Те, кто спешил, уже свернули на другую сторону дороги, но был только полдень. Посетителей было ещё много, и если бы все воспользовались западным входом, то он тоже оказался бы заблокирован.
– Старейшина Жун, приношу свои извинения за то, что не смог принять Вас, – прокричал Юнь Лань в сторону экипажа издалека. Он вложил в свой голос духовную энергию, и его слова передавались ясно, как день.
Занавески кареты были подняты, и Жун Тянь Лин высунул голову наружу. У него были густые брови, глаза, как у тигра, нос, как у быка. У него была густая борода, идеально подстриженная. Мужчина был одет в королевский пурпур с золотыми и синими бликами.
– Чиновник Юнь, не слишком ли узка эта дорога? – Жун Тянь Линь насмешливо поднял брови.
– Прошу прощения, старейшина Жун, – Юнь Лань проигнорировал тон Жун Тянь Лина и подошёл к его экипажу, мягко улыбаясь. – Пожалуйста, оставьте экипаж и идите пешком. Скоро я нанесу Вам визит и принесу официальные извинения.
Юнь Лань был суровым человеком, но в суде на его лице всегда была обезоруживающая улыбка. Это была та самая улыбка, которую он сейчас использовал: казалось бы, нежная, приветливая улыбка, которая не достигала его глаз.
Не так давно Жун Тянь Линь послал несколько человек в поместье Юнь, чтобы осудить причастность Юнь Жо Янь к погибели его дочери, но Юнь Лань отказался встретиться с ними из-за работы.
Когда Жун Тянь Линь отправился во дворец, чтобы пожаловаться, его сестра, Императрица, набросилась на него за то, что он не смог должным образом дисциплинировать свою дочь. Даже Император, который всегда был почтителен к нему, казался вялым и равнодушным во время его визита.
Не в силах выместить свой гнев ни на ком из них, он планировал устроить большой шум по этому поводу сегодня в поместье Юнь.
Жун Тянь Лин фыркнул.
– Я не против выйти из кареты, но здесь есть кое-кто ещё, кто не может. Что вы будете с этим делать?
Жун Тянь Линь полностью отдёрнул занавески и продемонстрировал почти скелетоподобную девушку, сидящую глубоко в салоне экипажа. Как только Юнь Лань увидел её, он начал хмуриться.
Глаза у неё были запавшие, кожа жёлтая и восковая. Она была худой и измождённой, но одета в роскошное, богато украшенное платье. Украшения и украшения были насильно прикреплены к её растрепанным, спутанным волосам. Она была скелетом, разодетым в роскошные тряпки и выставляющим себя на посмешище.
– Старейшина Жун, что всё это значит? – Юнь Лань наконец перестала улыбаться. Сегодня был восьмидесятый день рождения матриарха Юнь, торжественное и знаменательное событие – но Жун Тянь Линь привёл с собой эту болезненную, несчастную девушку и заблокировал вход в поместье Юнь. Не имеет значения, насколько умело он скрывал свои эмоции, это был жест грубого неуважения и злого умысла, который не мог остаться без ответа.
Жун Тянь Линь повысил голос и указал на больную девушку.
– Вы не узнаете её, чиновник Юнь? Она моя дочь, моя послушная Юэ Хун!
Юнь Лань нахмурился ещё сильнее. Когда он внимательно присмотрелся к девичьей шкуре, то наконец увидел несколько следов старшей дочери семейства Жун, которая была такой же властной и непреклонной, как и её отец.
Но как же её внешность так испортилась?!
Жун Тянь Лин с ненавистью рассмеялся.
– Вот видишь? Причина, по которой моя дочь такая, какая она сейчас, – это все из-за твоей дочери, Юнь Жо Янь! Как я мог упустить такую возможность поблагодарить тебя и твою дочь?
После того, как Жун Юэ Хун была искалечена Ли Мо, она оставалась такой же властной, как всегда. Однако теперь, когда она стала бессильной, другие отпрыски семьи Жун начали восставать против неё. Однажды, когда Жун Юэ Хун в гневе ударила одну из своих в прошлом послушных последовательниц, та девушка, которая никогда не сопротивлялась, на самом деле ударила Жун Юэ Хун в ответ.
Как могла Жун Юэ Хун вынести такое унижение? Она бросилась вперёд, намереваясь наказать обидчицу. В своём гневе она уже забыла, что стала калекой, в то время как другая девушка всё ещё была мастером клинка четвёртого ранга.
Естественно, она потерпела сокрушительное поражение.
Что ещё больше расстраивало Жун Юэ Хун, так это то, что все её бывшие последователи и поклонники толпились вокруг битвы, насмехаясь и издеваясь над некогда прославленной девушкой.
Словно отравленная игла, смех вонзился в её мозг, заставляя желать смерти.
В конце концов Жун Юэ Хун была утащена домой своими служанками. Она приказала им найти Жун Тянь Лина: конечно же, её отец, который всегда относился к ней как к драгоценному камню, поможет ей отомстить им всем! Но всё, что она получила, был едкий, ледяной упрёк.
В тот день Жун Тянь Линь был оскорблён во дворце. Когда он вернулся домой и увидел, что Жун Юэ Хун избита до полусмерти, взывая к нему о помощи, он потерял самообладание. После того, как он жестоко отчитал свою дочь, он исключил её из Семейной Академии.
Жун Юэ Хун ошеломлённо сидела там, где отец оставил её, в течение половины дня. Когда она, наконец, пришла в себя и поняла, что её исключили из Семейной Академии, что скоро она станет всего лишь маленькой дочерью Шу, что всё, что её ждёт, – это жизнь, полная насмешек, презрения и отвращения, её разум опустел.
В ту ночь старшая дочь семья Жун пыталась покончить жизнь самоубийством, отравившись ядом. К счастью или нет, но одна из служанок нашла её вовремя. Жизнь Жун Юэ Хун была спасена, но её тело было разрушено ядом, циркулирующим через её тело.
Внезапно Жун Юэ Хун открыла крепко зажмуренные глаза. Её рот был широко открыт, и она издала несколько странных булькающих звуков.
– Дочь моя, чего ты хочешь? – Жун Тянь Линь немедленно приложил ухо к её губам, пытаясь понять её более ясно. Вскоре после этого он снова поднял голову и посмотрел на Юнь Ланя. – Она не возражает выйти из экипажа, но моя дочь хочет, чтобы Юнь Жо Янь отнесла её в поместье на спине!
http://tl.rulate.ru/book/48752/3470198
Сказали спасибо 7 читателей