Готовый перевод The Master Became a Wealthy Madam / Матриарх перевоплотилась в богатую госпожу [Завершено✅]: Глава 43.3

Полицейский поспешно развернулся и улыбнулся ей.

Его сердце забилось, он подумал: «Как хороша госпожа Янь, её свет озаряет людей, она совсем не видит разницы между богатыми людьми и бедными, и относится ко всем одинаково! Ах. Как она прекрасна».

— Нам нужно попросить кого-то показать нам школу, здание довольно большое, как мы сможем осмотреть всё? — спросила Гу Сюэи.

— Верно, только этот завуч Ван...

Гу Сюэи обернулась, наугад указала на нескольких учеников:

— Вы, ребята, не хотите побыть сопровождающими?

— Ученики?

— Ну, они здесь живут и учатся, они очень хорошо знают это место.

Полицейский кивнул, подумав, что это логично:

— Да, нам нужно услышать мнение нескольких учеников.

Конечно, эти родители отказались.

Гу Сюэи нахмурилась в ответ:

— Вы всё это время толпились рядом со мной, разве вы не хотели поскорее попасть внутрь?

Родители были взволнованы, и все они последовали за ней, чтобы посмотреть, что задумала эта женщина.

Глаза учеников мерцали, они разглядывали Гу Сюэи, переводили взгляд на родителей позади них, а затем уставились на завуча Вана...

Гу Сюэи спросила:

— Вы не хотите?

Несколько учеников встретились с ней взглядом.

Её глаза были спокойны, в них не было ни гнева, ни печали... только властное спокойствие.

— Я хочу, — высокий, немного наивный на вид парнишка шагнул вперёд.

Его родители, у которых, похоже, не было много денег, схватили его за руку и заговорили с акцентом:

— Что ты делаешь? Как ты смеешь?..

Мир, который был закрыт слишком долго.

Когда хочется сбежать, когда кричишь о помощи, когда плачешь на коленях, когда взываешь о милосердии... в конце концов, ничего из этого не помогает.

Родители становятся соучастниками, каждый раз, когда им звонят из школы, их снова и снова отправляют в закрытый мир, ничего не понимая...

Всё потому, что, по их мнению, они молоды, нежны и не желают, чтобы их воспитывали.

Поэтому, когда в этот закрытый мир снова начал проникать свет, они не могут не ухватиться за него в отчаянии.

— Я покажу вам всё! — воскликнул парень.

Завуч Ван не ожидал, что найдутся ученики, которые осмелятся высказаться сейчас. Он был так зол, что у него на шее запульсировала вена:

— Товарищи полицейские, вы не знаете ничего, эти ученики обычно очень непослушны, они любят врать, прогуливать занятия, и именно поэтому их прислали сюда. Как вы можете доверять их словам?

Гу Сюэи возразила:

— Поэтому мы и просим нескольких учеников, чтобы послушать их... Вы так долго обучали их манерам, как же все могут быть лжецами? Какой смысл тогда платить так много за ваше обучение? У вас, что, нет стандартов преподавания, и ни один ученик не исправился?

Все слова завуча Вана застряли у него в горле.

Как это опровергнуть?

Неважно, как возразить: это означает либо признать, что эти ученики не все лжецы, либо признать, что их уровень преподавания низок, и они пользуются различными уловками, которые вообще не работают...

В любом случае завуч Ван не мог признать хоть какую-то из проблем.

Парень, однако, уже начал очередную тщательно продуманную контратаку.

Он указал на стену неподалёку.

Под стеной находился ряд водопроводных кранов.

Такое встречается довольно редко.

Он сказал:

— Если кто-то проявляет признаки сонливости во время урока, специальный учитель выводит его, подставляет голову под кран, включает воду, удерживая голову ученика под ней... Каждые полчаса учитель спрашивает, ты проснулся?

— Зимой в Пекине, когда тринадцать градусов, уже казаться, что вся голова отморожена…

— Глупости… — у завуча Вана ком застрял в горле.

Гу Сюэи приказала другой девушке:

— Ты скажи.

Девушка прошептала:

— Если ты не признаешься в своей ошибке, кое-кто возьмёт вешалку и отхлещет тебя по бёдрам.

— Твою мать! — полицейский не смог удержаться от ругательств, повернул голову, чтобы посмотреть на завуча Вана: — Это правда или нет?

Завуч Ван пробормотал:

— Конечно, конечно, это ложь... как мы можем так поступать с детьми?

— Закрытое управление, в школу никто попасть не может, так почему ты не смеешь так поступать? — Гу Сюэи тихо усмехнулась: — Сегодня восемнадцать градусов. Позвольте мне помочь вам ещё раз и показать вам, сможет ли эта вода довести до смерти?

Слова прозвучали, но никто по-прежнему не успел даже отреагировать.

Она схватила завуча Вана за воротник, затолкала его в раковину и включила кран.

Кран был вывернут на максимум, и вода хлынула прямо на голову мужчины.

Поскольку напор воды был очень сильным, струя воды, словно пушка, сильно ударила по голове. Завуч Ван закричал по весь голос и вскоре промок с головы до ног...

Он превратился в самую настоящую мокрую курицу.

Крик в его горле вскоре превратился в хлипкие стоны...

Восемнадцать градусов — это достаточно холодно.

Завуч Ван не смог бы даже заплакать, если бы захотел.

«Я не единственный, кто это делал! Почему так получилось, что я за всех получаю?!»

— Хорошо, госпожа Янь... — быстро вмешалась девушка-полицейская, — Если кто-то умрёт, ты отправишься в тюрьму. Оно того не стоит... мы позаботимся об этом, мы позаботимся об этом!

Гу Сюэи тоже не хотела прикасаться к нему больше, чем было нужно, поэтому она осторожно опустила свою руку.

Завуч Ван резко упал навзничь, его тело дважды дёрнулось, лицо стало фиолетовым, потому что он не мог нормально дышать, уши покраснели от холода, а шея стала мертвецки бледной.

Он окончательно потерял человеческое достоинство, превратившись в какую-то странную фигуру.

Гу Сюэи обернулась и спросила мягким голосом:

— Вы тоже хотите такого для своих детей? Не желаете ли сами попробовать?

Все родители стояли на месте, их бил озноб, они были так напуганы, что не смели даже пошевелиться.

Янь Вэньхун поджал губы и мягко улыбнулся.

Всё в мире для него было грязным и мрачным, а она стояла посреди этого, как единственный белоснежный цветок, который расцвёл в кромешной тьме, ярко сияя.

Янь Вэньхун сделал шаг вперёд и протянул руку к запястью Гу Сюэи.

Её рука также оказалась холодной.

Янь Вэньхун достал сложенный носовой платок и слегка вытер руки Гу Сюэи.

Он прошептал:

— Грязно… вытри всё…

Ху Юйсинь поспешно протиснулась в толпу, увидев эту сцену, чуть не упала в обморок.

Она, что, настолько плохая мать, раз не заслуживает такого же отношения, как к Гу Сюэи?

Но вокруг царила тишина, Ху Юйсинь привыкла наблюдать за атмосферой и не высовываться, и внезапно она не смогла сказать ничего гневного и обвинительного.

Однако ученики зашевелились и начали проявлять признаки активности.

Они подняли головы и посмотрели на красивую, элегантную молодую женщину.

Это было похоже на то, как если бы подсолнух наконец дождался солнца.

http://tl.rulate.ru/book/49700/3480907