Готовый перевод The Flower with a Sword / Цветок, держащий меч: 005

Глава 5                                                                 

* * *

Спустя 9 лет после того решения, весной 1644 года по новому календарю. Эхинацея шла по разрушенному храму — главный храм павшего города Азенка, лежавшего теперь в руинах. Священная земля рыцарей, Азенка превратилась в проклятые пустоши, где больше никто не жил. Почти ничего не осталось. Однако среди руин храма было кое-что, что не смогли унести человеческие руки.

Священный меч Кайросгиоса. Клинок, созданный богом, закалившим в нем время.

Другой священный меч, повелевающий пространством, давно исчез, затерявшись в пространственных потоках. Но меч времени всегда оставался на этой земле, задолго до того, как легенда о Гиосе стала известна людям. Именно поэтому здесь обосновался Орден Лазурного Неба, и возник город Азенка, не принадлежащий ни одной стране.

Кайросгиоса был воткнут в землю посреди руин. Легкий и изящный клинок, переливающийся всеми оттенками света. Украшавшие его алтарь и скульптуры уже давно были разрушены, но и без них меч оставался загадочным. Он — доказательство существования бога, которого нельзя ни увидеть, ни услышать, ни коснуться. Человек не мог взять этот меч. Сколько ни тянись, рука словно натыкалась на невидимую стену, не позволяя даже коснуться его. Но Эхи должна была взять этот меч.

Она носила старую, потрепанную кожаную одежду, волосы ее коротко обрезаны, а на теле виднелись следы долгих странствий. Рука, протянутая к мечу, покрыта шрамами и ранами. В лучшем случае ее можно было принять за наемника, а в худшем — за бродягу. И все же священный меч позволил ей взять себя в руки.

Ничего особенного не произошло. Просто меч, которого никто не мог коснуться, оказался в ладони. В этот момент в ее сознании прозвучал голос. Бесполый и таинственный, словно принадлежавший заколдованному мечу.

[Человек, достойный этого меча, чего ты желаешь?]

— …Кайросгиоса.

Эхи несколько раз облизнула пересохшие губы и ответила хриплым голосом:

— Отправь меня обратно в прошлое, туда, где я еще никого не убила.

Меч ненадолго замолчал, а затем медленно спросил:

[Зачем ты хочешь вернуться в прошлое?]

— Потому что хочу спасти их.

[Кого?]

— …Тех, кого я убила.

[Ты убила их своими руками, а теперь хочешь вернуть к жизни?]

— Я… Я не хотела их убивать!..

Рука, сжимавшая меч, задрожала. Из прокушенных губ на землю капнула кровь. Священный меч прочитал прожитое ею время и понял.

[Ясно. А что потом?]

— Потом?..

[Если время вернется назад, все убитые тобой будут живы. Что ты станешь делать в мире, где они живут? На что ты потратишь дарованное тебе время?]

Она потеряла дар речи. Тридцатипятилетняя Эхинацея, которая двигалась вперед, имея лишь одну цель — вернуть всех к жизни, впервые задумалась о том, что будет потом.

«Чего я хотела? Почему я хотела их спасти? Почему я хотела изменить прошлое?»

Она растерянно пробормотала:

— …Я просто буду жить.

[Просто жить? Только и всего? Ты и сейчас жива.]

— Сейчас я почти мертва.

[Почему?]

— Потому что сейчас… я не могу быть счастливой. Я даже спокойно заснуть не могу…

Слова вырвались прежде, чем она успела обдумать их. Только сказав это, осознала. Она хотела быть счастливой. И хотя не знала точно, что именно означало для нее счастье, ясно одно — после того, как своими руками убила всех, кого любила, счастье стало невозможным. Поэтому ей пришлось изменить все. Ради этого она безумно собирала Гиосы последние девять лет и не помнила, когда в последний раз нормально спала или улыбалась.

Священный меч наконец удовлетворился ее ответом. Клинок мягко засиял.

[Хорошо. Я одолжу тебе свою силу, достойный человек.]

Тело охватило странное, головокружительное ощущение. Все вокруг стало расплываться. Перед тем как исчезнуть, меч произнес последнее напутствие:

[Второго чуда не будет. Поэтому сделай все возможное, чтобы стать счастливой.]

Меч пришел в движение.

Эхинацея Роаз успешно вернулась назад во времени. На пятнадцать лет назад, в те времена, когда она была всего лишь обычной дочерью графа.

1. Что изменилось, а что осталось прежним

Она ощутила мягкость и свежесть. Неосознанно прижавшись щекой к чему-то приятному, Эхи внезапно вздрогнула и открыла глаза. Ее тело мгновенно, словно вода, поднялось, правая рука опустилась вниз, центр тяжести переместился — она интуитивно приняла боевую стойку, готовая отреагировать на любую угрозу.

Шелест.

Длинные волосы, взметнувшиеся из-за резкого движения, плавно опустились обратно. Она растерянно смотрела на них. Нежные волнистые локоны бледно-розового цвета. Они слегка растрепались после сна, но видно, что за ними тщательно ухаживали, не жалея средств и усилий.

— Ах…

Она невольно сжала прядь волос в руке. Содержать длинные волосы — хлопотное дело. С тех пор, как вернула себе тело после проклятого меча, всегда ходила с короткими волосами. А теперь вдруг такие длинные, да еще и не окрашенные в черный цвет. Светлые пряди волос лежали в белой и мягкой, без единой царапинки руке. Даже ногти аккуратно ухожены.

Эхи опустила взгляд на свое тело. Под шелковой пижамой тело было тонким и мягким. Она опустила ноги с кровати. Белоснежные ступни были совершенно без мозолей. Под кроватью стояли розовые тапочки с кружевами. Вещь, смутно знакомая по воспоминаниям. Надев их, девушка подняла голову. Некоторое время она молча рассматривала легкий балдахин, нависавший над кроватью, затем отодвинула его и встала.

— Моя… комната…

Перед глазами предстала знакомая уютная комната, мило обставленная. Шатаясь, Эхи подошла к окну. Из слегка приоткрытого окна дул ветерок, колыхая белые занавески. Она отодвинула занавеску и выглянула наружу.

Весна. В саду виднелись молодые, нежно-зеленые побеги и бутоны цветов. Перед кустами сидел садовник и подрезал ветки. Чуть дальше за садом находилась тренировочная площадка. Там, под руководством рыцаря, бегал мальчик со светло-коричневыми волосами.

— Лансел… рид.

Эхи тихо произнесла имя мальчика. Имя брата, который был младше на три года.

<Сестра… почему…>

Это были его последние слова, прежде чем он умер, захлебнувшись кровью. Один из самых ярких ее кошмаров. В глазах девушки отразилась паника.

Эхи распахнула окно и выпрыгнула из своей комнаты на втором этаже. Голова была такой же пустой и белой, как колыхавшиеся занавески. Даже не задумываясь, она автоматически направила поток маны. Хотя ее тело еще не сформировало ядро и не накопило достаточного количества маны, для нее это не было большой проблемой.

Она мягко приземлилась, словно кошка. Взгляд ее приковался к тренировочной площадке. Когда она побежала, тапочки слетели с ее ног и покатились по земле. Девушка не обращала на это внимания. Босиком, словно летя, она ворвалась на тренировочную площадку.

— Госпожа?..

Не обращая внимания на ошеломленного рыцаря, она тут же обняла Ланселя. Похожие на ее собственные фиолетовые глаза мальчика округлились от удивления.

— А-а?

Мальчик не выдержал ее натиска и упал на землю. Эхи обхватила шею брата и прижалась ухом к его груди. Сердце мальчика билось ровно и сильно. Она потеряла дар речи.

— Сестра?..

— Лансел, Ланселрид Роаз. Ты жив… ты правда жив.

— Что вы несете с самого утра? Да и вообще, разве вы когда-нибудь вставали в такое время?

Смущенный Лансел попытался отстранить ее, но тут же замер в ужасе. Пижама плотно облегала тело сестры, подчеркивая изгибы груди, белые ноги и хрупкие плечи. Эхинацея была в таком виде, что Ланселю стало некуда девать глаза. Он вскрикнул и быстро снял с себя рубашку.

— Что это за наряд такой?! Вы с ума сошли?

— Я…

— Знаю-знаю, вы терпеть не можете запах пота. Потерпите немного. Кто вас вообще просил приходить сюда в таком виде и в такое время?

Лансел решительно накинул на нее свою рубашку. Рыцарь, обучавший мальчика, смущенно отвернулся, не решаясь смотреть прямо на девушку, и кашлянул.

— Молодой господин, сначала проводите госпожу обратно…

— Да, я отведу сестру в дом. Сегодняшнюю утреннюю тренировку можно закончить на этом?

— В следующий раз компенсируем. Хорошо позанимались.

— Спасибо, сэр. Сестра, вставайте… Почему вы вообще босиком?

Поднимая Эхи, Лансел тихо пробормотал, не веря своим глазам:

— Вы что, кошмар увидели? Выглядите так, будто только что проснулись.

— Кошмар…

Эхи, которая до этого смотрела на брата рассеянным взглядом, вдруг резко пришла в себя. Она неожиданно сильно притянула Ланселя к себе. Обычно ее силы хватало лишь на то, чтобы соответствовать образу нежной барышни, но сейчас Лансел едва не упал от неожиданной мощи. Он едва удержался на ногах, а она, схватив его за плечи, пристально заглянула ему в глаза. Глаза Эхинацеи горели необычайно ярко. От странного давления Лансел забыл, что собирался сказать.

— Лансел.

— Да, сестра?

— Какое сегодня число?                                

— Что?

— Год, месяц, день. Быстро.

— Сейчас… 1629 год, 17 марта. Сестра, что с вами? Что-то случилось?

— 1629…

Эхи отпустила Ланселя. Ее лицо исказилось, непонятно было, плачет она или смеется.

— Получилось. У меня получилось…

Ноги подкосились, и она прямо так опустилась на землю тренировочной площадки. Дрожащими руками девушка попыталась потереть лицо, но замерла, заметив на своей ладони странный черный узор, совершенно не подходящий белой коже.

Она прекрасно знала, что это за знак. Зубы сами собой сжались с такой силой, что раздался скрежет. От ее внезапно вспыхнувшей убийственной ауры Лансел побледнел.

— Сестра? Вы выглядите странно. Вам плохо?

— Видимо, госпожа нездорова. Позвольте мне… ух!

Рыцарь попытался приблизиться и поднять ее, но был отброшен в сторону. Эхи, инстинктивно оттолкнув его, несколько раз открыла и закрыла рот, затем быстро замотала головой.

— Лансел, прости, со мной все в порядке!

— Сестра!

Выкрикнув первые попавшиеся слова, Эхи вскочила и исчезла, словно ветер. Ее движения были настолько быстрыми, что ни Лансел, ни рыцарь не успели даже проследить за ней взглядом. Ошеломленные, они смотрели на рубашку Ланселя, которую она обронила на землю.

http://tl.rulate.ru/book/65139/3239196