Глава 29: Письмо
Рана на лице Ли Чан Си зажила. Милую щечку девушки прорезал ужасный шрам. Для того, чтобы хотя бы слегка его замаскировать, было необходимо большое количество пудры. Ей потребовался еще месяц провести в своем дворе, чтобы выздороветь. Но, в конце концов, она неохотно покинула свои апартаменты в Шуан Юэ Ге и отправилась в Хэ Сян Юань, когда Лао Фурен попросила в пятый раз ее навестить. Стоило ей войти в Сад Лотосов, как она услышала радостный смех.
- Вэй Ян, ты умеешь меня развеселить!
Ли Вэй Ян была одета в желто-зеленое шелковое платье. На воротничке были вышиты орхидеи, подчеркивая белоснежную кожу девушки. Темные волосы были заколоты простой нефритовой шпилькой. Фигура девушки излучала ауру юности и доброжелательности, из-за чего она казалась очень дружелюбным человеком. На ее лице сверкала игривая улыбка.
- Для Вэй Ян большая удача находиться рядом с Вами.
Лао Фурен снова засмеялась и мягко покачала головой.
Она снова лжет! Какой острый язычок!
Обратилась она к Ло-муму. Ли Чан Си застыла на месте. Лао Фурен всегда вела себя очень серьезно и собранно. Она никогда не сближалась со своими внучками. С каких это пор бабушка стала такой ласковой по отношению к Ли Вэй Ян? Девушка не знала, что в течение всего прошлого месяца третья сестра регулярно посещала Сад Лотосов. Она составляла компанию Лао Фурен во время молитв, готовила для нее чай и поддерживала долгие беседы. С тех пор все знали, что Ли Вэй Ян является фавориткой Лао Фурен. В этот момент служанка быстро вошла в зал и объявила о приходе У Сяоцзе.
Ли Чан Си незамедлительно последовала за служанкой и глубоко поклонилась.
- Я сильно болела, но почувствовав себя лучше, тут же направилась сюда, чтобы поприветствовать Лао Фурен. Пожалуйста, простите мое поведение.
Лао Фурен небрежно посмотрела на склонившуюся внучку.
- Ты можешь встать.
Ли Чан Си знала, что слухи о ее поведение в Нан Юань дошли до ушей Лао Фурен. Этот факт немного обеспокоил девушку. Ее тело стало жестким, она не смогла сдвинуться с места. Ли Вэй Ян мельком взглянула на лицо Лао Фурен, затем усмехнулась и прошла вперед. Она помогла Ли Чан Си встать.
- У мей-мей, ты не должна всегда просить прощения по разным мелочам. Лао Фурен - доброжелательный человек и ни в чем тебя не обвиняет.
Выражение лица Ли Чан Си изменилось. Она вдруг поняла, что Ли Вэй Ян научилась читать настроение Лао Фурен. Они все были дочерями наложниц. Если третья сестра смогла добиться расположения Лао Фурен, почему она не может?
- Лао Фурен… просто… Просто я так обеспокоена…
Девушка часто заморгала. По ее лицу покатились крупные слезы. Ли Вэй Ян улыбнулась. Казалось, что Ли Чан Си тщательно все обдумывает, взвешивая каждое слово, потому что она не выкрикивала ядовитых слов или разрывалась в гневе, как обычно.
- Ты понимающая девочка, я знаю. Наверное, тебе пришлось тяжело.
Вздохнула Лао Фурен. Ли Чан Си, наконец, перестала плакать, когда услышала эти слова от бабушки. Ли Вэй Ян слегка улыбнулась.
- Благодаря скорейшему выздоровлению У-мей, мы сможем чаще навещать друг друга.
Ли Чан Си пристально вгляделась в Вэй Ян. Внутри нее росло напряжение. Лао Фурен кивнула.
- В самом деле. Мало того, что вы сестры, вы также Сяоцзе премьер-министра, и я не допущу, чтобы вы двое ссорились по мелочам. Если подобное повторится, то не имеет значения, кто прав, а кто виноват, наказаны будут обе. Вы понимаете меня?
- Понимаем.,- кивнула Вэй Ян.
Вскоре после этого девушки покинули Сад Лотосов.
- Я слышал, что Ци-юйнян болеет? У нее сухой кашель. Приведи доктора, пусть он ее проверит,- обратилась Лао Фурен к Ло-муму.
"Это ради Сан Сяоцзе",- быстро поняла Ло-муму.
- Хорошо. Лао Фурен, Вы действительно великодушны. Лаой недавно посещал Нан Юань и сказал, что там ужасные условия для жизни. Для Ци-юйнян запросили врача, а также четырех дополнительных служанок для ухода за ней. На данный момент дела обстоят намного лучше. Удача повернулась к ней лицом.
Лао Фурен кивнула.
- К счастью для Ци-юйнян, у нее умная дочь.
- Обычно всякий раз, когда Лао Фурен молится, Да Сяоцзе тоже заходит. Тем не менее, первая мисс еще слишком юна. Она быстро теряет терпение и уходит. Сан Сяоцзе, напротив, довольно странная девушка. Она также юна, как Да Сяоцзе, но может сидеть и молиться с Лао Фурен в течение 2-3 часов. В ней действительно горит сердце Будды.
Лао Фурен усмехнулась.
- Я не слепая. Я легко могут отличить искренность от лжи. Хотя истинным мотивом действий этого ребенка является получение поддержки, благодаря ее открытому сердцу, я не против ей помочь. Самое главное, что она понимает ценность этой поддержки.
Ло-муму помогла Лао Фурен лечь.
- Надеюсь, Сан Сяоцзе не подведет Лао Фурен.
Женщина закрыла глаза и сказала:
- Хотя она умна, она все еще очень молода…
Ло-муму вздрогнула от неожиданности, но она не посмела продолжить разговор.
...
Когда начало смеркаться, Ли Вэй Ян достала из шкафа книгу по каллиграфии для начинающих, положила ее на стол и начала практиковаться в письме. Столице не хватало талантливых и образованных девушек, таких как Ли Чжан Лэ. В возрасте одного года она научилась читать. Через три года она легко декламировала стихи; в пять лет по памяти воспроизводила школу мысли Бай. Эта девушка всегда была на голову выше своих сверстников и получала множество похвал от окружающих.
В предыдущей жизни Ли Вэй Ян начала изучать каллиграфию и читать книги, только когда вернулась в поместье. Она явно отставала от других благородных дам и, даже если бы она приложила все усилия, то смогла бы изучить только основы. Над ее навыками каллиграфии насмехались многие люди. В конце концов, она стала непрерывно практиковать чтение и письмо.
В этой жизни благодаря каллиграфии она сможет повысить свою концентрацию и способность глубоко мыслить. Это станет преимуществом Вэй Ян. С громким треском распахнулось окно. Холодный ветер пронесся по комнате, переворачивая страницы книг.
Сидевшая в стороне Бай Чжи встала, чтобы закрыть окно. Заметив перемену погоды, служанка нахмурилась. Совсем недавно было тепло и солнечно, а теперь на небе собрались мрачные свинцовые тучи. Служанка развернулась к сидевшей за столом девушке.
- Сяоцзе, на улице очень темно. Вы не можете учиться в такой темноте. Позвольте мне зажечь для Вас еще одну свечу.
Не поднимая головы, Ли Вэй Ян кивнула. Бай Чжи знала, что юная мисс не любит, когда ее прерывают в практике. Служанка аккуратно закрыла окно и вышла. Прошло еще тридцать минут. Небо стало более темным и серым. Гром, затем молния и на землю пролился холодный дождь, громыхая тяжелыми каплями. Звуки сильного дождя были слышны повсюду.
Ли Вэй Ян подняла голову, встала и открыла окно. Она выглянула наружу. Тело девушки сотрясала мелкая дрожь. Ей не нравился полуночный дождь. В ночь, когда Юй Ли умер, шел именно такой дождь. Поэтому, каждый раз, когда на улице проливался ливень, как сегодня, эти болезненные воспоминания возвращались к ней.
В это время Цзы Янь поспешно вошла в дом и поставила в угол бамбуковый зонт. Вытирая лицо от дождевой воды, она шагнула в комнату.
- Сяоцзе, я только что видела Рон Эр. Она говорит, что Ци-юйнян передала Вам письмо.
Рон Эр - новая служанка, приставленная к матери Вэй Ян. Она была сообразительной девушкой. Ли Вэй Ян взяла письмо, которое передала ей Цзы Янь, и прочитала содержимое:
- Хочу сообщить тебе кое-что важное. Приходи скорее.
Ли Вэй Ян сжала письмо в руке и посмотрела на служанку.
- Где ты ее встретила?
- В саду. Я была там, чтобы выбрать семена сливы, и случайно наткнулась на Рон Эр, которая спешила во двор Сяоцзе. Ли
Вэй Ян задумалась.
"В то время начался дождь. Путь от Нан Юань до сюда занимает где-то тридцать минут……и все же дождь шел около часа…"
Цзы Янь не понимала, что бормочет ее юная мисс. Вся эта ситуация начала казаться ей странной.
- Сяоцзе?
Согласно письму, у матери есть какой-то важный секрет, который она хочет обсудить с ней наедине, следовательно, ей явно стоит пойти одной. Пальцы Ли Вэй Ян нежно погладили письмо.
- Выйди и позови всех служанок и муму, которых найдешь во дворе. Скажи им, чтобы они надели дождевики. Позже я сообщу вам, что делать,- спокойно сказала она.
Не понимая почему, Цзы Янь почувствовала, что должно произойти что-то ужасное…
http://tl.rulate.ru/book/4556/107717
Сказали спасибо 717 читателей
Это же Китай, а не наш алфавит. Иероглифы сложные и для взрослых, а тут годовалый ребенок, который и говорить-то толком еще не должен уметь.
Похоже это племянник Да Фурен...
Бабуля, ей 36 😁