Тьма ночи обострила слух Сун Цы.
Крепче перехватив ятаган, парень неуверенно встал, подходя к окну и прислушиваясь к шуму на улице.
Громкий звук гонгов и барабанов приближался к постоялому двору, разбавляемый переливами девичьего смеха. Поняв, что свадебная процессия на подходе, Сун Цы тихо приоткрыл дверь и выскользнул наружу.
Густые облака закрыли собой луну, и во дворе почти ничего не было видно, однако это не помешало парню уверенно двигаться в темноте.
Он заметил, что свет озаряет ещё одну комнату на южном дворе. Судя по всему, кто-то из учеников тоже решил скоротать время перед сном за чтением книг, но это не касалось Сун Цы, поэтому он быстро потерял к этому интерес и двинулся дальше. Всё его внимание было приковано к приближающейся свадебной процессии.
За стеной, окружающей дворик, звуки труб и сона звучали всё отчетливей и громче. Но самое странное было то, что весь южный двор по-прежнему был полон спокойствия, как будто Сун Цы был единственным, кто слышал мелодию.
В паланкине должна была быть девушка из Лэ Юй. Если он позволит свадебной процессии достигнуть постоялого двора, то, возможно, ещё одна невеста сгинет с концами, как и все до неё.
Сун Цы не был полностью уверен, поэтому не стал принимать поспешных решений. Он крепко сжал ятаган и приготовился перелезть через стену, чтобы спасти девушку. Как только он встал на цыпочки, за его спиной раздался резкий стук. Звуки труб, сона и суматохи тотчас прекратились, погружая двор в тишину.
Этот неожиданный звук испугал Сун Цы, и он резко повернул голову, прокручивая ятаган в руке. Он был так сосредоточен на том, что происходило снаружи, но не учел, что кто-то мог подкрасться сзади!
В тусклом лунном свете перед дверью в комнату Сун Цы стояла женщина в красивом алом платье. Её плечи были наполовину обнажены, а бледная кожа особенно четко выделялась в темноте. Длинные волосы женщины были похожи на водопад, струясь черным шелком и ниспадая до пояса. Один только взгляд на её спину создавал впечатление, что она была прекрасной красавицей. Она вновь подняла руку и дважды постучалась.
Сун Цы не смел пошевелиться, молча наблюдая за женщиной, которая словно из ниоткуда появилась на пороге его комнаты и теперь тихо стучала в дверь. Спина парня покрылась холодным потом, пока он судорожно обдумывал дальнейший план действий.
Когда незнакомка, постучав несколько раз, не получила ответа, она вдруг напряглась и застыла, расправляя плечи. Постояв так немного и словно почувствовав Сун Цы за спиной, она медленно обернулась.
Сердце парня подскочило к горлу и он крепче перехватил рукоять ятагана, готовый в любой момент пустить его в дело. Он смотрел, как женщина медленно повернула голову, уставившись на него.
Расстояния примерно в десять шагов было бы достаточно, чтобы среагировать на внезапное нападение.
– Эй, – неожиданно раздался голос, и чья-то рука хлопнула Сун Цы по плечу. И так перепуганный парень чуть из штанов не выпрыгнул, едва подавляя вскрик. Он вздрогнул и резко отступил на несколько шагов. Но прежде чем он успел взмахнуть ятаганом, увидел, что это был тот самый Бородач.
Оглядев взлохмаченные волосы мужчины и небрежно накинутый на плечи плащ, Сун Цы пришел к выводу, что тот только что проснулся. Да и выглядел Бородач так, словно всё ещё пребывал в полудреме, силясь держать глаза открытыми.
Мужчина не обратил внимания на настороженность Сун Цы и чуть рассеянно спросил:
– Чего шатаешься посреди ночи, вместо того, чтобы спать?
Сун Цы затаил дыхание и держался настороже, готовый в любой момент броситься в бой.
Чуть отведя ятаган и скрыв его рукавом, он ответил:
– Я не смог заснуть и решил прогуляться перед сном, а вы почему здесь?
– Отлить пошел, – небрежно сказал Бородач. – Знал же, что не следует столько пить на ночь…
– Тогда не стану вас больше задерживать, – Сун Цы воспользовался возможностью спровадить внезапного собеседника.
Бородач кивнул и, пошатываясь, прошел мимо Сун Цы к уборной.
Проводив мужчину взглядом, парень снова оглянулся, с удивлением замечая, что женщина уже исчезла. Он испустил облегчённый вздох и лишь после этого понял, что на его лбу выступил тонкий слой пота.
«Ну ты и трус», – усмехнулся он про себя.
Тишина окутала всю местность, и не было слышно даже шороха за стеной – процессия полностью смолкла, словно и не было её там этой ночью.
Сун Цы забеспокоился о девушке в свадебном паланкине. Он повернул голову в сторону уборной, чтобы убедиться, что Бородач скрылся внутри, а после этого вновь подобрался к стене, вскарабкиваясь на неё.
Уже оказавшись наверху и высунув голову, Сун Цы увидел ярко-красный свадебный паланкин, стоящий внизу. Пять или шесть человек в красных одеждах держали гонги и соны, а четверо носильщиков стояли по всем сторонам паланкина.
В темноте ночи группа стояла неподвижно, подобно деревянным изваяниям, источая жуткую ауру.
Сун Цы легко и проворно спрыгнул со стены и приземлился на ноги, не издав ни звука. Сильный запах крови тут же накрыл его с головой и парень, поборов желание прикрыть нос, всмотрелся в свадебную процессию. Подойдя чуть ближе, он был потрясен, увидев, что лица всех этих людей напоминали собой скорее лишенное кожи кровавое месиво гнилого мяса.
Лишь глаза на их лицах сохраняли целый вид, но поддернутые белой пеленой совсем не выглядели живыми. Приблизившись ещё на пару шагов, Сун Цы понял, что все эти люди были женщинами.
Парень рассмотрел каждую из них и вскоре понял, что они выглядят одинаково: кожа на их лицах была каким-то образом содрана, что делало их одновременно жуткими и отвратительными.
Судя по всему, вторая молодая госпожа клана Ху не преувеличивала, говоря, что её провожатые были без лиц.
Женщины никак не отреагировали на появление Сун Цы. Точно деревянные марионетки, они стояли неподвижно и смотрели прямо перед собой.
Это придало Сун Цы больше смелости. Поняв, что ему ничего не грозит, парень даже ткнул в одну из них пальцем, после чего приоткрыл занавеску паланкина.
Как и ожидалось, внутри оказалась вторая молодая госпожа клана Ху, одетая в ярко-красную мантию. Её глаза были закрыты, словно она просто решила прикорнуть во время пути.
Сун Цы вытащил её из паланкина, и перекинув свою ношу через плечо, сделал пару шагов в сторону и прислонил девушку к стволу дерева.
– Госпожа Ху, проснитесь, – слегка похлопал он её по щеке.
Ответа не последовало. Лицо девушки было мертвенно-бледным, а дыхание – едва уловимым.
Сун Цы позвал её ещё несколько раз, но вскоре сдался, поняв, что девушка спит беспробудным сном, судя по всему, находясь под заклятьем. Занести невесту на постоялый двор не показалось ему хорошей идеей, поэтому оглянувшись по сторонам, он принял решение остаться снаружи.
Неловко извинившись перед девушкой, Сун Цы принялся снимать с неё красные свадебные одежды, после чего укрыл её своим верхним халатом.
К счастью, алое одеяние было свободного кроя и, накинув его, Сун Цы не почувствовал дискомфорта, разве что рукава были немного коротковаты, но парень не стал заострять на этом внимания.
Он сжал руку, и ятаган тут же растворился в окутавшем его тумане. Сун Цы привел в порядок свои новые одеяния и забрался в свадебный паланкин.
Атмосфера внутри была ещё более зловещей, чем снаружи, а запах крови – более резким. Но Сун Цы не позволил себе размахивать руками, чтобы отогнать зловоние, и принялся терпеливо спокойно ждать.
Примерно через полчаса внезапно раздались приглушенные удары барабана, и музыка вновь прорезала ночь. С такого близкого расстояния Сун Цы показалась эта мелодия такой громкой и неприятной, что он тут же почувствовал желание оглохнуть.
После того, как Сун Цы превратился в демона, его чувства обострились во множество раз. Не в силах выносить какофонию громких звуков, он зажал уши руками, нахмурившись.
Как раз в этот момент свадебный паланкин поднялся и, пошатываясь, двинулся вперед.
Сун Цы тут же запаниковал, потому что не знал, куда его везут и к кому.
Это был не первый раз, когда он сталкивался с демонами, но сколько бы раз это не происходило, эти существа всегда вселяли в него ужас, так как были непредсказуемыми и убивали жестоко и беспощадно, никого не щадя. Сун Цы не понаслышке знал об их жестокости, поэтому в его голове то и дело всплывали картинки того, какими способами его будут пытать, если он провалится на этом задании.
Всё было куда проще, когда он был человеком.
Дни, когда он читал, ездил верхом или иногда ругал своего кузена – были самыми приятными воспоминаниями в его теперешней жизни. Когда он вспомнил о своем старом друге Вэнь Чане, уголки его губ изогнулись в улыбке.
Задумавшись, он вздрогнул, когда луч света просочился сквозь занавес и коснулся его ног. Опустив голову, чтобы взглянуть, Сун Цы с ужасом обнаружил, что он каким-то образом оказался обут в пару алых вышитых туфель.
Встревоженный, он согнулся, чтобы рассмотреть получше, и обнаружил, что его стопы стали уже и меньше, а его руки тоньше и изящней.
Сун Цы растерянно опустил глаза и увидел, что его ранее плоская грудь теперь выступает двумя холмиками. И тут до него дошло, что в тот самый миг, когда появился свет, он превратился в самую настоящую невесту!
Снаружи доносились радостные возгласы и смех, смешанные с уличной суетой. Даже мелодия соны оживилась, словно всё это шествие с каждым шагом превращалось в самую настоящую свадебную процессию.
Сун Цы украдкой приподнял занавеску на окне и выглянул наружу. Они были уже не в окрестностях постоялого двора, а на улицах города Лэ Юй. Был полдень, и снаружи кипела жизнь; простолюдины толпились по обочинам дороги, сплетничая и обсуждая свадебный паланкин.
Улыбки этих людей показались Сун Цы фальшивыми, и вскоре он понял, что они напоминают скорее отвратительные голодные оскалы, чем праздное любопытство простолюдин, пришедших поглядеть на праздничное шествие.
Он не успел рассмотреть ничего больше, потому что синьян¹, идущая с паланкином, втолкнула его обратно, со словами:
– Невеста не должна показывать голову, иначе быть беде.
Сун Цы откинулся на спинку сиденья и вытащил закрученную заколку из своей сложной прически.
«Ну, поглядим, что за чертовщина в этой демонической горлянке», – подумал он про себя.
А потом раздался звук хлопушек, и гвалт нарушил голос синьян:
– Невеста прибыла!
Занавеска паланкина поднялась, и женщина без лица сказала:
– Не могла бы невеста выйти, пожалуйста? Жених не явился, так что эта служанка отведет вас на церемонию вместо него.
Какой же жених не приходит на собственную свадьбу? – мысленно поразился Сун Цы. Желая спросить об этом, он открыл рот, но с удивлением понял, что из того не может вырваться ни звука, а его тело, словно подчиняясь кому то другому, выпорхнуло из паланкина, чтобы последовать за провожатой.
Как только его ноги ступили на землю, он услышал взрыв злобного хохота, доносившийся со всех сторон. Среди обрывков разговоров горожан вокруг него парень услышал имя: «Сунь Юньнян».
Сун Цы никак не мог понять, о чем они говорят, а приблизившись к главному входу, поднял голову и прочитал на воротах два слова – «Резиденция Ху».
– Поторопись, – нетерпеливо сказала ему синьян. Сун Цы чувствовал, что все это становится все более и более странным, но, без возможности как-либо повлиять на происходящее, последовал за ней. Выйдя за дверь, он пересек двор и оказался в главном зале.
Перед ним сидела старуха и смотрела на него с доброй улыбкой.
Махнув Сун Цы рукой, он позвала:
– Юньнян, подойди.
Зал был украшен алыми лентами, и на стене висели знаки двойного счастья для новобрачных, но не было ни жениха, ни гостей, только мрачная пустота и гнетущая атмосфера безрадостности.
Сун Цы подошел к старухе, и та тут же протянула руки, беря его за ладонь.
– Юньнян, Ци-эр сегодня немного занят, но когда он вернется, я непременно преподам ему урок. Не сердись на него.
– Матушка, я знаю, что мой муж занятой человек. Пожалуйста, не вините его, – услышал Сун Цы «свой» голос, мягкий и легкий, как нежная вата.
Внезапный порыв ветра застал парня врасплох, отбросив на землю. Всё перед глазами на миг потемнело, а когда прояснилось, Сун Цы понял, что он каким-то образом вновь оказался на постоялом дворе.
– Да что с вами такое, ребята?! Что это за шум посреди ночи? – послышался возмущенный голос Бородача.
Сун Цы поднялся с земли и увидел, что хмурый мужчина стоит лицом к лицу с двумя юношами в дорогих изысканных одеждах.
Оба были одеты в голубую парчу, их головы венчали нефритовые заколки, а белые пояса на талии были расшиты изящными узорами. Юноши держали в руках по длинному мечу.
Сун Цы уже видел такие одежды в Восточной Ван.
Самая большой разницей между Восточной Ван и Западной Лян заключалась в том, что в Западной Лян не поклонялись Божествам, поэтому там не было орденов совершенствующихся бессмертных, а в Восточной Ван, напротив, такие встречались на каждом шагу. Самым известным считался орден Мо Яо, ученики которого ходили в синих одеждах и носили нефритовые заколки.
Легенды гласили, что когда-то давно один из учеников ордена Мо Яо вознесся и стал бессмертным.
Сун Цы не знал, что эти два ученика Мо Яо забыли на постоялом дворе, но от одного взгляда на них у него разболелась голова. Он пошевелил пальцами, и ятаган тут же появился в его руке.
– Кто-то здесь творит зло. Мы с шисюном пришли, чтобы уничтожить его. Пожалуйста, простите нас, если мы причинили вам какие-либо неудобства, – обратился один из юношей к Бородачу теплым приятным голосом, стараясь сгладить конфликт.
– Кто творит зло? Пока что единственное зло я вижу в вас, парни! – зло рявкнул Бородач. – Я так крепко спал! А вы заявились сюда среди ночи и посмели разбудить честного человека!
Старший юноша с ледяным выражением лица поднял руку, и светящийся меч тут же взмыл в воздух. Он сказал:
– Шиди, прекрати этот бессмысленный разговор. Сначала уничтожим демона.
Его глаза оглядели южный двор и остановились на Сун Цы.
На что парень тут же напрягся всем телом.
В следующее мгновение заклинатель взмахнул двумя пальцами, и меч ринулся в сторону Сун Цы. Он затаил дыхание и подобрался, приготовившись использовать ятаган, чтобы блокировать удар.
Как раз в тот момент, когда два клинка вот-вот должны были столкнуться, что-то потянуло Сун Цы в сторону, и летящий меч прошел сквозь пустоту, едва не поразив его.
Реакция Бородача была настолько быстрой, что никто не заметил, как в мгновение ока оказался рядом с Сун Цы.
Его брови нахмурились, а лицо стало ещё более свирепым, когда он гаркнул на учеников:
– Нападаете на людей без причины? Вы явились сюда, чтобы творить добро или зло?
– Так уж и без причины? – вскинул бровь старший юноша с прохладным выражением лица. – Трудно сказать, человек он или нет.
Бородач прикрикнул на них, выступая вперед:
– Тьфу! Ты хоть правила своего ордена Мо Яо читал, щенок? Демонов можно отличить от хороших и плохих. Если ты не можешь отличить черное от белого, то какая разница между тобой и этими тварями?
Сун Цы удивленно посмотрел на Бородача. Он не ожидал, что этот человек знает правила ордена Мо Яо. Может быть, он один из адептов?
– Ты! – старший заклинатель покраснел от гнева и схватился за меч, наставляя его на мужчину. – Сейчас я проверю, человек ты или демон!
– Шисюн! Прошу, не горячись! – попытался вразумить его второй юноша.
Тем временем Бородач словно провоцировал его:
– Ну, давай! Думаешь, напугал меня?!
Как раз в тот момент, когда ругань достигла своей точки, раздался хриплый крик, прервавший балаган.
Сун Цы вздрогнул и распахнул глаза. Прежде чем его мозг успел отреагировать, он уже бежал в направлении крика.
Примечания:
http://tl.rulate.ru/book/52979/1356774
Сказали спасибо 127 читателей