Как только начались похороны, три часа пролетело очень быстро. И за это время Патрик, Алиса и несколько самых близких друзей и родственников отца Джефферсона произнесли надгробную речь о нем. После этого мы подходили к гробу, чтобы сказать последнее прощание.
Когда настала моя очередь подойти к гробу, я запечатлел в памяти лицо старика. Его голова, когда-то покрытая волосами цвета соли и перца, теперь была лысой. Его тело выглядело хрупким, а на коже были следы синяков.
- Должно быть, вам пришлось нелегко, - прошептал я, беззвучно вознося молитву, надеясь, что теперь он наконец-то сможет усмирить своих демонов и спокойно жить в небесном раю.
Потому что он, черт возьми, заслужил это. В конце концов, нужно быть определенным человеком, чтобы пойти на войну, вернуться, стать священником, основать церковь в одном из самых тяжелых районов Чикаго и попытаться сделать его лучше.
- Вели~кая благо~дать. Какой сладкий звук.
Как только все смогли окончательно попрощаться, церковный хор начал петь несколько песен, чтобы поднять настроение. И во время этих песен я слышал и видел, как несколько человек плакали, например, сестра отца Джефферсона и ее дети.
Я также видел, как Алиса молча проливала слезы. Она сидела с церковной группой сирот с самого начала службы. Я хотел подойти к ней и немного утешить, но Патрик уже был занят делом. С такими же красными глазами он положил свою левую руку ей на плечи и крепко обнял ее.
Что касается меня, то, если не считать комка в горле, у меня все в порядке. Больно видеть, как он уходит, но я должен быть сильным, потому что я переживал смерть близких мне людей много раз.
В один момент ты можешь шутить со своим приятелем о том, как плоха еда в окопе, а в следующий момент ты навсегда закрываешь его широко раскрытые глаза, потому что его разрезала пополам волшебная пушка.
…Война была забавной.
Переживая подобные вещи в течение несметного количества времени, ты… постепенно начинаешь онемевать. Онемел от боли, онемел от потерь, онемел… от всего.
Это довольно страшное чувство.
Но, к счастью, благодаря нескольким друзьям по ту сторону, я не впал в такое состояние. Однако, несмотря на это, ущерб от войны нанесен.
…я больше не могу вернуться к прежнему состоянию.
- Встаньте, пожалуйста. Мы будем двигаться к кладбищу, - распорядился священник, встав на трибуну. Его звали Уильям Лоусон, и он был ближайшим другом отца Джефферсона. Он служил во Вьетнаме вместе с отцом Джефферсоном и до сих пор служит в армии. Он военный капеллан. Он помогал координировать похороны.
- Маркус, не могли бы вы последовать за мной на минутку? - мистер Уильям назвал мое имя, когда отошел от подиума и подошел ко мне. С озадаченным выражением лица я спросил.
- Куда?
- …В кабинет Тайсона. Я хочу тебе кое-что там показать.
- Хочешь показать?
Что в кабинете отца Джефферсона стоит показать мне? Там только книги о библейских писаниях.
- Да. Тайсон сказал мне отдать это тебе, несмотря ни на что. А учитывая, что в момент окончания похорон тебя отправят обратно в тюрьму, лучше отдать ее тебе раньше, чем позже.
- Если это так, Кари, ты можешь продолжить без меня?
Я перевел взгляд на Кари, которая стояла рядом со мной. Она решила остаться со мной, так как я один из двух людей, с которыми она знакома на всех этих похоронах.
- Конечно. Ты можешь идти и делать то, что должен. Я пойду к Алисе, - сказала Кари, начиная идти с толпой. В ней я вижу, как она направляется к группе Алисы, которая находилась возле гроба за подиумом.
- Ведите, - сказал я мистеру Уильяму, глядя на группу Алисы. У гроба Патрик и еще пятеро парней выступали в роли носильщиков. Они подняли его и начали двигаться в сторону кладбища.
- …
Было бы ложью, если бы я сказала, что не ревную. Я тоже хотел быть носильщиком. Я хотел удостоиться чести сопровождать старика к его последнему пристанищу. Но, видимо, этому не суждено было случиться.
- Маркус, ты идешь? Ты же не хочешь пропустить похороны? - мистер Уильям, который уже был далеко впереди меня, окликнул меня, отрывая от моих мыслей. Со взволнованным выражением лица я поспешил догнать его.
- Я в порядке. Я просто потерялся в своих мыслях.
Не обращая на это особого внимания, мистер Уильям ответил простым "хорошо" и продолжил идти. Ничего не говоря, я последовал за ним.
***
Как только мы вошли в кабинет отца Джефферсона.
- Тайсон был мне как брат.
Эти слова произнес мистер Уильям. Он держал в руках фотографию, на которой были изображены он и молодой отец Джефферсон во время их службы на войне во Вьетнаме. Они позировали перед штабелями ящиков с патронами, держа в руках M-16.
- В джунглях Нэма я знал, что он всегда прикрывал меня. Он делал все возможное, чтобы я или кто-то другой из нашего отряда вернулся домой. Однажды он проник на вражескую базу, чтобы спасти одного из наших братьев.
- Правда? - спросил я, удивленный. Я не могу точно представить отца Джефферсона с длинными волосами и красной банданой, повязанной вокруг головы, когда он молча уничтожает своих врагов одного за другим.
- Да. Когда Тайсон узнал о случившемся, он сразу же попросил нашего командира пойти и спасти его. Но, к сожалению, из-за нежелания предупредить врага о том, где мы находимся, и потенциально попасть в засаду, наш командир отказал ему. 'Это было слишком рискованно', - сказал командир. Что, на мой взгляд, было полной чушью. Вот что случается, когда командиром становится тощая задница ЦРУшника, я думаю.
- Отец Джефферсон был очень зол, когда услышал это, да?
- Еще бы. Тайсон был так зол, что на его лице выступили вены! Он хотел задушить нашего командира. Если бы не я и несколько членов нашего отряда, которые его сдерживали, он, наверное, так бы и сделал.
- Хаха! Теперь я могу его представить.
Отец Джефферсон был покладистым парнем, который почти ни на что не сердился. Будь то разбитая вещь или окно, в худшем случае, все, что вы получите, это проповедь и отбой.
Однако, когда отец Джефферсон все-таки сердился, он превращался в совершенно другого человека. Я испытал это на собственном опыте, когда случайно разбил его винтажное издание альбома Ролинг Стоунс "Some Girls", играя с младшими детьми в его кабинете. Давление, которое он производил, когда был в состоянии ярости, было ужасающим!
Не обращая внимания на мои мысли, мистер Уильям продолжил.
- Узнав, что командир не собирается ничего делать, чтобы вернуть нашего мальчика домой, Тайсон решил взять ситуацию в свои руки. Он спросил нас, не хотим ли мы тоже пойти с ним, но поскольку в то время мы были слишком напуганы, мы решили отказаться… ЦРУ в то время, как вы понимаете, было настоящим приверженцем того, чтобы оставаться "под радаром". Это было тем более важно, когда все протесты в то время были связаны с желанием, чтобы правительство вывело все свои войска из Вьетнама… Если бы мы устроили беспорядки, в результате которых ЦРУ не смогло бы выполнить свою миссию по остановке распространения коммунизма, мы были бы сурово наказаны… Извини, я немного отклонился от темы.
Оторвавшись от своих бредней, мистер Уильям извиняюще произнес. Покачав головой из стороны в сторону, я невозмутимо сказал.
- Не беспокойтесь об этом. Слушать такие вещи довольно интересно.
Не каждый день я могу услышать военные истории от старика. Он никогда не любил говорить о своем прошлом. А в те дни, когда он все-таки говорил об этом, обычно это происходило поздно вечером, когда он немного перебрал с выпивкой.
О чем он только не говорил.
- Где я был…? Вооруженный только ножом, пистолетом и хорошо смазанным автоматом, он в одиночку проник на вражескую базу. Пока он там находился, он собрал информацию, уничтожил несколько врагов и сумел успешно спасти нашего пленного товарища. Но чтобы украсить торт, он оставил им небольшой сюрприз. Используя вражеские гранаты, Тайсон заминировал окрестности базы, а также склад оружия и коммуникации. Как только он закончил с этим, он, с нашим захваченным братом на буксире, благополучно вернулся на нашу базу.
- У него были проблемы, когда он вернулся?
Потому что, насколько я понимаю, то, что он пошел "один", означает, что он практически без разрешения проник на вражескую базу. ТАК НАЗЫВАЕМАЯ "САМОВОЛКА".
- Неприятности? Ха! Когда наш командир узнал, что он сделал, он не смог бы наказать его, даже если бы захотел! Временно уйдя в самоволку, Тайсон успел собрать разведданные о следующей засаде, помешать их связи, уничтожить их оружие и спасти пленного солдата. Если бы Тайсон был наказан после таких достижений, командир получил бы первые в своей жизни побои! Это показывает, как высоко Тайсон ценил дружбу. Он готов пойти в ад и обратно, лишь бы убедиться, что с ними все в порядке.
Положив фотографию на стол отца Джефферсона, мистер Уильям сказал голосом, наполненным ностальгией. Похоже, что он вновь обратился к приятным воспоминаниям.
- …
Оставив его погружаться в воспоминания, я медленно перевариваю то, что сказал мне мистер Уильям. *Вздох* Старик, кто бы мог подумать, что у тебя припрятаны такие истории! Если бы ты рассказывал мне такие истории, когда я был поменьше, я бы без проблем ложился спать.
- Жаль, что он ушел. Хотя я предупреждал его о курении, кто бы мог подумать, что рак легких заберет его.
- Я помню, он всегда говорил, что если ему суждено умереть, то он хотел бы умереть среди красивых, мягких сисек. Тогда, если он не попадет в рай, то хотя бы узнает, каково это.
- Хаха! Это точно похоже на Тайсона. Хахаха!
- Хахаха…!
Мы смеялись целую минуту, прежде чем…
БАНГ!
Раздался выстрел, за которым последовал слабый звук трубы. Это была культовая песня "Taps".
- …кажется, я слишком долго продолжаю. Позвольте мне отдать тебе то, о чем меня просили.
Используя ключ, который он достал из кармана, чтобы открыть один из ящиков стола отца Джефферсона, мистер Уильям достает конверт и передает его мне.
- Что это? - спрашиваю я, осматривая конверт. На нем была сургучная печать, и он был адресован мне знакомым небрежным почерком отца Джефферсона. В нем, похоже, тоже что-то было. Он был маленький, квадратный и твердый.
- Я не знаю, что это. Знаю только, что оно было написано за несколько часов до того, как он попал в больницу. Он попросил меня передать его тебе, если он умрет, пока будет там.
- До того, как он попал в больницу?
Это было около семи месяцев назад. Ему пришлось лечь в больницу, потому что он начал кашлять кровью, и боль в груди стала невыносимой.
Это… вероятно, последнее, что он написал перед смертью.
Мне открыть его?
- Я думаю, тебе стоит пока повременить с открытием. Ты же не хочешь пропустить похороны, - сказал мистер Уильямс, словно прочитав мои мысли.
- …Хорошо. Я приберегу его до окончания похорон.
Положив конверт в карман своей толстовки, я решительно сказал. Ничто не помешает мне прочитать одну из последних вещей, которые дал мне дедушка. Даже если мне придется пронести его в тюрьму, я прочту его!
- Пойдем. Пойдемте туда. Тайсон не может быть похоронен без священника.
Похлопав меня по плечу, мистер Уильям прошел мимо меня и сказал. Через несколько мгновений я был единственным в комнате.
- …
Оглядевшись вокруг, я посмотрел на книги о библейских писаниях на книжных шкафах и на групповые фотографии детей, которых отец Джефферсон воспитывал на протяжении многих лет. У всех детей на этих фотографиях были улыбки на лицах. Они были счастливы.
Я был счастлив.
Эти фотографии - доказательство его достижений. Доказательство его целей.
- Я буду скучать по этому месту, - повернувшись, сказал я, выходя из комнаты.
Потому что пройдет немало времени, прежде чем я смогу вернуться.
http://tl.rulate.ru/book/67721/1802031
Сказали спасибо 114 читателей