Глава 4.
– Карина, ты притащила что-то с улицы?!
– Что? Нет?
– Тогда почему Авелия держит эту отвратительную вещь! Ты хоть понимаешь, как это ужасно!
– Я не…
– Почему, чёрт возьми, после того, как ты стала старшей сестрой, ты перестала меня слушаться? Почему ты так расстраиваешь меня!
Карина не могла ничего сказать.
Авелия, ставшая белой, смотрела на неё, спрятавшись за мать и плача, поэтому нельзя было сказать, что принесённая вещь была не Карины.
Я понимаю, что сколько бы я ни говорила, что не делала этого, мой голос всё равно не дойдёт до мамы, – сердце Карины болело.
Она замахала руками в воздухе, чтобы выбраться из темноты, но сцена вновь сменилась.
– Да, завтра выпускная церемония Инфирика. День рождение состоится через несколько дней, хорошо? Карина?
– Да, всё в порядке. Отец.
– Карина, прости. Если чаепитие, которое ты устраиваешь, не является срочным, могу я немного отложить его? Авелия плохо себя чувствует.
– Да, матушка.
В изменённой сцене Карина сидела с равнодушным выражением лица, словно ей больше не было больно.
В какой-то момент говорить, что всё в порядке, стало естественным ответом для Карины.
Она старалась не грустить. Ей казалось, что она будет плохим ребёнком, если будет грустить.
Потому что её сестра больна, потому что её брат ранен.
– Разве не будет удушающе-эгоистично просить кого-то остаться со мной лишь потому, что я чувствую себя одиноко?
– В сравнении с величием моего старшего брата, которого все восхваляют, картины, которые я рисую ничтожны.
– Младший брат и сестра, которые делают моего отца счастливым, более удивительны, чем я.
– И моя сестра более не здорова, чем я, поэтому я должна уступать.
– Празднование дня рождения через несколько дней не уменьшит количество сладостей или подарков.
– Всё в порядке, ведь я сильная.
– Я… в порядке.
Количество картин, которые рисовала Карина, продолжало расти.
После этого она осознала ещё несколько фактов.
Картины могли оживать лишь в том случае, если она рисовала их изо всех сил, но не исчезали от целого часа или целого дня.
Число чудес, которые творила Карина также увеличивалось. Многочисленные картины оживали, а затем исчезали.
Вместо семьи, которая не заботилась о ней, сколько бы раз она не звала, внимание Карины отвлекали живые персонажи с картин, которые сразу же обращали внимание на неё, когда та звала их.
Время от времени они становились ей друзьями, которым она рассказывала свои одинокие истории, питомцами для утешения при скорби о родителях и часто врачами, залечивающими раны для неё, а не близнецов или Инфирика.
Как и размер одиночества, жизненная сила Карины постепенно уменьшалась, хоть та и не осознавала этого. До точки невозврата.
*****
– Прибыли.
Карина, уснувшая в трясущейся карете, проснулась от звука голоса кучера.
Возможно, это было из-за приснившегося ей за короткое время сна, но на щеках девушки выступил холодный пот.
Карина, прижимая ладонь к трепещущему сердцу, вышла из кареты, стирая с лица бессмысленное выражение.
На обратном пути можно было воспользоваться городской каретой, поэтому девушка отослала кучера обратно.
Пока я сидела в карете и, закрыв глаза, пыталась совладать с сердцем, случайно заснула и мне приснился такой сон.
– Просто есть над чем поразмышлять.
Ни день и ни два, – мысленно пробормотала Карина.
На самом деле, вывод, к которому она приходила в конце этих размышлений, всегда был одним и тем же.
Авелия и Фэрдон всегда будут младше. Понимать и отступать всегда придётся Карине.
Следует пойти к доктору.
Нет смысла впадать в депрессию из-за одиночества. Даже если я заплачу, всем всё равно будет наплевать.
Карина поняла это, когда ей не было и 10 лет.
– Что, вы всё же решили прожить дольше? – как только Карина вошла в кабинет, её сразу же поприветствовал знакомый грубый голос.
Однако он не казался ей слишком неудобным. Наоборот, с резковатым доктором Карине было гораздо комфортнее, чем со своей дружной семьёй.
Приняв решение, Карина слабо улыбалась с более ярким выражением лица.
Седовласый доктор выглядел крайне оживлённо, в отличии от своих чисто белых волос.
– Нет, мне нужно лекарство.
– Лекарство? Какое лекарство?
– Я хочу уехать.
Доктор расхохотался над её простым и нелепым ответом, но, посмотрев Карине в глаза, смотревшей на него спокойно, тут же замолчал.
– Я не думаю, что когда-либо контролировала свою жизнь. Я никогда не была хозяином собственной жизни… Теперь я не хочу так жить.
– Поэтому вы хотите уехать?
– Да.
Это лучше, чем вчерашний настрой, когда она узнала, что ей суждено умереть, но отправляться в путешествие с таким телом? – доктор искренне хотел отговорить девушку.
Но её глаза были слишком решительны и непоколебимы.
– Насколько долгим будет ваше путешествие?
– Хм… Вы знаете, о Зэнтар на окраине северных территорий?
Глаза доктора тут же расширились. На мгновение на ум Карины пришёл Ноктон, но она покачала головой.
Почему лицо этого старика вдруг напомнило молодого мужчину?
– Скажите мне, что вы предпочитаете умереть. Тогда я дам вам лекарство, которое сразу убьёт вас, – с кривой улыбкой отозвался доктор.
Лицо Карины окаменело от неловкости.
Она ожидала, что не услышит ничего хорошего, но не ожидала, что ответ будет настолько прямолинейным.
Карина потеряла дар речи, прикрывая глаза, не в силах найти правильные слова.
– Что! Если вы собираетесь умереть, то пришли не в то место. Прочь, уходите!
– Нет, это не то… – Карина недоумевала от реакции доктора, размахивающего руками, словно он гонялся за курицей, съевшей колосья риса. – Есть ли способ благополучно добраться туда, не умерев? Я планирую поездку длинной примерно в два месяца.
– Почему вы выбрали Север? Если хотите отдохнуть, возьмите путешествие на корабле. Это будет лучше.
– Гм… мне есть куда поехать на севере.
– Боже, боже, вы знаете, как там холодно? Через два месяца там будет наступать зима.
– Эм, а зима имеет какое-то значение? Я всё равно буду в своей комнате…
Недовольный взгляд доктора обратился к Карине.
Выражение его лица стало таким, словно он смотрел на ребёнка, который ничего не знал о мире.
– Что именно вы хотите?
– Чтобы я не упала по дороге и не умерла, просто добраться в целости и сохранности.
– Когда вы уезжаете?
– Через неделю.
– …тц, время поджимает. Я понял. Жизненную силу, поглощённую болезнью искусства, нельзя полностью вылечить, но можно на время замедлить прогресс её поглощения.
Глаза Карины расширились.
– Если вы начнёте принимать лекарство, то после того, как вы перестанете это делать, вам станет хуже, даже если за время его приёма симптомов не будет. Я дам вам запас лишь на два месяца.
– Этого достаточно, – мягко кивнула головой Карина.
Получив нужный ответ, она выложила много золотых монет.
– Зачем мне так много денег?
– За лекарство на два месяца.
– В любом случае, нет необходимости в такой сумме!
– Тогда я даю их вам в знак благодарности. Всё равно они станут бесполезными. Тогда, я вернусь через шесть дней, – улыбнувшись, Карина слегка склонила голову.
Доктор прищёлкнул языком, увидев, что Карина оставила четыре золотые монеты.
– Она быстро сдалась.
Но он был доктором. Он спасал жизни людей, которые хотели жить, но не мог спасти жизни людей, которые хотели умереть.
– Какой жизнью она прожила столько времени, что приняла подобное решение, когда и где ей умереть?.. – спросил пустоту доктор, когда Карина с грустным выражением лица покинула кабинет.
Грубо смахнув золотые монеты в ящик стола, доктор покачал головой. И смотрел в окно, как Карина уходит от здания.
*****
Прежде чем вернуться домой, Карина купила и упаковала мясо на палочке для Авелии.
Привередливые родители или старший брат не станут есть это блюдо, которое едят простолюдины, а вот любопытным близнецам оно наверняка понравится.
– ……например, мясо на палочке или сок! Я хотела бы попробовать!
На ум Карине пришла Авелия с яркой улыбкой.
– Моя сестра может гулять каждый день…
А следом слова, которые вывернули её наизнанку.
Карина знала, что в Авелии нет большой злобы. Она не знала почему, но младшая сестра нравилась ей. Вот только с одного дня Карина не могла искренне улыбаться ей в ответ.
Карина купила два стакана фруктового сока, которые хотела попробовать Авелия.
И направилась к точке, где арендовала карету. Кучер на остановке, вскочил, поспешно склоняя голову, когда она назвала пункт назначения.
Карина села в потрёпанную карету. Карета была старой и изношенной, и в ней также пахло затхлостью.
Скрежет был такой сильный, что Карина не могла долго сидеть внутри, к тому же ягодица и спина болели от тряски.
Утешением было то, что от большого рынка до графского особняка было не так далеко.
– Это будет идеальны перекусом перед ужином, – вздохнув, пробормотала Карина.
– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –
http://tl.rulate.ru/book/45567/2374458
Сказали спасибо 26 читателей