Кто - то пришел снаружи, и нянюшка Тао вышла на некоторое время. Она выглядела смущенной, когда вернулась. Она заметила, что лицо Гао Ран стало мрачным, но не посмела это сказать, только заикаясь, сообщила:
-Супруга шицзы, шицзы собирается готовиться к весеннему экзамену, так что он не вернется сюда спать несколько дней. Госпожа Бу сказала, что супруге шицзы еще нужно копировать буддийские писания. У меня нет времени обслуживать шицзы, поэтому Юнхуэй пойдет за шицзы в кабинет.
Гао Ран внезапно пришла в себя и сжала кулаки, ногти глубоко впились в кожу ладоней. После этого дня Гу Чэн Яо был наказан Янь Ваном. И как он был наказан, внутренний дом не должен был знать.
Гао Ран знала только, что внезапно у Гу Чэн Яо появилось так много заданий, что она едва могла видеть его в будние дни. Теперь Гу Чэн Яо едва ли не жил в кабинете. Гао Ран понимала честолюбие этого человека и была готова поддержать его. Но такая поддержка ограничивалась тем, что она позволяла Гу Чэн Яо усердно учиться самому, не бросать жену и не приводить с собой других женщин днем и ночью, которые скрашивали учебу школяра.
Матушка Бу остановила людей Гао Ран и отправила Юнхуэй в кабинет. Неужели они думают, что другие не видят их грязных мыслей?
Гао Ран была очень сердита, ее грудь поднималась и опускалась. Наконец, она сдержала вздох.
Малая нетерпимость ведет к хаосу. В далекие времена иметь трех жен и четырех наложниц было обычным делом. Во всяком случае, она была главной женой. А пока ей стоило мириться с этими дешевыми служанками и не позволять Гу Чэн Яо возражать против нее. После того, как она родит сына, и ее положение станет стабильным, разве не ей придется распоряжаться этими дешевыми шлюхами по своему усмотрению?
Гао Ран, наконец, смирила свой гнев. Она вдруг почувствовала раздражение, глядя на Книгу сыновнего благочестия, раскрытую перед ее глазами. У кого хватило бы терпения копировать эти феодальные отбросы, что от них толку, кроме, как терять время?
Женщина изучает игру на фортепиано, шахматы, каллиграфию и живопись, чтобы выйти замуж. Теперь, когда она уже вышла замуж за шицзы, какой смысл этим заниматься? Сейчас Гао Ран должна была ходить на банкеты, общаться с другими официальными женами и следить, чтобы у Гу Чэн Яо не появилась наложница или любовница.
Гао Ран помолчала, понимая, что больше медлить нельзя. Она позвала матушку Тао и зашептала ей на ухо. Няня ее поняла. Через некоторое время из боковых ворот особняка Янь Вана вышел человек и направился к особняку герцога Инго.
Во дворе Цзинчэн Линь Вэй Си, наконец-то, разобралась со всеми слугами, которые приходили докладывать о проделанной работе. Она откинулась на спинку стула в гостиной. Вань Син поспешно засунула мягкую подушку за спину Линь Вэй Си, а Вань Юэ протянула ей горячий чай:
-Ванфэй, вы были заняты все утро. Выпейте чашку чая, чтобы увлажнить горло.
-Да, - Линь Вэй Си взяла чай, сделала глоток и спросила: - Там еще не закончили перепись в буддийском зале?
При этом вопросе, выражение лица Вань Юэ стало немного странным.
-Стало лишь на одну копию больше, чем вчера.
Линь Вэй Си поставила чай.
Это казалось невероятным. Она призналась, что у нее были эгоистические мотивы, когда она наказывала Гао Ран, чтобы та сняла копию сто раз, но Книга сыновнего благочестия составляла меньше двух тысяч знаков, что было не так уж много. Но она не могла закончить копирование даже через двадцать дней?
Линь Вэй Си вначале ожидала, что Гао Ран закончит через полмесяца. Когда женщина в семье допускала ошибки, это было нормально - сидеть взаперти и по полгода переписывать книги. Это наказание тоже было в самый раз, чтобы Гао Ран никуда не выходила в конце года. Назойливые люди говорили, что она жестоко обращалась со своей невесткой. Но Линь Вэй Си не ожидала, что Гао Ран продержится больше двадцати дней. Уже почти кончился год, а она еще не вышла.
Это было неловко.
В конце года все дома стали наносить визиты. Многие мадам приходили в особняк и встречались с Линь Вэй Си, а не с Гао Ран, и было неизбежно, что они будут спрашивать, куда та пропала.
За последние несколько дней, Линь Вэй Си пришлось несколько раз объяснять другим, что причина, по которой супруга шицзы не присутствовала, заключалась в том, что она снимала копии Книги сыновнего благочестия для Янь Вана в доме.
Во всяком случае, унижена была Гао Ран, и Линь Вэй Си говорила правду, пользуясь авторитетом Янь Вана. Каллиграфии Гао Ран было недостаточно, и она не могла переписать Книгу сыновнего благочестия сто раз. Можно ли винить в этом Линь Вэй Си?
Достойная дочь особняка герцога Инго, супруга шицзы особняка Янь Вана, даже если у нее был плохой почерк, она и такую простую работу выполнить не могла. Линь Вэй Си было стыдно, что Гао Ран не владеет элементарными навыками. Чему же она на самом деле научилась больше, чем за десять лет?
Линь Вэй Си слегка приподняла брови, не скрывая насмешки в глазах. Вань Юэ также чувствовала, что супруга шицзы была немного смешна, но не могла сказать такие вещи.
Вань Юэ смогла только сменить тему и сказать:
-Ванфэй, сегодня двадцать третье. Отныне вангье может сделать перерыв, не нужно будет идти на двор.
Вот как, уже двадцать третье.
Линь Вэй Си взглянула на небо за окном, встала и сказала:
-Сегодня день отдыха, вангье не должен оставаться во дворце, чтобы обсуждать дела. Боюсь, он уже вернулся. Я пойду и посмотрю.
Вань Син вздохнула и с тревогой сказала:
-Ванфэй, сегодня вы отдавали приказы слугам и устали. Вам следует немного отдохнуть перед выходом.
Линь Вэй Си быстро вышла, безразлично сказав:
-Не нужно.
Гу Хуэй Янь только что вернулся из дворцового города и привел в особняк несколько человек, они были у главных ворот особняка. За ним с одной стороны шел Чжао Цянь, а с другой - Чжоу Мао Чэн.
Чжао Цянь был старым генералом, который много лет следовал за Гу Хуэй Янем. Он давно прослышал о свадьбе Янь Вана, но находился в другой провинции и не имел возможности приехать. Он мог только поручить отправить подарок в столицу. Теперь, когда он вернулся в конце года, чтобы доложить о своих успехах, Чжао Цянь воспользовался этой возможностью, чтобы, наконец, прийти в особняк Янь Вана и лично поздравить Гу Хуэй Яня.
- Вангье, твой подчиненный поздравляет тебя с новым браком. Когда я услышал об этом в июне, этот подчиненный хотел приехать и поздравить, но на границе были важные дела, и я не мог уехать. До сих пор я был занят и, наконец-то, получил шанс, съездить в столицу.
- Это не имеет значения. Это очень почетно - преданно охранять границу.
-Подчиненный понимает. Этот подчиненный боится не оправдать доверия вангье, поэтому не смеет расслабляться ни на минуту, - сказал Чжао Цянь, вздохнув: - Раньше этот подчиненный всегда считал, что ты один. Хотя ты энергичен и решителен, ты немного одинок. Теперь, когда ты женился на новой ванфэй, это избавило нас, старых подданных, от беспокойства на долгие годы.
Обычно, независимо от того, насколько близким был солдат или друзья, лицо Гу Хуэй Яня всегда холодело, стоило сказать о женитьбе на новой ванфэй. Чжао Цянь уже приготовился, но обнаружил, что Гу Хуэй Янь не остановил его, и его лицо выглядело очень мягким. Чжао Цянь опешил и подсознательно посмотрел на Чжоу Мао Чэна.
Чжоу Мао Чэн все понял, а затем сказал:
-Ванфэй добра и искренна к другим. Вангье и ванфэй живут в мире.
Чжоу Мао Чэн прошел огонь и воду. Если он говорил о человеке, как об "искреннем к другим", можно было себе представить, насколько высока эта оценка.
Чжао Цянь удивился еще больше. Он видел, что Гу Хуэй Янь не выглядел несчастным из-за этого, очевидно, для него его новая ванфэй была идеальна. Чжао Цянь удивился и спросил с любопытством в сердце:
-Я еще не проявил уважения к ванфэй. Я просто не знаю, кто она?
Основываясь на высокой оценке ванфэй, вопрос Чжао Цяня был, на самом деле, вполне нормальным. Но он не ожидал, что обстановка вдруг станет немного странной. Он не мог видеть выражение лица Гу Хуэй Яня, который был впереди, но Чжоу Мао Чэн громко кашлянул.
Чжао Цянь недоумевал:
-Что случилось?
Чжоу Мао Чэн быстро взглянул вперед, затем подмигнул Чжао Цяну:
-Линь Юн, ты его помнишь? Ванфэй - его дочь.
Рот Чжао Цяня расширился.
Он долго молчал, прежде чем спросить:
-Дочь?..
http://tl.rulate.ru/book/45860/1393735
Сказали спасибо 456 читателей
-Дочь?.."
Да-да, чувак, старикан на молодухе женился и радуется. Еще бы чуть-чуть и можно было бы назвать педофилом)