Готовый перевод The Flower with a Sword / Цветок, держащий меч: 050

Глава 50

— Что?

— Случилось ли… что-то странное или неприятное?

Вопрос прозвучал осторожно, словно он ощупью ступал по хрупкому льду, готовому в любой момент треснуть. В его голосе до самого конца ощущалось колебание. Ей стало любопытно, какое у него сейчас выражение лица. Может быть, он напряженно моргает, как тогда в палатке во время похода против монстров? Ей хотелось посмотреть, но она не могла поднять голову. Лучше уж снова провалиться в узел.

Она не знала, как справиться с глубоким и острым волнением, которое испытывала впервые в жизни. Просто чувствовала, как из груди разливается жар, охватывая лицо, руки и ноги. Долго подавляемые чувства начали выходить из-под контроля, словно наводнение, захлестнувшее её разум.

— Эхинацея?

[Эй, ты чего? Стоя спишь, что ли?]

Она так задумалась, что не ответила на его вопрос. Он удивлённо позвал её по имени. Демонический меч тоже встрял, словно ткнув в бок. Эхи с трудом пришла в себя и открыла рот, чтобы ответить. Но что он только что спрашивал? Голова кружилась, и она уже забыла его слова. Она замялась и, наконец, тихо сказала:

— П-простите. Я не расслышала.

— …Я спросил, не случилось ли чего-то, что могло тебя расстроить.

Его голос слегка поник, будто он был расстроен её невнимательностью. Но Эхи, поглощённая собственными эмоциями, этого не заметила и поспешно покачала головой.

— Нет, ничего такого не случилось.

— Правда? Ди… Ты никого не встречала? — Он осёкся, словно проглотив имя, которое чуть было не сорвалось с языка, и задал вопрос иначе. Эхи растерялась.

Встретила ли она кого-то, из-за кого могла расстроиться? Он имеет в виду Брэда? Откуда Юриен знает этого человека? Из-за конфликтов между клубами? Может, клуб Брэда натворил что-то такое, что дошло даже до ушей главы ордена? Мысли в её голове быстро замелькали одна за другой. Она машинально ответила:

— Если вы о конфликте между клубами, то мы решили его дуэлью. Это не особо испортило мне настроение.

— …Конфликт между клубами? О чём ты?

— Разве вы не об этом спрашивали?

— Нет, я… — Разговор явно не клеился. Юриен, замешкавшись, снова заговорил спокойным голосом: — Кроме конфликта клубов. Ты не встречала кого-нибудь ещё? Кого-то, кто не является кадетом?

— Не кадета? Нет, никого такого я не видела.

О ком он вообще говорит? Эхи внутренне удивилась. Она услышала, как Юриен неглубоко вздохнул.

— Тогда ладно… Ты уже поправилась?

— Да, я полностью здорова. Если у вас есть задания, я готова немедленно приступить к обязанностям оруженосца.

— Нет, ничего такого. Отдохни как следует. Извини, что отнял твоё время.

Это прозвучало сухо и официально. Эхи ожидала, что он сейчас развернётся и уйдёт. Но он лишь слегка пошевелился, будто собираясь шагнуть, и тут же замер. Его взгляд снова остановился на её лбу. Она по-прежнему стояла, опустив голову, избегая его глаз. Юриен тихо спросил:

— Эхинацея. Тебе неприятно находиться со мной рядом?

Похоже на его вопрос в конюшне. Но сейчас голос Юриена звучал тяжелее и грустнее. Слабый, едва заметный трепет в его голосе вызвал у неё почему-то такую жалость, что она невольно подняла голову.

— Нет, не неприятно. Дело не в этом…

Но стоило ей встретиться взглядом с его пристальными глазами, как слова застряли в горле. Он смотрел на неё внимательно, тонкие черты лица были сосредоточены на ней. Длинные ресницы дрогнули, опустились, придавая его взгляду печальное выражение. Голубые глаза слегка подрагивали, словно отражение неба в воде. Он чуть нахмурился и тихо спросил:

— Если не неприятно, то почему ты… не смотришь на меня?

Лицо Юриена было таким печальным, словно он был ранен её поведением.

«Я сейчас с ума сойду», — только такая мысль крутилась в её голове. После того как она осознала свои чувства, смотреть на него было слишком сильным потрясением. У неё не было иммунитета к подобным вещам. Лицо Эхи запылало от подбородка до самой макушки. Её разум уже давно унесло потоком эмоций. Она сама не понимала, что говорит, когда губы приоткрылись:

— Потому что вы красивый.

— …

[…Эй, ты… что-то не то съела?]

Демонический меч спросил неожиданно неуверенным голосом. Прямо перед ней глаза Юриена широко распахнулись. Он слегка приоткрыл рот от удивления. Между ними повисла неловкая тишина. Только сейчас Эхи осознала, что именно она только что сказала.

«Красивый… Что? Я совершенно точно сошла с ума».

Ей захотелось просто исчезнуть на месте. Что там вообще делает Лакиагиоса? Почему не создаёт узел в такой ненормальной ситуации, которая никогда бы не произошла до её регрессии? Эхи поспешно отвела взгляд от Юриена. Её лицо исказилось, будто она вот-вот расплачется. Нет, она действительно была готова заплакать.

И тут он тихо рассмеялся. Юриен прикрыл рот рукой, сдерживая смех. Эхи снова опустила голову, уставившись на кружева своего платья. Ей было так стыдно, что хотелось умереть. В этот момент она услышала, как демонический меч цокнул языком. Проклятый меч…

Эхи не поднимала головы, пока он не перестал смеяться. Поэтому она не увидела, как в его взгляде и выражении лица появилось осознание чего-то важного и решимость.

Он успокоил дыхание и проговорил голосом, в котором ещё звучала улыбка:

— Эхинацея.

— Д-да! Простите, лорд. Я на секунду лишилась рассудка…

— Нет, ничего страшного. Просто…

Юриен на мгновение замялся. Когда его голос затих, Эхи слегка подняла голову. Он смотрел куда-то в пустоту, словно о чём-то размышляя. Неосознанно её взгляд скользнул по его профилю. Внезапно он повернулся и посмотрел на неё. Эхи вздрогнула и поспешно отвела глаза, притворившись, что ничего не видела.

— Послезавтра мне нужно покинуть Азенку по одному делу. Возможно, это займёт немало времени. И может оказаться опасным. К тому же я не смогу участвовать в общем рейтинговом турнире военной академии. Несмотря на это, пойдёшь ли ты со мной?

— …Что?

Она была настолько ошарашена неожиданным предложением, что переспросила, не сумев скрыть удивления. Юриен спокойно продолжил объяснять:

— Вообще-то я собирался отправиться один, но… если тебе не слишком неудобно находиться рядом со мной, я хотел бы, чтобы ты отправилась вместе со мной. Это не приказ, а просьба, так что, если ты не хочешь, можешь отказаться.

— А в чём заключается миссия?

— Сейчас я не могу рассказать подробности… Понимаю, что трудно сразу принять решение. Если согласишься, сообщи мне до завтрашнего дня. Если ничего не скажешь, я приму это за отказ. Повторюсь: не нужно чувствовать себя обязанной.

Он говорил очень осторожно, словно боясь услышать ответ. Увидев выражение его лица, Эхи инстинктивно ответила:

— Нет, я пойду с вами. Это ведь нормально, что оруженосец сопровождает своего лорда на задании.

И тут же пожалела об этом.

«Подожди… Возможно, Юриен просто хочет проверить, не являюсь ли я демоном проклятого меча, там, где никто не помешает. Может быть, он решил устранить переменную, прежде чем принимать решение о помолвке».

Эта мысль болезненно кольнула её изнутри. Сердце, только что окрасившееся новыми чувствами, мгновенно опустилось. В груди разлилась та же горькая боль, что и тогда, когда она смотрела на недостижимый священный меч. Но прежде чем девушка окончательно погрузилась в это чувство, Юриен вдруг улыбнулся ей. Улыбка была такая радостная и живая, словно у мальчишки. Щёки его слегка порозовели, уголки глаз мягко прищурились. Мысли Эхи замерли.

— Спасибо, — произнёс он с явно довольным голосом и тут же поспешил продолжить, словно опасаясь, что она передумает. — Тогда послезавтра в десять утра приходи в кабинет командующего, подготовившись к путешествию. Поездка займёт как минимум неделю, а возможно, и месяц, в зависимости от обстоятельств. Учти это при сборах. Если что-то понадобится, обратись к служащему администрации.

— …Да, лорд.

— Я буду ждать, Эхинацея.

Сказав это тепло и мягко, Юриен развернулся и ушёл. Эхи ошеломлённо смотрела ему вслед. Она чувствовала, что только что приняла какое-то очень серьёзное решение. Решение, из-за которого её тайна могла раскрыться. От этого сердце болезненно сжалось. Но несмотря на это, настроение вдруг резко улучшилось, и здравый смысл отказался возвращаться. Перед глазами стояла только его улыбка. Если она сумеет скрыть свою сущность, то, возможно… нет, даже если так, что насчёт помолвки? А те обстоятельства, в которых он оказался и из которых не может выбраться?

«Не понимаю… Сейчас голова совершенно не работает».

[Хозяйка, ты какая-то странная! Зачем согласилась? Ты должна избегать его, а не наоборот! Что будешь делать, если останетесь наедине и он всё узнает?]

— Я сама не знаю, так что не спрашивай.

[Что? Ты же сама приняла решение! Как это не знаешь? А, может, ты хочешь убить его, когда останетесь вдвоём? Ого, а это неплохая идея! В ордене слишком много глаз, а вот в тихом месте можно, а-а, ай! Ой! Эй, что ты делаешь?!]

Эхи направила ману в сжатую правую руку. Демонический меч тут же начал жалобно причитать, но она не переставала вливать ману, пока не вернулась в общежитие. И жар на её покрасневших щеках так и не спал. Настолько, что когда она вернулась, Алиса обеспокоенно спросила, не поднялась ли у неё снова температура.

* * *

На следующее утро, едва открыв глаза, Эхи тут же пожалела о своём решении.

«Я сошла с ума. Зачем я вообще согласилась?»

Она не могла поверить, что приняла такое решение. И хуже всего было то, что прекрасно понимала причину. Более того, она не могла быть уверена, что в следующий раз отказалась бы. Потому что лицо Юриена, спрашивающего её, почему она избегает его взгляда, было слишком печальным. Потому что ей не хотелось снова видеть такое выражение на его лице. Потому что его улыбка, когда она согласилась, была такой счастливой и искренней, словно у мальчишки. Уже ради одной этой улыбки стоило согласиться.

«Нечестно — делать такое лицо».

Эхи раздражённо сжала в руках подушку и уткнулась лицом в одеяло. Её розовые волосы рассыпались по белой ткани. Она задумчиво наматывала пряди на палец и отпускала их обратно.

«Я всегда была такой слабой к красивым лицам? Или дело именно в Юриене?»

Девушка не могла понять, что именно повлияло на неё сильнее — то ли её собственная слабость к красоте, то ли то, что это был именно он — человек, которого она впервые полюбила. Юриен был высоким, стройным и подтянутым, с телом, натренированным как подобает рыцарю, и в нём не было ничего женственного. Но из-за тонких, изящных черт лица он казался прекрасным, словно резная статуя из мрамора.

«И всё-таки, подумаешь, красивый… да, красивый…»

— Ай!

Вспоминая вчерашний конфуз, девушка слишком сильно потянула прядь и случайно вырвала несколько волосков. Она растерянно посмотрела на свою руку и вздохнула.

http://tl.rulate.ru/book/65139/3271731