Готовый перевод Versatile Superstar: Rise In Hollywood / Универсальная суперзвезда: Восхождение в Голливуде: Глава 151: Мероприятие на красной ковровой дорожке

На месте премьеры [30 дней счастья] присутствовало много репортеров и критиков.

Первоначально в Bell Lightbox, расположенном в центре Торонто, где проходил кинофестиваль, было много площадок для показа, но многие основные площадки были предназначены только для фильмов с большим количеством связей и людьми, получившими признание критиков.

Для такого фильма, как [30 дней счастья], которому явно не хватало связей, удалось получить только место, которое могло собрать более 800 человек.

Для пресс-релиза снаружи зал был битком набит репортерами. Многие из них были от небольших медиакомпаний, которые едва попали на кинофестиваль, а 10-20 из них были от очень популярных СМИ с хорошими связями.

Например, Hollywood Weekly, LA Times, Movie Fare и Vanity Magazine.

Среди них был и Гордон Ли, написавший статью о фильмах, которые стоит посмотреть на TIFF. Несмотря на то, что он не возлагал больших надежд на этот фильм, он был там, поскольку это был один из фильмов в его списке.

В то же время журнал хотел, чтобы он взял интервью у Эйдена Сильверай и Кэти Брукс, чтобы добавить это к их следующему ежемесячному выпуску журнала.

"Чёрт возьми, почему премьера не начинается? Они вызвали прессу на конференцию, но они даже не пришли вовремя".

Гордон Ли сказал с раздраженным выражением лица, осматривая зал. Но, в отличие от него, другие репортеры и критики выглядели спокойно.

"Сэр, до премьеры еще полчаса. Я думаю, они придут в ближайшие десять минут".

Сказал стоявший рядом с ним оператор, но Гордон цокнул языком.

"Я знаю это, но это новые актеры. Новички должны быть впереди прессы и критиков. Даже режиссер никто. Я может быть трачу свое время здесь сегодня".

По его словам, оператор молчал, зная, что лучше ничего не говорить. У Гордона была привычка относиться к людям с уважением только в том случае, если они были известны или имели много хороших работ.

Он считал всех остальных ниже себя.

Это был элитарный менталитет, который он приобрел, потому что за свою карьеру он установил контакты со многими большими шишками.

'Я просто надеюсь, что все пройдет хорошо. У этого ублюдка есть привычка задавать грубые вопросы новичкам.'

Пока оператор думал, на красной ковровой дорожке начался небольшой переполох, когда из машины вышли два человека.

Это были Эйден Сильверай и Кэти Брукс.

Позади них остановилась еще одна машина, и появились другие люди, в том числе актеры второго плана и режиссер Лео Шоу.

Щелк! Щелк!

Внезапно повсюду появились белые вспышки, все операторы начали щелкать свои снимки.

В этот момент Эйден был рад, что надел очки.

'Иначе мои глаза ослепли бы'.

Он подумал и двинулся по красной дорожке с Кэти.

Многие репортеры фотографировали их вместе, молча гадая, не назревает ли между ними что-нибудь.

Хотя доказательств не было, об этом стоило написать, поскольку многие знаменитости встречались, работая вместе. Вероятность того, что стрела, выпущенная в темноте, попадет в яблочко, была не так уж велика.

По крайней мере, в представлении журналистов.

Некоторые репортеры, которым не было стыдно и которые просто хотели хороших заголовков, даже начали спрашивать об этом их двоих.

"Вы двое встречаетесь?"

"Пожалуйста, расскажите о ваших отношениях. Немного".

"Можете ли вы поцеловаться перед камерами? Только ради фильма?"

"Эй, кто-нибудь, вытащите этого парня. Он спрашивает что угодно".

Таким образом, торжество на красной дорожке продолжилось, и вскоре сотрудник сопроводил Эйдена, Кэти и Лео на их места для небольшой пресс-конференции перед премьерой.

Актеры второго плана были слишком заняты, давая интервью один на один другим репортерам, и в любом случае СМИ были больше сосредоточены на главных ролях и режиссере.

"Здравствуйте, я Аманда Бейли из LA Times. Мой вопрос к Эйдену". Первый вопрос задала женщина средних лет. "Как вы думаете, это очень большой риск для вас быть главным героем фильма, учитывая, что вы снялись в двух фильмах?"

Это был очень хороший вопрос, и Эйден улыбнулся, не торопясь отвечать на него.

"Я думал об этом. Это риск. Мы с моим агентом обсуждали, не лучше ли какое-то время играть второстепенные роли, прежде чем идти на большую роль, но в конце концов я действительно поверил в сценарий, и мне понравился персонаж настолько, что я не хотел, чтобы он достался кому-то другому". Он сказал, прежде чем добавить. "И не то чтобы люди в этой отрасли добивались успеха, играя осторожно".

Она быстро записала ответ в свой блокнот, и после этого журналисты задавали все больше и больше вопросов.

"Как вы думаете, фильм добьется успеха? Вы уверены?"

"Саундтрек, который вы сочинили, был назван одним из лучших за последние несколько лет. Как вы думаете, работа композитора фильма дает вам определенное преимущество в главной роли?"

"Режиссер Лео, это ваш первый фильм. Ходили слухи о разногласиях между вами и студией Night Hawk. Что вы можете сказать по этому поводу?"

"Кэти, каков был опыт перехода от ролей второго плана в больших коммерческих фильмах к работе в кино? Как вы думаете, он получит хорошие оценки критиков?"

Таким образом, пресс-конференция продолжилась.

Когда были заданы вопросы, Эйден немного расслабился, так как большинство этих вопросов были связаны с фильмом. Время от времени репортер пытался задать вопрос, связанный с их личной жизнью, но они с этим справлялись.

В этот момент Гордон Ли поднял руку.

"Здравствуйте, я Гордон Ли из Vanity Magazine, и мой вопрос к Кэти Брукс". Когда Кэти кивнула ему, он ухмыльнулся. "Вы чувствуете, что ваши настоящие актерские способности проявятся в этом фильме?"

"Что?"

Вопрос заставил Кэти широко распахнуть глаза в его сторону, и даже другие репортеры сочли вопрос несколько грубоватым.

"Я имею в виду, мы видели вас в основном в коммерческих фильмах. Там вы не совсем показали свои актерские способности, и было ясно, что другие актеры затмили вашу игру. Как вы думаете, в этом фильме произойдет то же самое? Или может мы увидим вашу сторону, которая может хорошо сыграть? Вы сожалеете о том, что взялись за проект, который требует актерских навыков, вместо того, чтобы перейти к другому коммерческому проекту?"

Когда Гордон закончил свой вопрос, он ухмыльнулся, как будто не спросил ничего грубого. Он спросил это очень вежливым тоном, но слова были колючими.

Другие репортеры молчали, а в голове Кэти было пусто.

Отсутствие похвалы за свою игру было одним из самых больших позоров в ее актерской карьере. У актеров, с которыми она работала, было слишком много харизмы, которая легко затмевала ее, и она, как говорили, была персонажем цветочного горшка.

'Что я должна сказать?'

Пока она думала об этом, Эйден, который был рядом с ней, внезапно открыл рот.

"Во-первых, я считаю вас грубым. Во-вторых, нет, она не жалеет об этом, и да, вы будете поражены ее актерским мастерством в фильме".

Когда Эйден сказал это, все в зале замерли. Никто не ожидал, что он скажет что-то подобное, но он действительно осмелился это сделать.

Гордон, который был ошеломлен, не ожидая, что Эйден ответит, не смог ничего сказать в течение секунды. Он задал этот вопрос только для того, чтобы нацелиться на Кэти и сделать хороший заголовок, но Эйден публично назвал его грубым.

"Я груб? Что вы говорите?"

"Не так ли? Значение слова "грубый" изменилось в словаре без ведома людей?"

Эйден повернулся к Кэти, как будто серьезно спрашивал об этом, и она лишь усмехнулась в ответ. Другие репортеры и критики в зале также не смогли удержаться от смеха над откровенным сарказмом.

Кое-кто даже аплодировал, оценив защиту Эйдена своего коллеги.

Все это происходило, пока Гордон стоял, не в силах что-либо сказать. Он хотел возразить Эйдену, но все в зале уже смеялись над ним.

"Хорошо, все. Давайте закончим пресс-конференцию здесь".

Сказал один из сотрудников, показывая всем путь внутрь зала, где должна была состояться премьера.

При всем этом Кэти посмотрела на Эйдена и пробормотала: "Спасибо".

"Ничего страшного. Мы друзья, и этот парень был очень груб".

"Иногда нам попадаются такие люди, как он".

Когда они оба вошли в театр, Гордон Ли просто стоял снаружи, гнев затмил все остальные его эмоции, такие как рассудок.

На мероприятии было много репортеров, и оно тоже было записано, так что поджаривание новичком вроде Эйдена наверняка попадет в круг репортеров из индустрии развлечений.

В то время смущение, которое он почувствует, будет намного больше.

"Этот чертов Эйден".

В конце концов Гордон выругался, топая ногой по полу.

Оператор рядом с ним не мог не отшатнуться, увидев его гнев. Он прекрасно знал, что Гордон не из тех, с кем можно околачиваться, когда он злится.

'Еб*ть! Еб*ть! Еб*ть! Это проклятое отродье! Я старший репортер журнала Vanity Magazine, и он осмеливается возражать мне таким образом. Это даже не был его вопрос. Посмотрим, как его фильм. Даже если это уровень Оскара, я поставлю ему худшую оценку из возможных!'

Гордон думал про себя, пока тащился по театру.

http://tl.rulate.ru/book/69293/2835022