Поздний вечер. Предместья города Ксевинг.
Этим вечером город не спал. Он походил на раздраженный улей. Ещё утром все было в порядке, а к обеду, в город потянулся тонкий ручеек, жителей, со всех окрестных территорий. К вечеру в предместьях было не протолкнуться от обилия техники, и людей, что срочно возводили ряды заграждения. Работа нашлась всем. У Ксевинга в запасе оставался один день.
В самом городе проживало порядка тридцати тысяч человек, а в его окрестностях ещё пятнадцать тысяч, и это по официально переписи населения Рани.
Гарнизон города насчитывал пять тысяч человек не включая в себя тысячу безопасников из компании Антей. И эти шесть тысяч человек были размазаны тонким слоем, по территории самого города и его предместьям. Сюда же входили и окружные дорожные дозоры.
Казалось бы для небольшого города этого более чем достаточно, если бы не несколько факторов. Это была не земля, и не глубокий тыл. Вокруг был можно сказать фронтир. И его внешний фасад был благоприятным, но то что варилось внутри. Это была отдельная история.
Известная аксиома, что чем дальше от центрального управления, тем хуже, известна каждому второму, и тут она воплощала собой истину. Самое неприятное, это то, что каждый объект надо охранять, а просто раздать населению оружие, он не имел права. На это требовалось разрешение с Земли. Так что только внутренние войска, только хардкор.
Траудберт вздохнул, и бросил взгляд на карту города. Совещание администрации города закончилось четыре часа назад, а в ушах до сих пор звенело от гама голосов. Мужчина бросил взгляд на часы. По идее уже сейчас в город должны входить первые отряды которые были спешно отозваны со всех постов вдоль дорог. Только бы они успели.
Он тоскливо вздохнул. Помощи ждать двое суток, а то и все четыре. Мэр вздохнул жалея, что человечество не имеет надежных источников связи между колониями. Приходится отсылать послания с кораблями, ибо выходит всяко быстрее чем ждать пока сигнал пройдет расстояние в четыре световых года. Так что только завтра утром на Земле сообразят что происходит, после соберут хотя бы пару кораблей, а город к тому времени перестанет существовать. Может попробовать погрузить всех на корабли и в море?
Траудберт всерьез принялся крутить эту идею так и эдак, но потом был вынужден признать, что вывезти он сможет только половину населения. А что делать с оставшимися? Ладно он лишится поста мэра, но как он потом будет жить с кучей трупов за спиной?
Нет, решено. Видимо придется использовать зажигательные боеприпасы. Конечно потом придется тушить целые гектары леса вокруг, но иначе… лучше не думать, о том что будет. Конечно это крайняя мера, но полностью оправданная. Город нужно защитить. Даже если он будет разрушен полностью. Повернувшись к коммуникатору, он набрал номер секретаря. Через десяток минут он прекратил надиктовывать распоряжения, и уселся в свое кресло. Ему оставалось только ждать.
А где-то далеко в море в это же время на одной из пяти канонерок раздался зуммер вызова.
***
За пару часов до этого
Иван очнулся от резкого запаха. Мутноватый взгляд сфокусировался на молодом парнишке двадцати пяти лет, который держал в руках подозрительно знакомую баночку с нашатырем. В голове царила удивительная и чистая пустота. Разве что где-то на самой границе, медленно, но верно возвращалась головная боль. Но пока она войдет в полную силу, он мог не беспокоится.
Тут же стоило ему начать вертеть головой, как Родзянову сунули под руки фляжку с водой, и под бдительным взглядом пары человек, он её опустошил. Сразу же захотелось на покой. Куда-нибудь подальше от порыкивания на фоне, и легкой тряски.
Рычание и тряска? А собственно где он, и когда он?
Его осоловелый, но полный жизни взгляд, рассматривающий все вокруг себя, заметили сослуживцы, и без дополнительных вопросов обрисовали диспозицию.
— Мы в тридцати километрах от города. Отступаем, еле-еле вытащили тебя из-под обвалившейся вышки. Упал бы ты на метр ближе к ней, и пришлось бы тебя оставить там.
— А??? — до Ивана только начало доходить, что рычание слышимое на грани фона, это двигатель сто четвертого, а он находится внутри грозной машины.
— Б… Половина наших там осталось. Пришлось бежать бросив все, когда эта дура раздавила одну сто четвертую и подломила опорные конструкции наблюдательного пункта. — С трудом, но Иван начала соображать. Мозг включился и теперь переваривал информацию. Половина гарнизона? Из сотни человек, осталось только половина? Родзянов ощутил как по коже прошелся мороз.
— А та тварь, что меня огрела?
— А нету её больше. Ты в детстве тараканов давил? — дождавшись утвердительного кивка, солдат закончил мысль: — тогда можешь себе представить, что произошло с этой тварюшкой.
Иван откинулся на жестком ложементе и прикрыл глаза, надеясь подремать немного. Боль что ранее находилась где-то далеко, вновь дала о себе знать, и словно огромный спрут, вторглась во множество участков его мозга. Лицо его скривила гримаса боли. Видя как их товарищ мучается, ему вкололи парочку препаратов. Их машинам пришлось знатно пропетлять по развилкам, потому что путь напрямую был закрыт. Оказалось, что та орава монстров, штурмовавшая сороковой километр, была лишь частью большой орды существ, что спешно растекалась по окрестностям, но в город твари не совались. Почему именно так, они пока не знали.
***
Через полтора часа, которые для него растянулись на долгие три, машины достигли предместий города, которые разительно изменились. Начать стоило с того, что всюду сновала техника. Гражданская сиротливо ютилась рядом с военными гигантами, спешно перепахивая поля пшеницы. На освободившееся место в срочном порядке натягивалась колючка в несколько рядов. Город плавно превращался в бледное подобие укрепленного района.
Их машины остановили примерно за пару километров от города и тут же перенаправили в расположение штаба.
Спящего Ивана переместили в госпиталь на набережной, а всех остальных припахали к работам. Разве что их капитана Непейводу забрали штабники поделиться впечатлениями.
И то, что он вывали им на голову ну никак не прибавляло им оптимизма. Зато когда капитан вернулся обратно, солдаты узнали ответ на вопрос о тварях.
— Вот что парни. Ситуация поганая, но не смертельная. Этих многоножек просто до одури много. Ксевинг в кольце. Однако есть и хорошие новости. Сегодня штурма не будет. За это следует поблагодарить наших мореманов. Помните те разрывы на востоке? Это канонерки работали. Они отстрелялись по основным скоплениям, и по одной из трех жутких тварей, что смяла наш танк. Собственно поэтому твари начали расползаться по территориям, однако на этом хорошие новости кончаются и начинаются поганые.
— Мы с генералом Родзянко сошлись во мнении, что уже завтра следует ожидать нашествие волны. Так что готовимся парни. Завтра будет жарко. Я распорядился, и скоро уже через пару часов вам выдадут зажигательные боеприпасы, и гранаты. — тут Непейвода заметил взгляд своих солдат и ответил на невысказанный вопрос.
— Да парни. Мы сожжем предместья и окружающие поля с лесами, но не пустим их во внутреннее кольцо города.
***
В голове Майера набатом стучали последние слова сказанные Виамидай, пока руки независимо от него работали. В данный момент, учёный занимался тем, что вёл съемку всех объектов на маленькую камеру КПК.
Что же, он получил ответ на все свои вопросы, кроме парочки, но те могут подождать до возвращения в лабораторию.
Раз уж ему разрешили, то грех этим не воспользоваться. С этими мыслями, Йозеф принялся осматривать и отснимать на камеру всё мало-мальски полезное в этой каверне. Для начала он взял крупный план всего помещения, следом перешёл к каменным саркофагам, с запертыми внутри мёртвыми представителями Цфонгов, а после перешел к центральному постаменту, с загадочным артефактом, регулирующим гравитацию планеты.
Вообще это был отдельный предмет разговора с Виа.
Учёный внутри бесновался и требовал немедленно демонтировать всё что можно, что бы тут же всё это изучить. А рациональный и степенный голос кошки, утверждал, что это попросту опасно. По крайней мере в ближайшие лет двадцать.
Однако Виамидай не запрещала, а наоборот поощряла стремление ученого, к изучению артефакта. Даже добавила, что при пассивном изучении, он может многое для себя открыть.
И сказано было с таким ехидным намеком.
Но что больше всего заставляло бесноваться ученого, так это тайна самой кошки. Почему наниты, которые существуют в единственном экземпляре в его организме, так спокойно обосновались в инопланетном организме Виамидай?
У Майера была одна догадка связанная со словами Виа, но опять же было минимум несколько проблем на пути решения загадки.
Первая — это время. Много времени.
Вторая — это легализация Виа. Йозеф содрогнулся, представляя себе каким образом он будет объяснять той же Гертруде или Грэю, или тем паче невзрачному главе безопасности их компании, зачем ему нужна машина для убийства под названием Виамидай в центре лаборатории Антея. Но что ещё хуже, тот факт, что её нужно протащить в пределы Ксевинга инкогнито. А это… Это был полный и бесповоротный финиш…
В общем, геморроя на ближайшие недели у него будет очень много. Наконец, спустя пару часов, учёный закончил с каверной, и даже умудрился переспорить Виа, после чего отснял на камеру саму Виамидай, и они двинули на поверхность.
Повторный подъём не занял у них много времени, и буквально через пятнадцать минут они вновь оказались на уступе. На этот раз картина мира была совершенно другой.
Удручающей и пугающей. Больше не было широколиственного леса, и обширных полей. Всё вокруг гор горело или взрывалось. Сами того не ведая, они попали по времени на начало обстрела канонерок.
Раз за разом откуда-то с береговой полосы, к подножию горных массивов, прилетали снаряды. И на этот раз это были не вольфрамовые болванки, а самые обыкновенные снаряды начинённые тротилом или зажигательной смесью. На глазах у Виа и Майера во вспышке взрыва исчез значительный кусок леса. А на месте попадания в воздух вздымался жуткий шипяще-свистящий вой.
Улучшенное зрение человека подстроившись под новые реалии, отметило, что в местах обстрела всё кишмя кишело существами. Но на этот раз ему не требовалось пояснение. Он уже знал по кому отрабатывает береговая артиллерия.
Где-то в глубине души поднялась странная радость, при виде этой картины. Странно, он же вроде бы не… А вот оно что.
Рядом с ним сидела Виа, и в её глазах отражаясь от скал плясал огонек затаенного удовлетворения. Виамидай была довольна.
«Последний раз что-то подобное было очень давно. Только вместо огня и стали на этом месте были холмы. И точно так же как и сейчас их заливали смертью. Мы созданы быть стражниками гробницы и защитниками артефактов. Но мы не всегда были ими. Иногда мы занимались борьбой с вредителями.»
Майер вздрогнул от этих слов. Внутри шевельнулось воспоминание, давнее и довольно затёртое. Кальмароподобные металлические тела, объятая пламенем земля. Хищные и обезображенные тела закрытые металлом. Хаски и Жнецы.
Страж повернула мордочку к человеку, и смерила его задумчивым взглядом. Что-то в его картине было ей знакомым. Подозрительно знакомым. А если так?
В ужасающем пейзаже нарисованном сознанием Йозефа добавились краски, а к большим кораблям Жнецов добавились кораблики поменьше. И Земля сменилась другой планетой. Более большой и цветущей. Можно сказать она была практически полностью зеленой. Но с каждой секундой она раскалялась, до тех пор пока не была выжжена окончательно.
«Интересные у тебя мысли Йозеф.»
Ученый вздрогнул. Это был первый раз, когда Виа перешла на ты. Не то что бы это его пугало, но это было неожиданно. Но что ещё удивительней, так это новая картина в воображении, которую плавно дополнила Виамидай.
Что это было? Нет не так. Значит Цфонги были уничтожены так же как и все остальные. Жнецами не ведающими жалости, и чуждыми живому машинами. Не первый, но и не в последний раз его посетила одинокая мысль. А что вообще может противопоставить человечество Жнецам? От этой мысли стало тоскливо, и тошно на душе. Так бы он и сидел на скале обуреваемый дурными предчувствиями под звуки канонады внизу, если бы не одно но.
Что-то ткнулось в его руку, и Майер перевёл взгляд туда. Под руку к нему настойчиво лезла Виамидай.
«Пойдём. Надо спешить. Я доставлю тебя в город.»
Учёный растерянно посмотрел на кошку, и так же машинально погладил её по голове. Как когда-то давно гладил домашнюю любимицу ещё тогда, на Земле.
В конце-концов, что будет то будет. Ведь пока ещё не всё потеряно. С этими мыслями он забрался на подставленную спину, покрепче вцепившись в густую шерсть, и через пару секунд они начали спуск вниз.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/47804/1189154
Сказал спасибо 1 читатель