Только что выпал снег, и когда он таял, по дороге возле городских ворот было очень трудно идти.
Но в Чжэнчжоу, оживленном центре торговли, улицы по-прежнему были запружены людьми и экипажами.
Дровосеки, несущие дрова, лавочники с подносами, крестьяне, едущие на повозках, запряженных волами, и солдаты в доспехах и с копьями в руках приходили и уходили по грязной дороге, покрытой тонким слоем снега.
Толпы людей входили и выходили из великолепных городских ворот.
Из-за такого потока людей многие продавцы собрались по обе стороны дороги внутри городских ворот.
Некоторые из них установили чайные киоски, а некоторые продавали закуски.
Те, кто спешили уехать из города или возвращались из долгого путешествия, могли дать отдых ногам и набить свой живот.
Время от времени один или два экипажа богатых людей, скрипя рессорами, проезжали по раскисшей земле, и деревянные колеса разбрызгивали грязь, заставляя пешеходов с обеих сторон обходить их стороной.
Молодой человек, который продавал огонь, находился в толпе продавцов на обочине дороги. Он прикрывался лежащей перед ним ношей, чтобы внимательно наблюдать за каждым экипажем, возвращающимся из-за пределов города.
Его звали А’Ань, и он был наемным убийцей.
Он не помнил, сколько ему точно лет, может быть, семнадцать, может быть, восемнадцать.
Он только знал, что не многие из его товарищей дожили до его возраста.
Среди теневых стражей, обучавшихся в той же группе, что и он, только одна девушка пережила жестокое испытание вместе с ним.
Их учитель Цзе дал им имена, девушку назвали Ян, а его - Ань.
Но теперь девушка по имени А’Ян исчезла.
Большую часть дня А’Ань просидел на корточках на обочине дороги, чувствуя себя немного голодным.
Аромат костра, разожженного на лежащей перед ним ноше, доносился до его ноздрей, но он так и не протянул руку.
Действие, которое вот-вот начнется, не позволит ему удержать в желудке пищу, которую он сейчас съест, что, вероятно, вызовет у него тошноту во время схватки.
Даже малейшая ошибка в действиях будет стоить ему жизни.
А’Ань получил сообщение о том, что цель скоро появится.
На этот раз целью был мужчина с искалеченными ногами, который сидел в экипаже.
Этот человек был высокопоставленным чиновником Государства Цзинь, который только что вернулся с дипломатической миссии, и звали его Чжоу Цзыси.
А’Ань слышал это имя давным-давно.
Однажды его единственный друг, А’Ян, села рядом с ним и спросила: "Ань, тебе когда-нибудь кто-нибудь нравился?"
А'Ань не понимал, что такое "нравится" и чувства вообще, в его жизни были только две вещи: выполнить задание и продолжать жить, или провалить задание и умереть.
У напарницы, которая выросла в грязи вместе с ним, было выражение глаз, которое он не мог понять, даже ее лицо слегка покраснело: "Мне нравится моя цель, и его зовут Чжоу Цзыси."
"Ты не можешь этого делать, ты так долго не проживешь." - сказал А’Ань.
"Да, я думаю, что, возможно, умру из-за того, что он мне нравится." - тихо ответила А’Ян.
Как и ожидалось, А’Ян вскоре умерла.
А’Ян, его единственного друга, с которым он мог поговорить, не стало.
На дороге послышался стук колес экипажей.
Из-за плотной толпы карета замедлила ход.
Вокруг кареты было много охранников.
После долгого путешествия Чжоу Цзыси, наконец, прибыл к воротам города своей собственной страны.
Выражения лиц его стражников были заметно расслабленными.
Они непринужденно болтали, обсуждая, где бы вечером выпить чашу крепкого вина, чтобы снять усталость.
Занавеска на окне кареты была поднята, открывая чистое и утонченное лицо.
Это была цель А’Аня.
А’Ань не испытывал ненависти или симпатии к этому человеку, но хотел убить его.
Он бесчисленное количество раз обменивал жизни других людей на свою собственную.
Он поднял свою ношу и направился к карете.
На шумной улице юноша и карета миновали друг друга.
Словно испугавшись чего-то, лошадь, тянувшая карету, с протяжным ржанием понесла галопом и сбила с ног юношу, который нес огненную ношу.
Золотой огонь распространился по всей земле, и юноша, который продавал огонь, покатился в грязь, обхватив себя за ногу и скуля от боли.
Карета была быстро взята под контроль стражниками.
Вокруг собралась толпа.
А’Ань катался по земле, притворяясь серьезно раненым и крича от боли.
Перед ним остановилась инвалидная коляска, в которой сидел вежливый и элегантный мужчина. Мужчина протянул руку и с беспокойством спросил:
"Как дела, младший брат? Тебе плохо?"
Отлично, объект на самом деле вышел из кареты и собирается подойти к нему.
А’Ань втайне порадовался в своем сердце, изначально он хотел только заставить экипаж остановиться и дождаться возможности сделать это.
Он спокойно огляделся по сторонам, и увидел, что в толпе находились несколько его спутников, которые тихонько подмигивали ему, готовые содействовать в любой момент.
Время выбрано идеально!
А’Ань вытащил кинжал и ударил им человека, который был рядом!
Стражники Чжоу Цзыси отреагировали мгновенно и яростно толкнули инвалидное кресло. Инвалидное кресло поскользнулось на снегу и упало на землю вместе с Чжоу Цзыси, чудом избежав смертельного удара ножом.
Толпа зевак внезапно заволновалась.
На некоторое время мятущаяся толпа разделила Чжоу Цзыси и его стражу.
А'Ань взмахнул ножом, чтобы нанести удар мужчине-инвалиду, лежащему на снегу.
Мужчина поднял голову, и на А'Аня взглянула пара ясных глаз.
По какой-то причине голос А’Ян внезапно прозвучал в его голове.
Я думаю, что умру из-за того, что он мне нравится.
А’Ян умерла, защищая этого человека.
А’Ань помедлил очень короткое мгновение.
Но этого было достаточно, чтобы чья-то рука вытянулась из-за его косого замаха рукой и схватилась за клинок его ножа, лишив его возможности больше наносить удары.
Это была девушка примерно его возраста.
Женщина продолжала держать в руках его короткий клинок и в мгновение ока обменялась с ним дюжиной или около того выпадов.
В среде мастеров боевых искусств требуется всего несколько выпадов, чтобы узнать силу противника.
А’Ань знал, что на этот раз его задание провалено, и он не сможет забрать жизнь жертвы из-за руки этой женщины.
Он изо всех сил постарался увернуться от ударов, вырвался из окружения и cбежал.
Этой женщиной была А’Цзя. Она подняла инвалидное кресло, поддержала Чжоу Цзыси, упавшего в снег, и посадила его назад: "Господин Чжоу, с вами все в порядке?"
"Благодарю вас, я в порядке." - Чжоу Цзыси сделал вдох, чтобы успокоиться: "Госпожа А’Цзя, почему вы здесь?"
"Наш господин также столкнулся с убийцей несколько дней назад, он беспокоился о вас, поэтому приказал мне встретить вас." - сказала А’Цзя, затем подняла голову и посмотрела вперед: "Наш господин также приехал сюда лично."
Неподалеку на лошади сидела Чэн Цянье.
Она крепко держала поводья в руке, глядя на царящий перед ней хаос, и пылала гневом.
Если она не подумала об этом или опоздала хотя бы на мгновение, Чжоу Цзыси, который только что вернулся в Чжэнчжоу, умер бы у ворот города собственной страны, на ее собственных глазах.
Убийцы были среди толпы, разбегавшейся во все стороны.
Многочисленные солдаты Цзинь пришли с оружием, чтобы найти и выследить их.
"Немедленно закройте городские ворота. Всему городу разрешен въезд, но не выезд. Обязательно поймайте убийцу." – отдала приказ Чэн Цянье.
Среди убийц, напавших Чжоу Цзыси, был совершенно особенный молодой человек, цвет ауры которого был абсолютно черным.
Сияющий черный цвет без каких-либо примесей.
Чэн Цянье никогда не видела человека с таким чистым черным цветом ауры.
Как обсидиан на солнце.
Она хотела найти этого убийцу, выяснить, кто стоит за ним, и заставить их всех заплатить должную цену за их глупые поступки.
По возвращении во дворец.
Чэн Цянье села на свое место с угрюмым лицом. Она взяла руку А’Цзя и раскрыла ее ладонь, только чтобы увидеть на ней ужасную рану. С руки А’Цзя капала кровь.
В критический момент А'Цзя воспользовалась этой рукой, чтобы схватитьcя за вражеский клинок.
Спасла Чжоу Цзыси жизнь.
Чэн Цянье побрызгала лекарством на рану и собственноручно перевязала ее: "Позже обязательно покажись военному врачу, так что сейчас я просто хорошенько осмотрю ее для тебя."
Брови и глаза А’Цзя изогнулись, демонстрируя дежурную улыбку: "Небольшая травма, господин, не беспокойтесь об этом."
"Это явно очень больно, почему ты все еще улыбаешься?" - Чэн Цянье подняла глаза на эту девушку, которой было всего шестнадцать или семнадцать лет. Она была еще так молода, но уже привыкла к боли. Если бы не кровь на ее руках, с первого взгляда никогда бы не стало очевидно, что она получила такую серьезную травму.
"А’Цзя, люди улыбаются только тогда, когда они счастливы. Когда нам грустно, мы плачем." - Чэн Цянье обмотала ее руку бинтами: "Тебе не нужно так осознанно идти против своего сердца. Когда тебе больно, ты можешь позволить себе страдать. Когда ты сердишься, ты можешь позволить себе сердиться."
А’Цзя застыла на некоторое время, затем моргнула: "Но господин Чжан сказал мне, что независимо от того, когда и где, ты не должен показывать своего истинного выражения лица. Только если выражение твоего лица будет невозможно прочитать, враг не сможет угадать твои дальнейшие действия. Чтобы быть квалифицированным теневым стражем, не нужно иметь собственных чувств. Нет необходимости иметь собственное выражение лица."
Чэн Цянье замолчала, в этом мире все еще существовало слишком много тьмы, скрываясь в тех уголках, куда она пока еще не заглядывала.
"Господин Чжоу, как вы думаете, кто послал этих убийц?" – спросил Чэн Фэн: "Несколько дней назад мой господин встретил убийцу. Ему было около сорока лет, у него было худощавое тело и превосходные навыки в боевых искусствах. Мы с А’Цзя оба схватились с ним, но ему удалось уйти."
Чжоу Цзыси немного подумал об этом и сказал: "Рядом с Цзи Аном, наследным принцем Государства Сун, есть доверенное лицо по имени Цзе, который очень похож по возрасту и внешности на убийцу, которого вы описали.
Цзи Ан возненавидел меня в последний раз, когда мы вынудили Государство Сун уступить нам землю и выплатить компенсацию. Учитывая его характер, он на самом деле мог спланировать такой подлый поступок."
Он вспомнил девушку А’Ян, которая умерла за него, и ему стало грустно: "Юноша, который сегодня пытался меня убить, также напомнил мне моего старого друга. Хотя они выглядят по-разному, у них много схожих качеств. Этот человек является теневым стражем Государства Сун."
Зима, когда повсюду постоянно идет снег - самое трудное время года для бедняков.
Даже в таком относительно процветающем городе, как Чжэнчжоу, неизбежно появилось много беженцев, которым не хватало еды и одежды и у которых не было постоянного места жительства.
В округе Сичэн, районе трущоб, прижимались к земле полуразрушенные лачуги, которые не выдерживали ветра и снега.
Юноша лет семнадцати-восемнадцати торопливо шел по снегу.
Его лицо было вымазано сажей, волосы спутаны, и трудно было понять, как он выглядит на самом деле.
Одетый в поношенный хлопчатобумажный халат, он держал в руке кусок жареного пирога и откусывал его на ходу.
У основания стены стоял тощий и голодный нищий мальчишка. Глядя на половинку пирога в руке юноши, он с завистью проглотил слюну.
В конце концов, изнуренный голодом, он все же не выдержал искушения, поднял разбитую миску в руке и остановил юношу, который был намного старше его.
"Брат, дай мне кусочек, дай мне немного. Я умираю с голоду."
Юноша отшвырнул ногой железную миску, наблюдая за тем, как разбитая миска катится по земле, издавая визгливый звук. Он громко рассмеялся, как будто сделал что-то забавное.
Маленький нищий разочарованно поднял свою миску. Он был так голоден, что уже начал отчаиваться.
Если бы он только мог откусить от этой половинки пирога, он даже предпочел бы, чтобы его избили.
Хотя в глубине души он знал, что даже если бы он победил в той схватке, этот кусок пирога никогда не попал бы ему в руки.
Половина пирога с шумом упала в его миску. Нищий недоверчиво протер глаза, быстро схватил пирог и отправил его себе в рот.
"Спасибо, спасибо." - захныкал он в знак благодарности, на его глазах даже показались слезы.
Подняв голову, он увидел, что юноша уже ушел далеко от него, и равнодушно машет ему рукой из-за спины.
Из-за угла улицы медленно выехала карета.
Уголок занавески в карете приподнялся, и оттуда донесся холодный голос:
"Это тот человек, схватить его."
Маленький нищий пришел в ужас, когда увидел стражника в красном, который находился внутри экипажа. Мужчина выпустил стрелу из своего лука, и острая стрела попала в юношу, который только что разделил с ним свой пирог.
Юноша был ранен стрелой в спину и почти упал, но быстро поднялся и проворно побежал вперед.
Стражник в красном выпустил еще две стрелы одну за другой, пронзив ноги юноши и заставив его свалиться на землю.
Многочисленные солдаты высыпали с прилегающей улицы, прижали к земле пытавшегося вырваться юношу и связали его.
А’Цзя выпрыгнула из кареты Чэн Цянье и холодно сказала: "Заткните ему рот, не дайте ему покончить с собой.
Заберем его с собой и тщательно допросим."
http://tl.rulate.ru/book/51810/3186383
Сказали спасибо 10 читателей