей – это один и тот же вид печати, называемый «печать огненного пера».

Линь Юнь задумался:

— Значит, мне нужно лишь освоить «печать огненного пера», чтобы нарисовать духовную картину «Огненный Феникс, Сжигающий Степи»?

— По сути, да, но это не так просто. Попробуй, и узнаешь, — Мо Лин развернула свой складной веер, и девять свитков были отброшены в сторону.

Она снова развернула чистый свиток на каменном столе и, ничего не говоря, нарисовала на нём одну «печать огненного пера».

Сама по себе «печать огненного пера» на чистом свитке не выглядела чем-то особенным.

Линь Юнь чётко видел технику и процесс рисования. Ни один шаг не был пропущен.

— Кажется, это не очень сложно, — Линь Юнь взял кисть для духовных печатей и снова начал рисовать «печать огненного пера» третьего ранга на другом свитке.

Хотя духовные печати третьего ранга были сложны, и другим было трудно начать, Линь Юнь обладал фотографической памятью. Просто скопировать их было не так уж трудно.

Но не успел он закончить и половины, как лицо Линь Юня стало чрезвычайно мрачным. Он почувствовал, как в его сознании собирается какая-то сила. С каждым его мазком голова начинала сильно болеть, словно собиралась взорваться.

Эта боль была во много раз сильнее, чем та, которую он испытывал, когда раньше истощал свою ментальную силу при рисовании духовных печатей.

В оцепенении ему казалось, что небо и земля вращаются, а окружающая обстановка внезапно почернела.

Кроме «печати огненного пера» под его кистью, не было никакого другого света. Это было очень неприятное ощущение. Ему казалось, что его душа вот-вот расколется.

В его сердце внезапно возник страх, но он с удивлением обнаружил, что не может остановиться.

Свист!

В этот момент яркий свет коснулся его межбровья. Мир тьмы озарился, и Мо Лин появилась в свете.

Загадочное чувство исчезло. Линь Юнь очнулся и почувствовал прохладу на губах. Вытерев, он увидел, что пошла кровь из носа. На его лице промелькнуло удивление:

— Что со мной?

В живых, как драгоценные камни, глазах Мо Лин мерцал духовный свет:

— Ты должен знать, что ментальная сила мастера Сюань намного сильнее, чем у обычных воинов.

— Я знаю. Обычно, каждый раз, когда рисуешь духовную картину, ментальная сила постепенно растёт, даже если она истощается. Этот рост может казаться незаметным, но со временем он оставляет обычных людей далеко позади, — кивнул Линь Юнь, тихо говоря.

Он, занимаясь духовными печатями под руководством Мо Лин, испытал это на себе. Вначале он чувствовал, что его голова вот-вот взорвётся, когда он рисовал всего несколько сотен печатей в день.

Позже, даже рисование тысячи духовных печатей второго ранга давалось ему легко и свободно.

Хотя ментальная сила была более эфемерной, чем истинная эссенция, прогресс был очевиден.

Он посмотрел на Мо Лин, ожидая, что она продолжит.

— В Пути Духовных Печатей мастер Сюань третьего ранга только вступает в истинную дверь. Почему я так говорю? Потому что мастер Сюань третьего ранга открывает Таинственный Дворец, преобразуя невидимую ментальную силу в видимую силу души и конденсируя «печать души» в Таинственном Дворце.

Чистый и мелодичный голос Мо Лин звучал, как прохладный горный ручей, медленно рассказывая.

Линь Юнь немного задумался и указал на ключевой момент:

— Какое это имеет отношение к тому, что я рисую «печать огненного пера»?

— Рисование духовной печати третьего ранга можно рассматривать как церемонию, церемонию преобразования ментальной силы в силу души. Эта церемония подобна выходу бабочки из кокона или перерождению в огне феникса. Только процесс очень болезненный. Малейшая оплошность – и можно погибнуть в коконе. В Академии Тяньфу много мастеров Сюань второго ранга, но мастеров Сюань третьего ранга очень мало. Причина в этом.

Сделав паузу, Мо Лин тихо сказала:

— Как правило, для завершения этой церемонии выбирают более простые духовные печати третьего ранга.

Линь Юнь поднял голову и задумался:

— Выбор духовных печатей третьего ранга разной сложности, вероятно, приведёт к разному качеству конденсированной «печати души». Это как культивация, где разные уровни техник приводят к разной силе при прорыве в Пурпурный Дворец. Должна быть разница в силе.

Мо Лин подняла бровь. Она впервые слышала такое объяснение и засмеялась:

— Твоя мысль не совсем верна, но и не слишком далека от истины. Отдохни один день. Я приду к тебе завтра, и ты решишь, что делать дальше.

— Старшая сестра, позволь мне попробовать ещё раз, — Линь Юнь спокойно посмотрел на Мо Лин.

— Ты уверен? Для прорыва в мастера Сюань третьего ранга есть только три попытки. Если все они закончатся неудачей, ты никогда не сможешь стать мастером Сюань третьего ранга, — Мо Лин серьёзно посмотрела на него, не одобряя.

Линь Юнь кивнул:

— Я уверен.

Обычно решительная Мо Лин, увидев решимость в глазах Линь Юня, на мгновение заколебалась.

В конце концов, она согласилась позволить ему попробовать.

Мо Лин не знала почему, но ей казалось, что Линь Юнь действительно способен творить чудеса. В конце концов, в нём было много уверенности и упорства, которых не было у большинства учеников академии.

Через полчаса Линь Юнь, закончив медитацию, открыл глаза.

Его лицо стало более румяным. Потерянная энергия и дух восстановились на семьдесят-восемьдесят процентов, и он больше не выглядел так пугающе бледно, как раньше.

Выдохнув длинную струю белого воздуха, Линь Юнь медленно поднялся и снова взял кисть.

Он выглядел весьма серьёзным. Хотя первая попытка была неудачной, он был необычайно уверен в этой попытке нарисовать духовную печать третьего ранга.

Успокоившись, кисть для духовных печатей в руке Линь Юня медленно пришла в движение.

Вэн!

Могучая ментальная сила, накопленная в его сознании, медленно начала двигаться, а в его глазах замерцал свет. Боль, которую он пережил ранее, снова проявилась. Линь Юнь стиснул зубы и спокойно продолжал.

Кисть для духовных печатей в его руке не останавливалась, продолжая рисовать духовную печать.

По мере того, как «печать огненного пера» постепенно проявлялась, необъятная ментальная сила в его сознании собиралась воедино, постепенно концентрируясь из рассеянного состояния.

Через некоторое время эта витающая ментальная сила сконденсировалась в водоворот.

БУМ!

В тот момент, когда водоворот сконденсировался, Линь Юнь задрожал. Боль распространилась по всем его конечностям и костям. Она была настолько мучительной, что ему казалось, будто его плоть и кровь ему не принадлежат.

«Выход из кокона», истинный «выход из кокона», вероятно, был в сто раз болезненнее этого.

В глазах Линь Юня мелькнула радость. Водоворот ментальной силы – это то, чего не было в прошлый раз.

Это означало, что он добился большого прогресса по сравнению с первой попыткой. Он тут же взял себя в руки и продолжал держаться.

Прообраз Таинственного Дворца?

В глазах Мо Лин, стоявшей неподалёку, вспыхнуло удивление. Как быстро он прогрессирует!

Водоворот вращался с переменной скоростью, что было весьма странно. Но в этом, казалось бы, странном вращении всё же прослеживалась закономерность, некий загадочный ритм.

БУМ!

Внезапно перед глазами Линь Юня потемнело. «Печать огненного пера», которую он рисовал, начала постепенно расплываться.

Линь Юнь почувствовал, как небо и земля вращаются, и его сознание начало туманиться. Боль от вращения ментального водоворота была просто невероятной.

Чёрт, неужели я потерплю неудачу?

Рука, державшая кисть для духовных печатей, не переставала дрожать, и следы мазков стали хаотичными.

Пф-ф-ф!

Как только линии «печати огненного пера» немного сместились, она начала распадаться. Линь Юнь выплюнул полный рот крови, которая вся попала на чистый свиток.

— Она распадается! Линь Юнь, быстро остановись! — Мо Лин, увидев, как не сформировавшаяся «печать огненного пера» на свитке начинает расходиться, резко изменилась в лице и поспешно крикнула.

В то же время, серебряно-железный веер в её руке превратился в стремительный поток света, летящий к кисти для духовных печатей Линь Юня, чтобы насильно прервать его.

— Конденсация! — Но когда серебряно-железный веер подлетел, Линь Юнь яростно распахнул глаза. Кровь просочилась из уголков его глаз, и он громко закричал, управляя кистью для духовных печатей в своей руке.

Водоворот ментальной силы, сконденсированный в его сознании, тут же начал сжиматься. Он был сконденсирован до предела, который он мог выдержать. Мощные ментальные волны исходили из тела Линь Юня, заставляя воздух мгновенно вибрировать, подобно ряби, распространяющейся наружу.

Дзинь!

Прилетевший серебряно-железный веер был мгновенно отброшен назад. Мо Лин поймала веер и посмотрела на Линь Юня с бледным лицом и кровавыми подтёками вокруг глаз, тихо прошептав:

— Этот парень слишком жесток…

Она была глубоко потрясена и на мгновение забыла о том, чтобы попытаться остановить его.

Запомните адрес мобильной версии: m.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20757992