Готовый перевод I’ve Transmigrated Into This Movie Before / Я переселялась в фильме раньше: Глава 157. Кинотеатр в тумане

— Четвертый акт? — рассмеялся деревенский староста. — Четвертого акта никогда не существовало.

Так ли это на самом деле?

— С самого моего рождения жители деревни разыгрывали меня, — говорил Нин Цин в ухо Нин Нин, —они не любили и не уважали меня, все это лишь видимость...

После паузы он издал раскатистый смешок.

— Они вознесли меня, чтобы потом я рухнул в пропасть.

Четвертый акт существовал, он существовал всегда.

Три других акта происходили на сцене, но только четвертый происходил в реальности. Непрерывно играя днем и ночью, актерами для семьи Нин стали все жители деревни.

Но для чего это делалось?

Создание трагикомедии на экране призвано для вызова жалости и слез у зрителей, но какая им польза от этого?

— Можешь себе представить? Все вокруг меня оказалось фальшивым. Бабушка, которая каждый день приносила мне еду, товарищи по играм, которые росли вместе со мной, деревенский староста, который вырастил меня вместо отца... Все они вдруг изменились во время церемонии поклонения предкам. Они били меня, ругали и унижали. Они даже оправдывались, говоря, что кормили и растили меня, притворялись, что хорошо ко мне относятся, только для того, чтобы не чувствовать себя виноватыми, когда в конце им придется со мной расправиться, — Нин Цин посмеивался. — Так как же может не быть четвертого акта? Это и есть четвертый акт, спектакль, устроенный жителями для меня.

Или можно сказать, акт, который они разыгрывают перед нами.

За маской глаза Нин Нин изучали каждое лицо, искаженное желаниями.

Если бы не то, что бабушка по своей прихоти увезла маму из деревни, чтобы снова выйти замуж за чужака, они могли бы продолжать это представление из поколения в поколение, повторяя один и тот же сценарий и заканчивая тем же результатом.

— Между нами даже не было вражды, зачем им это нужно? Потратить два десятилетия только ради того, чтобы посмеяться надо мной? Нет, даже если бы нашлись два человека, готовые потратить столько времени и сил, не каждый согласился бы на это, должна быть какая-то причина, чтобы жители деревни и посторонние люди упорствовали, — Нин Цин мрачно усмехнулся. — После тщательного обдумывания я пришел только к одной причине...

Это было преднамеренно.

Они специально хотели нанести удар Нин Цин, чтобы он впал в шок, чтобы ему казалось, что его жизнь оказалась лишь шуткой, чтобы он впал в ярость.

Трехактная пьеса церемонии поклонения предкам была лишь дымовой завесой, лишь сделана для прикрытия четвертого акта, сокрытия истинной причины.

Чтобы преподнести абсурдный четвертый акт - предложить главному герою, чьей жизнью играли, — театр Жизни.

— Что ты делаешь? — закричал обедневший победитель крупной лотереи. После угрюмых раскатов грома, наконец, начался дождь, он вытер капли с лица, нетерпеливо призывая, — Начинай быстрее!

Дождь омывал тело Нин Нин, смывая темноту вместе с белой маской на ее лице.

— Не спешите, — медленно сказала она, — решите сейчас, кто из вас троих войдет?

Обедневший победитель крупной лотереи удивился. Он спросил:

— Что значит «трое из нас»?

— Кинотеатр Жизни начинает показ фильмов каждый день в полночь. Показанный фильм выбирается случайным образом, никто не знает, какой фильм будет показан сегодня, все, что я знаю... — Нин Нин оглядела собравшихся, — Только трое из вас могут войти.

Толпа немедленно всколыхнулась. Обедневший победитель крупной лотереи тут же возразил:

— Бред! Как могут войти только трое?

— От меня вы можете получить только три билета, — ее глаза из-за маски бросили взгляд на деревенского старосту. — Разве не ради этого каждый год проводится церемония поклонения предкам? Если мучить человека, неважно, носит ли он фамилию Нин, если человек испытывает боль и отчаяние, кинотеатр Жизни пошлет ему три билета. И только те, у кого есть билет, могут войти в кинотеатр Жизни.

Вот что поняла Нин Нин из церемонии поклонения предкам.

Иначе, зачем бы эта деревня так мучила человека? После поучительной истории Пэй Сюаня инстинкт Нин Нин подсказывал, что они хотят выловить билеты.

— Такого не может быть, — возразил деревенский староста, говоря твердо и уверенно, — Все мои предки жили в этой деревне, они проводили церемонии поклонения предкам, я никогда не слышал о подобном. Ты просто сосредоточься на открытии кинотеатра и позволь всем войти.

Нин Нин некоторое время смотрела на него.

Это странно, он не выглядел так, будто лжет.

— Я тоже никогда не слышала о вашей истории, — сказала твердо и решительно Нин Нин, ведь она тоже не лгала, — Вы видите текущую ситуацию. Используя ваш метод, от кинотеатра не появилось даже тени, теперь давайте опробуем мой метод.

— Как ты можешь не знать? — прорычал деревенский староста, затем он поразился, и его голос немного смягчился, — Как ты можешь не знать...

Откуда она должна знать?

Нин Нин выросла за пределами деревни, она никогда не участвовала в четвертом акте.

То, что использовалось против Нин Цин, не могло быть использовано против нее, можно сказать, что ситуация оказалось полностью обратная. В прошлом жители деревни играли для семьи Нин, теперь же Нин Нин играла для них, давая почувствовать оцепенение, боль и накал ярости.

Разъяренный мужчина повалил деревенского старосту на землю. Остальные бросились к нему и удержали его. Мужчина боролся и ревел:

— Дай мне объяснения! Каждый год ты просишь у меня денег. Каждый год я даю тебе так много денег. Что я получил в итоге?

Под дождем деревенский староста сидел в грязи, не говоря ни слова.

— Точно, дай мне объяснение.

— Мне не нужны объяснения, где билет? Отдайте мне билет!

— Какой у тебя стаж? Будь то «первым пришел - первым обслужили» или «у кого больше стаж», до тебя даже очередь не дойдет.

— Минутку. Подождите, мы даже не видели билета, давайте не будем ссориться между собой! Будьте осторожны, чтобы вас не обманули!

— Кстати говоря, кто может доказать, что мы можем войти только с билетом?

— Я могу доказать.

Хаос и шум внезапно прекратились, вся толпа оглянулась, их глаза устремились на Нин Юрен.

— Я могу доказать, — повторила Нин Юрен, затем медленно пошла в сторону Нин Нин. Она обернулась и сказала толпе, — Большинство людей, возможно, не знают друг друга, но все вы знаете, кто я такая.

Это не было хвастовством, она просто констатировала факт.

Как киноимператрица поколения - более того, как самая популярная киноимператрица, которая еще не ушла из шоу-бизнеса - она присутствовала в любом месте, где есть телевизор. Даже те, кто не смотрит телевизор, узнают о ней от окружающих.

— Я дебютировала очень поздно и также стала популярной очень поздно, но я, кажется, стала звездой в одночасье, не находите ли вы все это странным? Как кто-то может так сильно измениться за одну ночь? — Нин Юрен ответила на свой вопрос, — Потому что, как и некоторые из вас, как и некоторые из ваших предков, я тоже входила в кинотеатр Жизни. Более того, я входила в него не один раз.

Как и сказала Нин Юрен, среди людей, вернувшихся в деревню из внешнего мира - некоторые из них уже стары, некоторые еще молоды - они, возможно, действительно бывали в кинотеатре Жизни, но большинство, вероятно, никогда не были там, так как церемония поклонения предкам не проводилась уже очень давно. Однако кто-то из их прямых родственников мог побывать в кинотеатре, и поэтому на них повлияло оставленное наследие.

— Причина, по которой деревенский староста не выбрал меня, и причина, по которой я не могу быть владельцем, тоже очень проста, — усмехнулась Нин Юрен. — Вы можете получить три билета от Нин Нин, но от меня вы получите только один билет... итого четыре билета. Хотя это не может удовлетворить всех, по крайней мере, четверо из вас могут войти, верно? У нас есть билеты, мы знаем, где находится кинотеатр, мы можем доставить вас туда.

Нин Юрен говорила, основываясь на пережитом опыте. Некоторые из толпы поверили, некоторые нет, однако, был и тот, кто импульсивно сказал:

— Зачем проходить через все трудности? Делайте, как я говорю, просто убейте ее...

— А что если мы убьем ее, а кинотеатр так и не появится?

— Тот, кто это предложил, должен это сделать. В любом случае, я не буду тем, кто это сделает, я не хочу стать преступником и быть в бегах, не заходя в кинотеатр.

— Почему вы все на меня смотрите? Не рассчитывайте на меня в этом деле! Вы не хотите стать беглецом, а я, думаете, хочу?

Если бы не было другого выбора, кто-нибудь рискнул бы.

Но теперь, когда появился выбор, более того, было три варианта - в конце концов, было бы три билета, не так ли?

Перед ними забрезжил луч надежды: кто из них захочет стать убийцей под пристальным взглядом толпы? Все разделят выгоду, но последствия придется нести одному. Таким образом, еще до того, как появился билет, они начали переругиваться, а на их лицах появился теплый румянец.

— Хватит, прекратите, — деревенский староста сидел на земле, двое его сыновей помогали ему подняться. Он встал с трудом и начал отчитывать их, но ни один человек не хотел его слушать. Он повернулся и сказал местным жителям, — Хватит смотреть, быстро идите и остановите их.

Один из них сделал несколько шагов вперед, но, увидев, что люди вокруг не двигаются, отступил назад.

— Деревенский староста, просто забудьте об этом, — сказал по доброту душевной один из них, — Это богатые люди деревни, зачем нам их обижать?

Деревенский староста молча смотрел на них. Откуда взялась та неоспоримая сила, о которой ему рассказывали предки? Она появилась во время церемонии поклонения предкам, она появилась из театра Жизни, который появлялся во время церемонии поклонения предкам. Однако, когда кинотеатр не появлялся, эта сила также разрушалась.

Жители деревни с жалостью смотрели на старика, один из них нерешительно заговорил:

— Деревенский староста, мы, безусловно, умрем в этой деревне в старости, но у других есть дети, которые хотят покинуть деревню, они хотят проложить себе путь за ее пределами и могут полагаться только на этих богатых людей.

Они изменились, они изменились. Деревенский староста смотрел на них, чувствуя в своем сердце волну опустошения и отчаяния. Он покачал головой и сказал:

— Как вы можете верить ей, а не мне? Они мошенники, и мать, и дочь - мошенники. Четвертого акта вообще не существует, как не существует и билетов... Билет...

Перед ним проплыл обрывок билета.

Его глаза проследили за билетом до земли. Он смотрел, как он плавно опускается на землю, плавая в небольшой лужице.

Тонкая желтая бумага. Слева имелась круглая печать, внутри печати написана фраза «Входной билет». Справа находилась прямоугольная рамка со словами «Кинотеатр Жизни».

Мир в одно мгновение затих, исчезли звуки людей, дождя.

Деревенский староста посмотрел вниз и устремил взгляд на этот билет, бормоча:

— Невозможно, невозможно...

— Смотрите, — раздался позади дьявольский голос Нин Нин, — Это билет кинотеатра Жизни.

Он оглянулся. Он посмотрел на нее и уже собирался упрекнуть ее, но на него набросился человек, потом второй, третий...

— Не выхватывай! Я первый взял!

— Эй, мы что, стоим в очереди за булочками? Почему вы говорите о том, что нужно кого-то обслуживать в первую очередь?

— Проваливайте! Человек, который каждый год жертвует больше всех этой деревне - это я. Если есть билет, он должен принадлежать мне!

Видеть - значит верить.

Никто даже не знал, откуда взялся билет.

Но они знали одно: единственным человеком, который с наименьшей вероятностью объединился бы с Нин Нин для всеобщего обмана, был деревенский староста.

Поэтому, когда билет внезапно появился перед деревенским старостой, который больше всех не верил словам Нин Нин, они поверили рассказанному: «Пытая человека, неважно, носит ли он фамилию Нин, пока человек испытывает боль и отчаяние, кинотеатр Жизни отправит ему три билета».

Люди толпились вокруг маленькой лужи. Те, кто не мог подойти к луже, подходили к деревенскому старосте, трясли его за плечи и кричали на него, желая, чтобы он немедленно выплюнул два оставшихся билета.

— Ха, собака ест собаку, — Нин Юрен холодно рассмеялась, наблюдая за разворачивающимися событиями. Она повернулась и посмотрела на Нин Нин, долго вглядывалась в нее, не моргая, прежде чем сказать, — Ты ведь не Нин Нин, верно? Кто ты? ...Что с тобой происходит?

Нин Нин не знала, что мама увидела на ее лице.

Она только чувствовала, что ее лицо очень горячее.

С того момента, как жители деревни начали драться, ее лицо стало горячим.

...Нет, это маска стала горячей.

Нин Нин одним махом сорвала маску. Часть ее руки, которая касалась маски, словно горела, она ослабила хватку от ожога. Маска упала на землю, дождь падал на нее, превращаясь в пар, шипя при соприкосновении. Белый дым заполнил воздух, он становился все больше и гуще, пока постепенно не превратился в белый туман, окутав всех в деревне.

— Смотрите, что это? — внезапно крикнул кто-то.

Туман появился слишком резко, он был странным и огромным.

Внутри тумана Нин Нин и Нин Юрен не могли не обнять друг друга, их сердца бешено бились. Услышав крики того человека, Нин Нин посмотрела в направлении звука, но туман казался слишком густым, она не могла четко разглядеть его внешность. Все, что она видела, находилось в пределах белого тумана. Одна за другой черные тени поворачивали голову и смотрели в ее сторону.

Они смотрели на то, что было позади нее.

Нин Нин медленно оглянулась.

Туман вздымался, клубился как облака, два ряда огней перед входом покачивались вслед густому туману. Фонари освещали высокое здание — старинный кинотеатр.

http://tl.rulate.ru/book/52113/2965123