Готовый перевод The Flower with a Sword / Цветок, держащий меч: 155

Глава 155

* * *

Документы для передачи Барону подготовил Дункан. Эхи не слишком хорошо умела структурировать информацию в удобно читаемом виде, поэтому она просто объяснила ему суть отношений между герцогом Диасантом и вторым принцем, а также обстоятельства, обнаруженные в замке Дракотумба, где велись исследования демонического меча. Затем она поручила Дункану оформить всё это в письменном виде.

Дункан закончил работу над документами незадолго до прибытия экспедиции Ордена Лазурного Неба в Роаз. Эхи, откинувшись на диване в купе, просмотрела бумаги и сразу же поручила ему подготовить следующий отчёт. В нём следовало описать заговор фракции второго принца, связанный с доставкой демонического меча в Роаз, а также инцидент на банкете во время Фестиваля Солнца, когда ей подарили ожерелье с демоническим камнем.

Однако раскрыть эти сведения означало бы признать, что истинный демонический меч находится именно у неё. В текущей ситуации подобное признание было совершенно недопустимым. Даже если прямо сейчас заявить, что настоящий демонический меч у неё, это никак не изменит того факта, что Юриена необходимо спасать. Напротив, это лишь ограничит её свободу действий. В ситуации, когда Юриен преследуем, у неё не было времени доказывать, что она способна владеть демоническим мечом и не поддаваться его влиянию.

Кроме того, раскрытие того факта, что меч находится в руках оруженосца главы Ордена Лазурного Неба, неизбежно вызовет подозрения, будто орден намеренно скрывал демонический меч и использовал его в своих целях. Возможно, со временем всё можно было бы доказать, но времени сейчас не было. Им с трудом удалось выиграть хотя бы неделю. Спасение Юриена было важнее мести или оправданий.

Чем больше Эхи рассказывала о демоническом мече, тем более странным становилось выражение лица Дункана.

— Что такое?

— Можно задать вопрос?

— Спрашивай.

Увидев её кивок, Дункан нервно сглотнул и осторожно спросил:

— Кто вы на самом деле, госпожа?

— Ты ведь и так знаешь, разве нет?

Эхи нахмурилась, и Дункан замолчал. Она была права — он прекрасно знал, кто она такая.

Эхинацея Роаз. Старшая дочь графского рода Роаз. Девушка, до недавнего времени бывшая оруженосцем командующего Орденом Лазурного Неба, а теперь ставшая полноправным рыцарем этого ордена. Мечник, достигший легендарного уровня «Зенит».

Однако ни в её биографии, ни в прошлом не было ничего, что объяснило бы, как она, двадцатилетняя девушка, смогла взять в руки демонический меч и не поддаться его воле, а также достичь уровня Зенит. Между Эхинацеей Роаз — дочерью графа — и Эхинацеей — мечником — существовал разрыв, словно это были два совершенно разных человека.

Было бы проще поверить, что кто-то другой просто занял оболочку девушки по имени Эхинацея Роаз. Например, что с того дня, как она взяла в руки демонический меч, её личность изменилась.

— Вы действительно Эхинацея Роаз?

Эхи, опершись подбородком на руку, задумчиво взглянула на напряжённого мужчину. Она уже почти всё рассказала, поэтому его сомнения были вполне естественны. Ответила девушка легко, словно бросая слова на ветер:

— Да, это я. Просто я слишком долго видела дурной сон.

— Что?

Эхи больше ничего не сказала. Поезд уже замедлял ход, приближаясь к месту назначения.

21 июля, ранним утром, когда небо только начало сереть от рассвета, экспедиция достигла лагеря возле замка Роаз.

Барон немедленно отправился на встречу со вторым принцем, командующим имперской армией, а Шай направилась в палатку Терезы. Хотя были и более тяжелораненые, лечение единственного владельца Гиосы, способного противостоять дьяволу, являлось первоочередной задачей.

Эхи вместе с Дунканом направилась в палатку, предназначенную для Барона. Благодаря своему происхождению Дункан был способен скрывать своё присутствие даже от большинства мастеров, если только те не являлись владельцами Гиосы.

Барона в палатке не оказалось — там был лишь Бараха, занятый разбором вещей. Эхи подошла и вручила ему первый запечатанный воском документ:

— Передайте это заместителю командира, старший.

— Обращайтесь ко мне проще, сэр Эхинацея, — ответил Бараха, принимая документ с подчеркнутой вежливостью.

Эхи слегка растерянно взглянула на него, затем перевела взгляд на свою белую униформу. Форма была ей немного велика, однако это, несомненно, была форма рыцаря Лазурного Неба. Между рыцарем и оруженосцем лежала огромная пропасть, особенно в Ордене Лазурного Неба, где минимальным требованием для рыцарского звания был уровень мастера. Девушка чуть склонила голову набок.

— Значит, теперь так?

— Это естественно.

— Пока непривычно. Нужно время.

— Скоро привыкнете, — добродушно улыбнулся Бараха и вдруг понизил голос. — Можно кое-что спросить?

— Про демонический меч?

— …Да.

— Он фальшивый.

— Так я и думал.

Разговор был кратким, но они прекрасно поняли друг друга. Ведь Бараха видел, как она использовала настоящий меч. Он посмотрел сверху вниз на девушку, казавшуюся рядом с ним совсем хрупкой.

— Сэр Эхинацея.

— Да, говорите.

— Вы уверены, что стоит раскрывать всё, что вы до сих пор скрывали? Ведь были причины держать это в тайне. Пока командующий закрывает на это глаза из-за сложившейся ситуации, но потом…

— Я знаю.

Эхи понимала, о чём он беспокоится. Теперь она открыто продемонстрировала, что является Мастером, а Барону даже раскрыла, что достигла уровня Зенит. После завершения текущих событий неизбежно последует серьёзное расследование. Как и Дункан, люди начнут задавать вопросы.

Даже гениальность не могла объяснить её нынешний уровень. Почему она начинала с курса оруженосца и потратила три года на подготовку? Чтобы всё выглядело естественно. Но теперь, отказавшись от первоначального плана, девушка была готова к последствиям. Она опустила взгляд.

— Но иначе нельзя.

— …Ради командующего?

Эхи молча кивнула. Бараха помолчал, затем тихо спросил:

— Вы уверены, что сможете вернуть его обратно? И даже если сможете, то что будет с вами после этого?

В его вопросах явно звучала тревога. И тревожился он не за Юриена, а за неё саму. Эхи подняла голову и посмотрела ему в глаза. Бараха сжал зубы, стараясь подавить нахлынувшие эмоции.

— Я уважаю командующего и хочу, чтобы он вернулся живым и здоровым. Но если ценой его возвращения будете вы…

— Старший Бараха, — перебила его Эхи и, помедлив, мягко улыбнулась. — Нет, Бараха.

— !..

— Спасибо за беспокойство. Всё будет хорошо. Мы оба обязательно вернёмся живыми. Так же, как тогда, в Узле у ущелья Белого Ворона.

Её голос звучал уверенно, а выражение лица было спокойным и ободряющим — таким же, как тогда, когда она подавляла страх в Узле у ущелья Белого Ворона.

— Просто поверьте в меня и подождите, старший.

Сказав это, она развернулась. Розовые волосы мягко легли на белоснежную униформу и синий плащ. Бараха ошеломлённо смотрел ей вслед, пока она не вышла из шатра.

А ведь он так старательно пытался подавить свои чувства.

— …Чертовски завидую.

Бараха завидовал тому, кого она любит. Завидовал настолько сильно, что это почти походило на ревность. Но даже ревновать по-настоящему он не мог — чувства Эхинацеи были слишком очевидны и слишком сильны. Было ясно, что ему никогда не испытать на себе её любви.

Если Эхинацея действительно вернёт командира Юриена, и даже после этого тот продолжит настаивать на помолвке с леди Диасант, возможно, тогда он уже не сможет заставить себя отказаться от неё. Бараха закрыл глаза, пытаясь успокоить сердце, болезненно отзывавшееся на каждую мысль о ней.

* * *

Выйдя из шатра заместителя командира, Эхи направилась к себе, чтобы собрать вещи. Ей предстояло провести под открытым небом как минимум неделю, и магическая сумка, подаренная Юриеном, вновь оказалась очень кстати. С трудом отогнав от себя образ его лица, девушка закрыла сумку.

— Можно войти?

Голос за пределами шатра был знакомым — хриплым и надтреснутым. Эхи повернулась ко входу.

— Да, входите.

Полог откинулся, и внутрь вошёл мужчина с красными волосами и такими же красными глазами — Дитрих Саруа. Сейчас он выглядел совсем иначе, чем обычно. Вместо привычной ленивой ухоженности в его облике появились усталость и подавленность. Волосы были растрёпаны, под глазами залегли тёмные круги, на подбородке проступила щетина. Лишь одежда была чистой — видимо, он недавно переоделся.

Войдя, Дитрих замер, поражённый видом Эхинацеи в рыцарской форме. Его глаза расширились от удивления.

— …Ты и правда стала рыцарем.

— Так уж вышло. Что-то случилось, сэр Дитрих?

— «Так уж вышло», говоришь, словно рыцарем Лазурного Неба можно стать случайно. Вот уж правда — что командиры, что оруженосцы, все вы одинаковые, — коротко усмехнулся он, потирая ладонью лицо. Улыбка быстро исчезла, и Дитрих произнёс уже серьёзно: — Я долго думал, как поступить с этим предметом… Это важная улика, но мне кажется правильным передать её тебе. Я уже сообщил об этом заместителю командира.

Он достал из-за пазухи небольшую коробочку. Эхи протянула руку, чтобы принять её, но Дитрих остановил её жестом.

— Эту коробку командир получил незадолго до того, как покинул лагерь. Он посмотрел на её содержимое и сразу же отправился туда, где… всё произошло.

Эхи уже знала от Барона, что Юриен отправился спасать Ланселрида, попавшего в плен, и в итоге превратился в дьявола. Однако подробностей она не знала. С серьёзным выражением на лице девушка приняла коробку.

— Прежде чем открыть, лучше подготовься морально…

Но Эхи открыла коробку, не дослушав. Внутри лежали стеклянная колбочка и записка. В колбочке плавало нечто, совершенно не подходящее к яркому утреннему свету, заливавшему шатёр.

Эхинацея сумела сохранить самообладание лишь потому, что заранее предполагала нечто подобное. Даже после лечения Шай один глаз Ланселрида оставался пустым. Позже Шай, придя в себя, объяснила ей способности Эльгиосы.

— Восстановить утраченную часть тела могли лишь единицы среди предыдущих владельцев Эльгиосы. Я… пока не способна на такое, но когда-нибудь… я обязательно научусь!

Плача, девочка добавила, что если вернуть утраченную часть тела, то даже сейчас сможет исцелить её.

Эхи внимательно посмотрела на глаз Ланселрида, затем прочла записку и закрыла коробку. Её спокойствие настолько удивило Дитриха, что он растерялся.

— Ты… в порядке?

— Да, всё нормально. Спасибо, что передали это мне.

Она собиралась убрать коробку в сумку, но вдруг остановилась и вернула её Дитриху.

— Пожалуйста, храните это у себя, а когда вернётесь в Азенку, передайте Святой. Она сможет исцелить глаз моего брата.

— Правда? Это хорошо. Но почему ты сама не хочешь передать?

— Я…

Эхи замялась, затем улыбнулась и уклонилась от ответа. Дитрих хотел было спросить ещё, но в этот момент снаружи послышались быстрые шаги, и в шатёр вошёл Барон.

— Сэр Эхинацея, обсуждение операции с имперской армией завершено… Сэр Дитрих, что вы здесь делаете?

— Ар Себатьем. Я передавал ей предмет, о котором говорил вам ранее.

— Хм. Если закончили, прошу выйти. Мне нужно поговорить с ней.

— Да, конечно.

Дитрих так и не успел задать свой вопрос и покинул шатёр. Барон проверил, нет ли поблизости посторонних, и развернул перед Эхи карту.

— Имперская армия организует окружение, а рыцари Лазурного Неба будут вести поиски внутри периметра. Я опасался, что имперцы будут настаивать на участии в поисках, но они неожиданно легко согласились.

— Это… Серый горный хребет.

— Именно там исчез командир. С учётом скорости передвижения он всё ещё должен быть в горах. Предполагаемый маршрут обозначен здесь.

Барон указал на красные линии на карте. Эхи смотрела мимо них. Как иронично: в прошлом, которое было стёрто, раненая Эхинацея Роаз, едва ставшая владелицей демонического меча, тоже пряталась именно в Сером горном хребте.

— На неделю мы замедлим поиски, так что…

— В этом нет необходимости.

— Что?

— Я найду командира быстрее всех, — спокойно сказала Эхи, не отрывая взгляда от карты. Никто не знал лучше неё, как ведёт себя раненый дьявол и куда он отправится. Особенно если место то же самое. — Я вернусь в лагерь в течение недели. Не участвуйте в поисках и просто ждите здесь.

— Понял.

Как только Барон ответил, Эхи взяла карту и поднялась. Отдав честь в стиле Азенки, она произнесла:

— Тогда я отправляюсь.

— Уже сейчас? Может, стоит немного отдохнуть?

— Времени мало.

«И ещё, если я останусь здесь… возможно, сама стану дьяволом», — последнюю фразу она произнесла про себя.

[Эй, ты в своём уме? Это просто невероятно! Я будто пьянею! Голова кружится, настроение поднимается… Это ведь то, что люди называют опьянением, да? Ого, просто потрясающе!]

Демонический меч, почувствовавший в ней закипающую жажду убийства, бессвязно лепетал в её сознании. Эхи бросила взгляд в сторону лагеря имперской армии, взяла магическую сумку и вышла наружу.

— Я отправляюсь, заместитель командира.

— …Желаю удачи.

Пока Барон собирал рыцарей, чтобы отдать распоряжения, Эхинацея уже покинула лагерь. Вскочив на коня, она направилась к Серому горному хребту. Лишь Дункан молча последовал за ней, словно тень.

http://tl.rulate.ru/book/65139/3404395