Готовый перевод Necromancer Academy’s Genius Summoner / Гениальный призыватель академии некромантов: Глава 1: «Гений призыва из школы некромантов»

В жизни наследника барона нет места романтике.

Захолустное поместье на окраине материка, о существовании которого в центре, кажется, даже не подозревают.

Под ясным небом без единого облачка бодро крутятся мельничные крылья, а на бескрайних пастбищах мирно щиплют траву коровы и овцы.

Тюк. Тюк.

В лесу на другой стороне вовсю идет валка деревьев. Доносится взрыв хохота – видимо, весельчак Роберт снова выдал какую-то шутку.

Дни в этом маленьком поместье напоминали спокойную пастораль в чистом виде.

Впрочем, Симона такая жизнь вполне устраивала.

— Симон. Как ты думаешь, какая добродетель для правителя самая важная?

Пока мальчик витал в облаках, его отец, Ричард, шедший рядом, задал вопрос.

Застигнутый врасплох, Симон быстро зашевелил мозгами.

— Хм… Наверное, великодушие?

Ричард мягко улыбнулся.

— Неплохой ответ.

— А какой тогда будет хорошим?

Ричард медленно поднял руку и приложил ладонь к груди.

— Пылающее сердце.

От столь неожиданного заявления Симон только глазами захлопал.

— …Что?

— Листва меняет свой наряд каждый сезон, так и качества, нужные правителю, меняются в зависимости от ситуации. — Ричард со смехом ласково потрепал Симона по голове. — Правитель должен уметь быть и другом, и родителем, и даже злодеем. Но тот, кто относится к людям с пылающим сердцем, обретает силу доносить свою искренность в любых обстоятельствах. В этом и заключается суть уз между господином и слугой.

— Господин!

Ричард и Симон обернулись. Несколько взрослых мужчин несли на плечах огромное бревно, и судя по их лицам, ноша была им явно не по силам.

— Простите, что прерываем прогулку! Если вас не затруднит, будьте добры, помогите «этим»!

— С радостью, Чарльз.

Симон с легким волнением посмотрел на отца.

Ричард Поллентиа был обычным сельским правителем, но была у него одна особенность.

— Отступи назад, Симон.

Прикрыв глаза, Ричард быстро и тихо прошептал несколько слов заклинания и раскрыл ладонь. Черное марево плавно поднялось в воздух, принимая форму магического круга.

Симон настороженно огляделся. Когда магический круг заработал, деревья и кусты вокруг задрожали.

«Идут!»

Земля колыхнулась, превращаясь в черную топь, и из нее показались руки, что задвигались, словно тянясь к солнцу.

На этих руках не было ни грамма плоти – сплошные белые кости.

Нежить.

Монстры, обладающие слепой агрессией ко всему живому.

Однако в этом поместье происходило нечто, полностью идущее вразрез со здравым смыслом.

Тра-та-та!

Тра-та-та!

Черепа, оперевшись на землю, повыскакивали наружу и гурьбой бросились к людям, подставляя костлявые плечи под тяжелое бревно.

— Спасибо, господин!

Более того, жители поместья вовсе не боялись скелетов, а наоборот, расплылись в улыбках с видом: — «Фух, спаслись!».

— Продолжайте работу.

Все верно.

Отец Симона был некромантом.

\* \* \*

Некроманты правят половиной мира уже довольно давно.

Все началось с Империи Тальхерн.

Когда император Тальхерн, желая избавиться от влияния некромантов, отправил пятидесятитысячную армию к их оплоту под названием Киджен, академия выставила против них всего десять человек.

Всего десять.

И тогда произошло историческое событие, известное как Обращение Роз: пятидесятитысячное войско, шедшее на Киджен, в полном составе развернуло коней и двинулось обратно к столице империи.

Только все они уже стали нежитью.

Столица Тальхерн превратилась в руины, а император сдался Киджену.

После этого трон занял «бывший император», – гниющий труп.

Высшие чины империи склоняли головы перед грудой мертвечины, а десятки миллионов подданных тридцать лет были игрушками в этом кукольном театре разлагающегося покойника.

Мрачный фрагмент истории, продемонстрировавший силу и страх, что несут некроманты.

Став главной силой эпохи, некроманты постепенно расширяли свое влияние и теперь контролировали половину материка. Вторую половину занимали их единственные противники – жрецы.

После Столетней войны между двумя этими непримиримыми силами прошло несколько десятилетий.

Сейчас на материке воцарился хрупкий мир.

«… Впрочем, к нашему поместью это вряд ли имеет отношение».

Симону казалось, что история этих войн – события из жизни далеких стран.

Самыми громкими происшествиями в поместье Ресхилл, которым ему предстояло когда-то управлять, за последнее время стали благополучные роды коровы Чарльза и случай с Калоном, который поскользнулся на мокром полу и заработал три шва на лбу.

Симон с невольной улыбкой подошел к резиденции правителя.

Конечно, «резиденцией» это место называли только из уважения жители поместья, на самом деле это был обычный деревянный дом.

В то время как даже бедные правители старались обзавестись хоть каким-то подобием крепости ради престижа, Ричард, хозяин Ресхилла, был человеком крайне скромным.

Скрип.

— Мама, я вернулся.

Стоило открыть дверь, как в нос ударил уютный запах дерева. В камине у стены весело потрескивали дрова.

— Симон! Пришел?

Из кухни выглянула женщина с седоватыми волосами в переднике. Это была Анна Поллентиа, мать Симона.

— Да, помогал в лесу на лесозаготовках.

— Ты поел?

— …Мам, я же обедал совсем недавно.

— Я тут хлеба испекла из остатков теста, съешь кусочек с джемом.

В нее точно вселился дух, который спит и видит, как бы закормить сына до смерти. Анна была из тех людей, кто не успокоится, пока не накормит всех вокруг.

Симон сделал вид, что не расслышал, и указал на поднос на столе.

— Мам, а это что?

— Настой гриба Лехак.

Гриб Лехак – это ядовитый гриб, который часто встречается в южных горах. Если просто положить его в воду, на поверхности начинает плавать что-то вроде зеленой маслянистой пленки.

Съешь такой – и неделю будешь мучиться от болей в животе, но в руках Анны все менялось.

Засучив рукава, она подошла и занесла руки над настоем гриба Лехак.

У-у-у-унг!

— Ого!

Симон невольно восхитился.

В ее ладонях заструился белый свет, и яд начал нейтрализоваться. Зеленая муть исчезла без следа, оставив только полезные свойства гриба.

Белая аура, исходящая от ее тела во время очищения – сила, которую принято называть «Святость», была символом жреца.

Все верно.

Симон родился от союза некроманта и жрицы.

О том, что именно произошло между родителями, Симон толком не знал.

Он лишь осознавал, что эти двое познали запретную любовь, о которой пишут в сказках, и результатом этой любви стал он сам.

— Симон!

Снова послышался голос Анны из кухни.

— Я яблочный пирог испекла, иди ешь!

— …А, иду.

\* \* \*

День прошел как обычно. Уставший Симон добрался до кровати.

В Ресхилле сегодня было тихо, и завтра будет так же.

Будучи абсолютно уверенным, что эта мирная повседневность никогда не изменится, Симон погрузился в сон.

Однако.

Фьють!

Перемены уже начались.

Влетевшее в окно письмо шлепнулось Симону прямо на лицо.

— Кхм.

Симон смахнул его рукой и открыл глаза.

— Привет.

От незнакомого голоса мальчик заморгал.

На подоконнике, залитом печальным лунным светом, кто-то сидел.

Девочка с прекрасными серебристыми волосами до самых ног казалась не просто чужеродной, а какой-то таинственной. Словно лесной эльф, только что сошедший со страниц сказки.

— Время пришло.

Сладкий, как мед, голос окончательно прогнал сон.

Симон, на мгновение опешив, молча натянул одеяло до самого носа.

— Не делай вид, что не видишь меня! — Девочка с возмущенным видом спрыгнула с подоконника. — Ты же меня видел! Вставай живо-о-о!

Под ее настойчивые крики Симон нехотя откинул одеяло и взъерошенный приподнялся.

— …Ты как сюда попала? Потерялась? Где твоя мама?

Девочка тихо вздохнула и, вновь обретя самообладание, ослепительно улыбнулась. Лунный свет, проникая в комнату, заставлял ее серебряные волосы сиять еще более экстазно.

— Я пришла точно по адресу. К тебе, Симон Поллентиа.

Симон изумленно замер.

Она знает мое имя.

— …Ко мне? Зачем?

— Прочти письмо.

Ее голос звучал непривычно торжественно для такого возраста.

Симон осторожно сорвал печать и вскрыл конверт. Раздался шорох плотной бумаги, сложенной вдвое.

Распахнулась дверь!

— Симон!

— Симон! Что за шум?

В комнату ворвались Ричард и Анна. И тут же их взгляды встретились с сереброволосой девочкой.

— Ах…!

— Госпожа Нефтис!

Лица супругов просияли, будто они встретили старую знакомую. Девочка тоже лучезарно улыбнулась и помахала рукой.

— Давно не виделись! Ричард, Анна!

Троица увлеченно заговорила. Симон, внезапно почувствовав себя лишним на этом празднике жизни, переводил взгляд с одного на другого.

Отец Ричард выглядел возбужденным, как мальчишка, а мать Анна уже вовсю суетилась, собираясь готовить ужин.

— Симон. Поприветствуй гостью как подобает, — сказал Ричард. — Это госпожа Нефтис Акболд.

Э-э, погодите-ка.

Где-то я уже слышал это имя.

Нефтис Акболд.

Нефтис Акболд.

Да быть не может…!

«Нефтис Акболд из Киджена!»

Верховная глава всех некромантов, правящая Кидженом.

Та самая, что устроила «Трагедию Тальхерн», превратив императора в марионетку.

Ведьма Смерти, живущая три сотни лет.

И эта девочка – она и есть?!

«Тогда что же это за письмо?»

Симон дрожащими руками развернул лист.

— Делаю тебе официальное предложение, Симон Поллентиа.

Пока Симон вчитывался в строки, голос девочки прозвучал у его уха, подобно песне.

«Уведомление о зачислении в Киджен – Симон Поллентиа».

— Приезжай в Киджен.

http://tl.rulate.ru/book/70518/9509933