Готовый перевод My Post-Apocalyptic Shelter Levels Up Infinitely! / Постапокалипсис: бесконечное повышение уровня убежища! / ПБПУУ: Глава 123 — Над Пустошью, под преисподней

Впервые он осматривал весь Селитряный лагерь с такого ракурса, со стороны тыла.

Су Мо снова ощутил то, что называют великой мощью природы. С такой селитряной жилой, если вести непрерывную добычу только для снаряжения боеприпасов, её не исчерпать и за десятилетия!

Глядя вниз со склона селитряной горы, он видел, что большинство построек в лагере после получасовой задержки разгорались всё сильнее. Некоторые маленькие домики и вовсе сгорели дотла, превратившись в огромные груды углей, которые продолжали отдавать земле свое последнее тепло.

Воздух над лагерем дрожал от жара, волны тепла били в лицо. Проходя сквозь море огня, Су Мо с удивлением обнаружил, что снег внутри лагеря начал медленно таять, а земля стала скользкой. Когда он шел вглубь, возникало ощущение, будто он перенесся из зимы прямо в весну.

Заглянув в Пространство для хранения и обнаружив, что ядро, принадлежавшее Маэде Кэнто, уже доступно для слияния, Су Мо легким шагом направился к центру площадки.

В центре люди сами собой расчистили круг площадью около четырехсот-пятисот квадратных метров. Там же на земле были сложены немногочисленные припасы.

Первым делом в глаза бросались огромные глыбы селитряной руды. Как и те, что он захватил раньше, эти глыбы были высочайшей чистоты — один их вид радовал глаз. Если удастся перевезти всю эту селитру, из неё можно будет изготовить как минимум пятьсот цзиней пикриновой кислоты!

Рядом с селитрой вперемешку лежали мешки с едой и сундуки, выпавшие после убийства кобольдов. Пока небольшая часть людей разбирала вещи на месте, большинство продолжало спасать имущество из огня. Время от времени раздавался треск ломающейся древесины, вызывая испуганные вскрики.

Не мешая людям приводить припасы в порядок, Су Мо обошел лагерь по кругу, поджигая те дома, что еще не занялись огнем. Он хотел убедиться, что кобольдам не останется ни крупицы ресурсов.

Из-за плотной застройки вскоре все строения были охвачены пламенем, которое весело плясало на легком ветру.

Попробовав по очереди и убедившись, что все ядра убежищ разблокированы, Су Мо с удовлетворением присел в тени, ожидая, пока беженцы закончат перетаскивать и собирать вещи.

У него были свои планы на то, куда отправить этих людей. Но в то же время Су Мо нужно было проверить их качества.

Кобольды захватили лагерь меньше суток назад, поэтому даже если здесь и были припасы, их хватало лишь на день-два. Чтобы накопить больше ресурсов, нужно было дождаться следующей повозки с подкреплением от кобольдов. Это подтверждалось тем малым количеством добра, что удалось собрать с земли.

Постепенно все вернулись в центр площадки. Глядя на лежащие на земле «огромные» запасы, люди смотрели на них горящими глазами.

Многие дни они не ели досыта. Сначала львинолюди гнали их, заставляя скитаться в поисках спасения, а когда они с трудом вернулись в лагерь, их схватили и заставили копать руду. Группа людей почти не отдыхала, проводя дни в бесконечных переходах по заснеженной Пустоши.

Желудки протестующе урчали, во рту скапливалась кислая слюна. Припасы на земле были невероятно соблазнительны, и хотя все знали, что они принадлежат таинственному «Су Бу», это не мешало им смотреть на них с жадностью.

— Может... давайте разделим эти припасы и просто уйдем? Пойдем в какую-нибудь сторону, рано или поздно наткнемся на поселение наших...

— Да, давайте разделим этот скарб. В этом мире всё равно осталось жить считанные дни, зачем нам себя мучить и голодать!

Стоило первому человеку подать голос, как остальные наперебой начали подхватывать. Однако...

На словах каждый был смелее другого, но когда дело доходило до того, чтобы действительно коснуться этих припасов, никто не решался протянуть руку.

Сидя на снегу и слушая урчание в чужих животах, люди понуро смотрели друг на друга, но в то же время в них проснулось чувство облегчения, отличное от голода и холода.

И дело было не в том, что Су Мо произвел на них слишком глубокое впечатление и они боялись брать. И не в том, что в этих людях сохранились моральные устои цивилизованной эпохи.

Просто если они возьмут вещи, то куда им идти?

Лагерь, от которого зависело их выживание, превратился в руины. «Кобольды», которые их защищали, перебиты или бежали. Этих припасов хватит на день, на два.

А что потом?

Скоро начнется снежная буря, грядет новый виток катастрофы. Без места, где можно укрыться от беды, взять припасы — значит добровольно выбрать путь к смерти.

— Шэнь-ва, как думаешь, этот господин Су Бу позволит нам присоединиться к его убежищу? — мужчина средних лет положил руку на плечо Чэнь Шэню, его лицо выражало крайнюю тревогу.

Этот вопрос озвучил не только его сокровенные мысли, но и чаяния всех присутствующих здесь китайцев. Если бы сегодня пришел иностранец, у них бы не возникло такого сильного желания примкнуть к нему.

Но услышав имя Су Бу и узнав, что он тоже китаец, укоренившееся в глубине души чувство национального единства заставило их ощутить необъяснимую близость к этому свирепому и могучему человеку, которую не поняли бы иностранцы.

В то же время поступки предателей вроде Ин Сюна тяжким грузом лежали у них на сердце, заставляя гадать: не окажется ли и этот человек столь же жестокосердным?

— Не волнуйся, дядя. Он такой сильный, он точно не будет таким, как те люди. К тому же, разве может быть кто-то хуже этого скота Ин Сюна?

После этих слов все замолчали.

Действительно, в таком мире и при таких катастрофах — куда уж хуже?

Будь сейчас обычные времена, они бы со своей силой, работая руками и возделывая землю, смогли бы кое-как выжить. Но катастрофы наступали циклично. Приютить их — значит взять на себя огромный расход ресурсов, при этом из-за бедствий нельзя будет выходить на работы...

Беженцы, которые только что радовались победе над кобольдами, мгновенно приуныли. Каждый молча сидел на земле, погруженный в свои мысли.

Так продолжалось до тех пор, пока из тени не вышел Су Мо.

В этот момент беженцы, сидевшие в центре, заметили его. Все замерли на месте, не зная, что делать.

По сравнению с прежним обликом в кровавой броне, нынешний наряд Су Мо наконец-то напоминал «нормального человека». Если не считать запаха крови, забившейся в щели доспехов, которую он не успел до конца вычистить, он, по крайней мере, больше не подавлял своей аурой так сильно, как раньше.

Посмотрев на припасы, Су Мо удовлетворенно кивнул и громко обратился к толпе:

— Чэнь Шэнь, выйди вперед, у меня есть к тебе разговор!

Услышав свое имя, юноша просиял от радости, поспешно вскочил и подбежал к нему:

— Господин, какие будут приказания?

— Называй меня Брат Су, давай без этого пафоса, — Су Мо жестом позвал Чэнь Шэня за собой, и они вдвоем поднялись на возвышенность, глядя на бушующее внизу море огня.

Помолчав, Су Мо снова заговорил:

— Где вы жили?

Сгоревшие комнаты принадлежали либо Маэде Кэнто и его прихвостням, либо кобольдам. Места, где ютились беженцы, он пока не видел.

Услышав вопрос Су Мо, Чэнь Шэнь помрачнел:

— Брат Су, пойдемте со мной.

Склоны холмов разной высоты повсюду обнажали залежи селитры. Су Мо шел за Чэнь Шэнем, пока после нескольких поворотов в поле его зрения не показалась землянка, прикрытая сверху растительными волокнами.

Эти землянки не были обустроены должным образом. Когда травяной навес приоткрыли, оттуда вырвался поток неописуемого зловония. Даже через фильтры противогаза запах был таким сильным, что Су Мо едва устоял на ногах.

Всего землянок было три. Судя по количеству людей, это соответствовало действительности.

— Сколько вас всего было? Где остальные? Куда они делись? — Су Мо заглянул в первую землянку, пытаясь осмотреться, и одновременно задал вопрос стоявшему сзади Чэнь Шэню.

— Все мертвы. Те, кто бежал медленно, погибли. Осталось совсем немного. Раньше нас, китайцев, было больше тридцати, теперь осталось только одиннадцать... и все они из моей семьи Чэнь...

Чэнь Шэнь говорил об этом очень буднично, словно речь шла о смерти курицы, не выказывая никаких эмоций.

Су Мо промолчал. Он знал, что это — онемение души. Когда долго живешь в таких условиях, начинаешь смотреть на вещи проще. Когда видишь слишком много смертей, само понятие смерти перестает пугать.

Выйдя из первой землянки, Су Мо открыл вторую и забрался внутрь.

Однако на этот раз, оказавшись внутри, Су Мо резко изменился в лице.

Его поза и движения мгновенно преобразились, от него начала исходить аура еще более пугающая, чем во время боя.

В углу землянки женщина прижимала к себе младенца в пеленках. Увидев вошедшего Су Мо, она испуганно забилась вглубь. Казалось, она до смерти боится, что он отнимет ребенка. Почувствовав всплеск его ауры, она резко развернулась, закрывая младенца собой и подставляя Су Мо спину, а затем оглянулась, и в её глазах застыла мольба.

— Почему?

— Почему здесь младенец?!

П.П. Если вам понравился перевод, то поставьте лайк, киньте спасибо на главу и посмотрите мои другие переводы. Там много интересного)

http://tl.rulate.ru/book/59877/2019564