ʹПохоже, простудиласьʹ.
Возможно, это случилось потому, что последние дни Канна перетруждалась и слишком сильно переживала. Она заболела после дня проведения ритуала очищения.
Долгие три дня.
Лишь через три дня она встала с постели.
— Сестра, вы в порядке?
— В порядке.
— Правда? Где-то болит?
— Нет.
Когда Канна встала, Каллен, уже ожидая ее пробуждения, мигом к ней подошел.
Выражение Каллена было тревожным.
Тогда Каллен посмотрел на Клода неприятным взглядом.
— Как ты охранял сестру, раз на ней нет лица?
— Каллен, нет. Сэр Клод великолепно справился со своей работой!
Причина истощения и плохого самочувствия — неправильное питание на фоне беспокойств и тревог.
Из-за простуды она съела лишь одну кашу.
— Мне было бы трудно без сэра Клода. Я выжила благодаря сэру Клоду. Он вправду надежный и верный эскорт!
— …Точно?
— Ах, да.
— Вот оно что.
Но почему-то казалось, что настроение Каллена испорчено.
— Герцогиня, вы позволите мне разрезать пополам язык мисс Рэйчел? Это бы стало доказательством, что я умелый рыцарь, надежно вас охраняющий.
Клод, улыбнувшись, пошутил.
Это, очевидно, шутка. Должна быть.
Должа быть?…
— Я очень волновался. Сестра.
Каллен вздохнул и пробормотал, прикрывая глаза обеими руками.
— Право, я не мог уснуть несколько дней…
Его голос звучал беспокойно.
Сомневаюсь, что не было причин на бессонницу.
— Правда?
— Да, я действительно рад, что с вами все в порядке.
Каллен уставился на Канну.
Его сестра невредима.
Канна улыбалась.
Посмотрев ей в глаза, он почувствовал исходящую от нее истощенность.
Тело похудело, но красота с лица Канны не исчезла. Когда щеки окрасились персиковым цветом, Каллен почувствовал облегчение.
Канна с улыбкой сказала.
— Спасибо за заботу, Каллен.
Было неприятно. Очень.
ʹЯ похожа на ребенка? Плохо, если его забота и заинтересованность мною перейдет границыʹ.
Она не была ни младшей сестрой, ни возлюбленной. Так какова причина его переживаний?
Лишь от одной мысли, что Каллен беспокоится о ней, вызывало мурашки по коже.
ʹДаже думать о таком неприятноʹ.
Но пришлось смириться. Потому что именно она сделала таким Каллена.
И все же отношение Каллена приносит плоды.
ʹЧто ж, спасибо Каллену за успешное разрешение проблемыʹ.
Разве не Каллен приставил подле нее Клода?
Без Клода она бы не справилась с делами так просто.
В этом смысле Канна очень благодарна своему рыцарю.
Возможно, по этой причине, искренние чувства, которых не было в сердце Канны для Каллена, вылились в улыбку.
— Большое вам спасибо, сэр Клод.
Затем Клод ярко улыбнулся и почесал свои золотистые волосы.
— Нет, я просто делал свою работу.
— Вы прошли через много трудностей. Тогда вы попали под сильный дождь…
Ну, и почему же подумала об это сейчас…
ʹОчень часто я видела его за окном под дождемʹ.
Он много работал над ее поручениями, но ни разу не позаботился о своем физическом состоянии.
Канна цокнула языком из-за своей беспечности.
Затем она села на диван рядом с ним и протянула руку.
— Руку.
— Да?
— Дайте мне руку.
Клод оказался сбитым с толку.
Канна проигнорировала его шутки и потребовала.
— Я врач, поэтому позвольте мне вас осмотреть. Хочу узнать каково состояние сэра Клода. Так что протяните руку. Немедленно.
Она была настолько настойчивой, что Клод бессознательно протянул руку и смутился, как Канна закатала рукав.
— Герцогиня?
— Ваш пульс немного быстрее среднего? Заразились от меня? У вас есть симптомы простуды? Если у вас болит голова или заложен нос...
— Нет, все в порядке, спасибо.
Спина Клода покрылась холодным потом.
Показалось?
Похоже, Каллен, стоявший позади, был недоволен.
— Теперь стоит осмотреть Каллена.
Было несправедливо проявлять заботу только к Клоду, поэтому Канна неохотно позвала Каллена.
Затем подошел Каллен, как будто уже ждал, и сел рядом с ней.
И медленно произнес.
— Мне кажется, у меня небольшая температура, сестра.
— Да? Правда?
— Да, пожалуйста, проверьте.
— Подойди сюда.
Когда Канна протянула руку, Каллен послушно склонил голову и подставил ей лоб.
Его внешний вид походил на зверя, позволившего хозяину нацепить поводок.
Клод, наблюдая, почувствовал нечто странное.
Это сэр Каллен.
Он знает, как Каллен обращался с Рэйчел.
Придерживался минимальной вежливости, вел себя очень равнодушно и высокомерно, а иногда проявлял чрезмерную резкость.
Даже к матери, герцогини Эдис, был холоден.
— Ха....странно. Вроде, жара нет?
— Неужели?
— Хах.
Затем Каллен приподнял кончики рта и рассмеялся.
— Тогда я ошибся.
— Хорошо, если это заблуждение.
Особенно для Люси, к которой он очень заботливо относится.
ʹСэр Каллен избавился от прошлых призраков?ʹ
Клод впервые увидел, что у Каллен Эдис такая стойкая привязанность к кому-то.
ʹЯ слышал, что раньше они плохо ладили друг с другом. Но теперь их вид напоминает любящих брату и сеструʹ.
Если подумать, то есть выражение, что время расставит все на свои места.
Может быть, прошедшие годы разрешили их недопонимания и вражду?
ʹ….Но правда ли это?ʹ
Клод уставился на Канну.
Лицо Канны было слишком милым и красивым.
Оно было идеальным.
ʹ Говорят, в детстве герцогини приходилось очень тяжело... '
Но она все простила?
ʹКак и думал, она очень мягкосердечнаʹ.
Но сколько бы раз он не думал, Канна была слишком добра.
Он слегка переживал из-за ее шелковистого сердца.
ʹЯ отлично справился со своей задачей эскорта. Хорошо, что она мне довериласьʹ.
Она вправду замечательный человек. И довольно интересный.
Тогда так и подумал Клод.
Скрип.
Дверь без стука открылась.
Канна повернула голову и застыла.
— ....Ах, отец.
Вошел Александр Эдис.
***
Первосвященник торопливо собирал вещи.
ʹПрибыл священник из храма!ʹ
Очевидно, Орсини послал телеграмму из-за черного тумана.
Но на этом не все. Герцог Александр Эдис и Сильвиен Валентино прибудут на остров Пэйллон.
Нет, может, уже прибыли.
ʹЧерт, игра в короля окончена!ʹ
По слухам, черный туман наподобие некой мутации, который взрывается со всех сторон, как петарды, а потом внезапно исчезает.
Так что обычные рыцари бесполезны.
Если быть точнее, то туман стал для них ядом.
Когда люди касаются черного тумана, они заражаются, а когда заражаются…Их нужно убивать.
Поэтому и нужны те, кто не заражен туманом; те, у кого есть святая сила.
Потомки древнего Паладина и Божественного жреца
ʹДа я бесполезен! Потому что у меня нет святой силы! ‘
Орсини, этот ублюдок, очевидно, сознательно не использует силу, что отнюдь не правильно.
Жрец же не обладал святой силой.
ʹТрудно заполучить такой же авторитет, как и раньше, ибо грязное и непристойное поведение запечатлелось в сознании у множества людейʹ.
Разве его не похитили и заставили есть ржаной хлеб?
Однако невозможно наказать преступника.
ʹНо та галлюцинация была поистине великолепной. ‘
Потому что он лицезрел Бога.
Чувство, когда он столкнулся с Богом, радость и эмоции, все еще переполнявшие его тело, были яркими и отчетливыми.
Такое ощущение, что он впервые увидел божество.
‘… Да, будто я увидел Бога. '
Первосвященник долго вспоминал верховное существо.
Бог среди людей, которых он знает — нет, он правда человек? — было самым красивым существом.
Ни одно другое существо в этом мире не очаровывало, как он.
Его белая нежная кожа была подобна жемчугу, а волосы сияли, как струящийся лунный свет.
Глубокие зрачки, отражающие некий секрет, густые ресницы и даже под правым нижним глазом...
— Куда вы собираетесь?
Тогда он решил сбежать из деревни.
Первосвященник в изумлении обернулся.
— Сэр Джером?
— Первосвященник, чем вы заняты в столь поздний час?
Почему сэр Джером здесь?
Первосвященник забыл о побеге и издали на него уставился. Насколько ему известно, сэр Джером был заключен в тюрьму вместе с Рэйчел.
Да, он слышал, что Джером сидел в тюрьме.
— Почему сэр Джером здесь?
— Ну как вам сказать. Как я оказался здесь?
Джером засмеялся.
— Но, первосвященник, разве я не первый спросил?
— ….
— Куда направляетесь этой ночью, первосвященник?
Первосвященник неосознанно отступил.
— Рэ...что случилось с мисс Рэйчел?
— А. Вы имеете в виду леди?
Джером, широко улыбнувшись, подошел.
Почему-то смех звучал очень странно.
Но перед ним верный рыцарь, которого он знал уже давно.
— Ра...разве. Разве вы не охраняете мисс Рэйчел? В такие моменты вы должны быть подле нее.
— Неужели ей недостаточно того, что я уже сделал?
Его сердце бешено колотилось.
Первосвященник неосознанно огляделся.
Темная ночь.
Безлюдная аллея.
Здесь ни единой души.
Правда была прискорбной.
— Что вы говорите, сэр Джером. Неважно, насколько она грешна, с мисс Рэйчел у вас уже давние отношения. Не так ли?
— О, я о том, как мне приходилось тяжело ей потакать.
Тук!
Жрец резко остановился, пока отступал, в конце аллеи.
И Джером неторопливо приблизился, как гиена, загоняя добычу.
— Но я неплохой сорвал куш.
— В-вы, вы кто?...
— Благодаря той девке я каждый год делал постоянные жертвоприношения.
Джером продолжал приближаться.
Первосвященник сглотнул. Пот, скопившийся на руках, медленно стекал.
— Э-это, что делаете ? Вы же не станете причинить мне боль? Я — первосвященник!
— Первосвященник.
Джером повторил слово.
Голос звучал опустошенно, словно кто-то провинился.
— Поросенок без святой силы.
— ...
— Какой же это первосвященник.
В это время засиял лунный свет, съеденный темными тучами.
Слабый свет озарил лицо Джерома, окутанное тьмой!...
— Ох-х!
Первосвященник плюхнулся на месте.
— Ты, ты ... ты не можешь!
— Ах. Ты видел. Но мне все равно. Что ж, я и так подумывал об убийстве.
Джером медленно моргнул глазами.
В то время цвет его глаз вернулся к своему обычному коричневому оттенку.
Это уже не черный цвет, свидетелем которого стал жрец.
— Неужели вы...!
— Шшш, тише.
Джером прижал палец к губам.
— Не стоит бездумно произносить это слово.
Потом раздался смех.
— Потому что сейчас на острове очень жуткие и опасные люди.
П.п:
Игра в короля -т.е. главного на острове
http://tl.rulate.ru/book/46467/1391277
Сказали спасибо 294 читателя