Он думал, что командование Павлова будет отменено, а его самого понизят максимум на несколько рангов. В конце концов, Павлов тоже был любимым генералом Сталина, иначе он не стал бы главнокомандующим Западным фронтом.
И Павлов был не единственным в приговоре, там были также генерал-майор Климовский, начальник штаба армии Западного фронта, генерал-майор Григорьев, начальник связи армии фронта, генерал-майор Крыч, начальник артиллерии, генерал-майор Колобков, командующий 4-й армейской группой и более десятка других.
«…». — Мехлис молча просмотрел все документы с приговором. Он вспомнил, что читал книгу о военном искусстве, в которой было написано, что «смена командира перед битвой — запретное табу в армии», не говоря уже о том, что сейчас он собирался убить командира всей армии перед битвой, не вызовет ли это проблем?
Но он не посмел оспаривать решение товарища Сталина и немедленно приказал арестовать всех перечисленных в приговоре людей. Сам же он отправился в камеру, где временно содержался Павлов.
У Павлова были глаза панды с тёмными мешками, зрачки налились кровью, он не мог заснуть и все ходил и ходил взад-вперед по тесной камере, что-то бормоча под нос.
«Товарищ комиссар». — Два солдата, охранявшие Павлова, отдали честь Мехлису.
Мехлис кивнул и махнул рукой: «Уходите, я переговорю с товарищем Павловым».
Когда двое солдат ушли, Михлис подошел к решетке: «Товарищ Павлов, приговор вынесен».
Только тогда Павлов, казалось, понял, что в комнате есть еще один человек, а двух других нет; он посмотрел на Михлиса с недоуменным выражением лица, спрашивая: «Приговор? Какой приговор?».
Мехрис слегка кашлянул и похлопал по мешочку с бумагами в руке: «Верховный военный трибунал приказал вас казнить».
Все тело Павлова словно поразила молния, и он надолго застыл на месте, пока не пришел в себя и не закричал в истерике: «Невозможно, этого не может быть! Я хочу увидеть товарища Сталина! Это, должно быть, заговор врага! Это заговор немцев!».
Михлис поспешно сделал несколько шагов назад, избегая руки Павлова, протянутой через щель в решетке, и презрительно скривился.
Он хочет увидеть товарища Сталина? Если бы товарищ Сталин не дал добро, осмелился бы Верховный военный трибунал вынести такой приговор? Товарищ Сталин не хотел его видеть, поэтому он не отправил Павлова в Москву, а сразу отдал приказ расстрелять его здесь.
В этот момент вошли несколько солдат НКВД: «Товарищ комиссар, все сопровождены к месту казни и готовы».
Михлис кивнул и с некоторой жалостью посмотрел на Павлова, который за решеткой впал в полубезумное состояние: «Товарищ Павлов, пора в дорогу».
«В дороге к чему? Я никуда не пойду! Я хочу увидеть товарища Сталина! Я командующий армией фронта, вы не можете меня убить! Нет, не подходите ко мне!».
Несколько солдат НКВД открыли решетку и бросились внутрь, пытаясь вывести Павлова наружу.
Павлову было 44 года, он был в расцвете сил, и солдаты не смогли удержать его некоторое время, так как он яростно сопротивлялся.
Наконец, один из солдат НКВД снял со спины винтовку и ударил прикладом по голове Павлова, отчего мгновенно хлынула кровь.
Тело Павлова не сразу рухнуло под ударом, а лишь сделало два шага в сторону, а затем тяжело упало на грязный пол.
Из камеры его вытащили несколько солдат из Министерства внутренних дел и потащили на открытую площадку за штабом, где стоял ряд кольев с привязанными к ним дюжиной мужчин.
Полковник зачитал приговор после того, как Михлис вышел вперед, чтобы опознать их одного за другим.
Некоторые из мужчин просто молчали, нахмурив брови и смотря на землю с мрачным лицом, другие боролись и гневно кричали, третьи просили отпустить их и умоляли не убивать со слезами на глазах.
«По моей команде! Приготовиться!». — Полковник, зачитавший приговор, с ничего не выражающим лицом приказал взводу солдат с винтовками наперевес.
«Огонь!».
«Бах!».
Дюжина или около того мужчин что были связаны, вскрикнули от боли, их тела дрожали, несколько раз бились, а затем они беспомощно свешивали головы.
После казни Павлова военный трибунал МВД арестовал семью Павлова по советскому военно-уголовному кодексу: его отца, мать и сестру.
Они не были военнослужащими, но все равно были приговорены военным судом к ссылке.
Родители Павлова были сосланы в Сибирско-Красноярский край на пять лет. Этот край, расположенный почти в 4 000 километрах от Москвы, представляет собой малонаселенную территорию, через которую протекает знаменитая река Енисей. Экономика основана на животноводстве, дровах и полезных ископаемых, а сельское хозяйство базируется на выносливых и устойчивых к наводнениям культурах, а машиностроение является второсортной отраслью.
Сестра Павлова была сослана в Архангельск, и хотя там было лучше, чем в Сибири, ее положение было не лучше, чем у ее родителей.
Через месяц жена Павлова и ее мать тоже были высланы в Сибирь.
Сын Павлова и его дочь, также были арестованы и приговорены к пяти годам ссылки на Урал. Правда дочери Павлова было всего 12 лет, поэтому ее отдали на воспитание в военное учреждение, что было замаскированным благословением.
На следующий день на должность командующего Западным фронтом прибыл генерал Семён Константинович Тимошенко, который привез с собой письмо о переводе Михлиса.
Слава Тимошенко во многом объяснялась любовью самого Сталина к кавалерии, о чем свидетельствует тот факт, что после Великой чистки на вершине советской Красной армии осталось всего три человека, из которых от первых пяти советских фельдмаршалов остались только Ворошилов и Будённый, а от Первой группы армий — один Шапошников, и все они были кавалеристами.
Тимошенко также вырос как кавалерийский офицер, поэтому его не только не подвергли чистке, но он быстро завоевал доверие и расположение Сталина во время этого вакантного места в иерархии Красной Армии.
Тимошенко, испытывая отвращение к Михлису и, естественно, не желая работать с ним, попросил Сталина перевести Мехлиса и назначить А.Я. Фоминых политкомиссаром Западного фронта.
Прибыв в штаб-квартиру, Тимошенко не захотел отдыхать и сразу же принялся за работу.
Сопоставив отчеты о потерях в различных армиях, Тимошенко не мог не вздохнуть: «Павлов, ты заслуживаешь смерти за то, что был таким дураком! Как ты мог считать, что немецкая оборона тонка? Неужели ты даже не видишь такой очевидной ловушки?». — Потеря почти 700 000 элитных войск всего за один день стала рекордом в военной истории.
За маленькую Финляндию сражались несколько месяцев, а Павлов по глупости даже не заподозрил, что немецкие линии были прорваны при первом же прикосновении, и прорвал две линии в быстрой последовательности, оставив собственную армию в немецком окружении: «Ты грешник Советского Союза!».
К сожалению, Павлов был уже расстрелян, и даже его проклятия не помогли бы. Непосредственным приоритетом было то, как освободить войска, находящиеся в немецком окружении, что также было приказом товарища Сталина.
http://tl.rulate.ru/book/51755/1643136
Сказал спасибо 161 читатель