Готовый перевод Hail Hydra? / Марвел: Я в Гидре?: Глава 8. VII День благодарения

Нельзя сказать, что я был в полнейшем шоке. Я допускал мысль, что Драма может быть из Гидры. Но на тот момент это казалось неважным: она выглядела такой патриотичной и милой, что я убедил себя, будто выдумываю её причастность к Гидре лишь для того, чтобы оправдать собственные манипуляции ею. Поэтому, когда момент истины настал, я почувствовал себя просто дураком. Это лишний раз доказывает: неважно, насколько человек мил с тобой, насколько он вежлив, заботлив или порядочен в твоём присутствии — он всё равно может быть грубым, безразличным или жестоким с другими.

Мне удалось выторговать день на раздумья, прежде чем дать ответ. За это время я извёл себя и съел непомерное количество сладостей. Я прорабатывал очевидные пути отхода. Мог бы найти Колсона и выложить ему всё: как я здесь оказался, что знаю и кто моя девушка. Мог бы связаться со Старком, помочь ему найти тот элемент, что спрятал его отец, и отсидеться в его подвале пару лет. Были и другие планы, одни правдоподобнее других.

Но я этого не сделал. Себе я объяснил это так: Гидра может дать мне доступ к двум вещам. К Тессеракту или, если не выйдет, к Скипетру с Камнем Разума — в случае, если мы отобьём атаку прихвостней Локи и Таноса. В долгосрочной перспективе, получи я доступ к любому из них, я мог бы использовать мощь камня, чтобы уничтожить сам камень. Это предотвратило бы Щелчок. А если действовать достаточно быстро, то и вторжение в Нью-Йорк. Помогало и то, что для меня Гидра была лишь кинозлодеями. Я не испытывал к ним того естественного, нутряного отвращения, которое возникло бы по отношению к настоящим нацистам.

И вот я в Луизиане, стою перед большим домом в плантаторском стиле. На мне приличная рубашка и брюки, на лице — выражение «мечта любой мамы», а в пакете — ингредиенты для пирога. Рядом Драма, заметно нервничающая в джинсах и нарядной блузке. ─ Всё будет хорошо, ─ сказал я, протягивая руку к звонку.

─ Отнесись к этому серьезно, ─ прошептала она с паникой в голосе.

─ Дорогая, ─ ответил я, ─ не думаю, что вид загнанного зверя произведет хорошее впечатление. По правде говоря, я перевёл фокус внимания на сознательный контроль своих эмоций и не собирался отключать его до конца этого ужасного дня.

Она слегка усмехнулась, и вовремя: дверь открыла её мать. Миссис Альбертсон выглядела лет на пятьдесят, хотя наверняка была старше; слегка вьющиеся светлые волосы, кардиган и платье до колен. Она обняла дочь, у которой руки были свободны. ─ Ну же, заходите, ─ весело сказала она, коснувшись моего плеча, когда я переступал порог. ─ Отнеси это на кухню, милый.

─ Слушаюсь, мэм, ─ улыбнулся я. ─ Драма говорила, что вы не захотите моей помощи в готовке.

─ О, дорогуша, я уверена, ты отлично готовишь. Просто я люблю, чтобы всё было по-моему, так что не обижайся.

─ Что вы, я лишь хочу, чтобы вам было комфортнее. Если для этого нужно поболтать, пока вы у плиты, или, наоборот, не отсвечивать в гостиной — я к вашим услугам.

─ Очень мило с твоей стороны, ─ отозвалась миссис Альбертсон, пока я аккуратно и незаметно раскладывал принесенные продукты. ─ Если мне понадобится компания, я обязательно крикну, но, думаю, мой муж хочет познакомиться с первым парнем, которого наша Драма привела домой.

Я усмехнулся и вежливо попрощался: ─ Слушаюсь, мэм.

Отец Драмы, мистер Грегори Альбертсон, был серьёзным мужиком. Воевал во Вьетнаме в начале семидесятых, где познакомился с братом миссис Альбертсон, с которым позже провёл немало совместных «кампаний». Мистер Андерсон стал финансистом, поднявшись в «Роксон», а Филип Холт, ныне губернатор Луизианы, был прожжённым политиком-популистом. Невозможно было понять, кто из них двоих был «оригинальным» членом Гидры, но, скорее всего, кто-то точно был. Хотя я даже не знал, имеет ли это значение.

Мистеру Андерсону было около шестидесяти: широкоплечий, с тонким слоем жирка поверх старых мышц, с короткой и опрятной стрижкой. Он пожал мне руку с дружелюбной улыбкой, прежде чем опуститься в кожаное кресло в гостиной. ─ Значит, Драма говорит, ты работаешь в энергетике. Тяжелые выдались недельки?

Я не был уверен, какой ответ больше понравится члену Гидры. Выдать корпоративную жвачку, чтобы показать свою хватку, или сказать правду, чтобы втереться в доверие? ─ Вам выдать корпоративную чушь или горькую правду?

─ Хм-м, ─ протянул он. ─ Давай корпоративную чушь.

─ Очевидно, мы меняем долгосрочную стратегию. В следующем году мы сворачиваем исследования в области ветрогенерации, удваиваем ставку на аккумуляторы, готовясь к избытку энергии на рынке, и даем более консервативные прогнозы по расширению солнечной энергетики. Тем не менее, у нас есть все основания для оптимизма: в регионах с дешевой солнечной энергией мы останемся конкурентоспособными и сможем обставить даже «Старк Индастриз». В сельской местности, особенно в солнечных штатах, мы будем превосходить капиталоёмкие стратегии Старка ближайшие лет пятьдесят. К тому же наш продукт имеет более широкий международный охват и менее монополизирован.

─ Неплохо, весьма неплохо, ─ одобрительно кивнул он. ─ А теперь горькая правда?

─ Раньше нам приходилось затягивать пояс на две дырки, а теперь они просто закончились. Но думаю, в среднесрочной перспективе мы выкарабкаемся.

─ Немногие могут похвастаться таким положением, если это правда, ─ сказал мистер Андерсон, откидываясь на спинку кресла. ─ В «Роксон» сейчас творится безумие, особенно из-за того, что авария совпала с текущими событиями.

Узнай я эту новость при других обстоятельствах, я бы победно вскинул кулак и расхохотался. Я знал, что нефтегазовая отрасль пострадала сильнее моей, и известие о том, что «бабах» задел и их, только грело душу. «Роксон» не обладал таким влиянием, как «Exxon-Mobil» (в этом мире компании больше привязаны к нациям), но в Штатах это была практически «Standard Oil», засунувшая пальцы во все пироги. Видеть, как она задыхается, было истинным удовольствием. Надеюсь, близость к краху удержит их от идеи взорвать Новый Орлеан. ─ Тяжело, ─ сочувственно произнес я вместо этого.

─ Прорвемся, ─ пожал он плечами. ─ «Роксон» не продержался бы семьдесят лет, не научившись держать удар.

Последовала череда пустых разговоров о делах, а затем:

─ Ты политикой интересуешься?

И что на это ответить, чтобы впечатлить участника международного заговора авторитаристов? ─ Ох, темы, которых стоит избегать при знакомстве с родителями, ─ рассмеялся я. Он тоже посмеялся, но промолчал, так что я продолжил: ─ Я считаю, что важно иметь правильных людей на нужных местах, но большинство политиков слишком жаждут угодить толпе вместо того, чтобы делать то, что должно.

─ Осторожнее, мой лучший друг — губернатор, ─ подмигнул он.

─ Я не слишком силен в тонкостях управления Луизианой, ─ соврал я. С момента моего переноса я читал со скоростью две тысячи слов в минуту и постоянно мониторил новости. Холт был мерзок. ─ Его энергетическая политика кажется прагматичной смесью, это единственное, на что я обращаю внимание. Он хотя бы не отрицал изменение климата, что для губернатора-республиканца из нефтяного штата в 2009 году уже было достижением, но на этом его плюсы заканчивались. ─ Надеюсь, я вас не обидел.

─ Нет-нет, думаю, Фил бы согласился с твоей оценкой, ─ сказал мистер Андерсон. Разговор снова вернулся в спокойное русло. Я кожей чувствовал, как он меня оценивает, и одобрение в его глазах было хорошим знаком.

Я отогнал мысль о том, как странно искать расположения фашиста. Я просто обрабатывал объект, только и всего.

Когда начали подтягиваться остальные родственники, я сохранял позитивный настрой: улыбался, много спрашивал и говорил как можно меньше. Я держал Драму за руку и перешептывался с ней в свободные минуты, но когда в доме набралось человек пятнадцать, я ускользнул на кухню к миссис Альбертсон.

─ Рада тебя видеть, милый, ─ сказала она, помешивая что-то в кастрюле. ─ Пытаешься сбежать от толпы?

─ Шумные вечеринки — не совсем моё, ─ признался я.

─ Драма так и говорила. Что ж, я понимаю, не волнуйся, ─ ответила она. ─ Ты рос в небольшой семье?

По «канону» я был единственным ребенком без дедушек, бабушек, дядей и тётей. ─ Да, ─ подтвердил я. ─ В основном только я и родители.

─ А теперь ты совсем один, ─ с сочувствием произнесла она.

─ Вроде того, ─ кивнул я. Мои настоящие родители, предположительно, были живы в моей реальности, но Дон и Сьюзи Трент были мертвы как камни. Моя легенда, подтвержденная паспортом и некрологами, гласила, что я скитался по миру, когда они скончались. Удобное оправдание отсутствию друзей.

─ Драма говорит, она беспокоится о твоей социальной жизни.

─ Ну, я хожу в церковь, на работу, у меня есть девушка, И я путешествую. Какая еще социальная жизнь мне нужна? Она неодобрительно хмыкнула. Неужели подозревает во мне шпиона? Или просто боится, что человек без привязанностей легко бросит её дочь? В любом случае, лучше было прояснить ситуацию сразу. ─ Ладно, это прозвучало дерзко. Послушайте, у меня были друзья до смерти родителей, но… ну, я не думаю, что большинство людей моего возраста способны общаться с кем-то настолько раздавленным горем. Я и сам был не в лучшем состоянии. Может, это моя вина. Просто трудно заводить друзей в двадцать восемь, когда твой главный жизненный опыт совершенно не совпадает с опытом сверстников. Я бы хотел наладить связи, честно, просто это тяжело. Мне не составило труда изобразить глубокую печаль. Оказаться в другой вселенной вдали от близких — это действительно паршиво.

Она сочувственно вздохнула: ─ Ох, милый, ну, ты скоро найдешь своих людей. В конце концов, ты же нашел Драму.

После этого я в основном задавал вопросы и слушал рассказы миссис Альбертсон, пока она готовила. В старом мире моей главной преградой было то, что в какой-то момент всегда хочется вставить свое слово. Теперь это перестало быть проблемой. Затем последовал шумный ужин с шутками и горой еды, футбольный матч (я болел за ту же команду, что и мистер Альбертсон), звонок брату Драмы в Ирак и карточная игра. Я не поддавался в открытую, но и не размазывал всех безжалостно, как когда-то Кло.

Когда мы уже собирались уходить, мистер Альбертсон крепко пожал мне руку и протянул визитку. ─ Это один крупный финансист, мой знакомый, ─ сказал он. ─ Если сможешь показать ему, как ты остаешься на плаву в энергетике, думаю, он выпишет тебе жирный чек. Дай мне пару дней, я предупрежу его о звонке. Я улыбнулся, поблагодарил его, принял объятия миссис Альбертсон и вышел за дверь под руку с Драмой.

─ Ты молодец, ─ сказала она. ─ Ты им очень понравился.

Последняя правка: 26 мая 2020 г.

#

http://tl.rulate.ru/book/54264/11933042